Летняя вьюга - Павел Сормов

    -Глупая… ты всерьёз думаешь, что мы тебе не доверяем, да?

    -Ну, чуть-чуть… я не верю, что Мыш боится. Он с парашютом прыгал, и вообще в армии был.

    -Даш, ну как тебе объяснить… - начал Дима, - понимаешь, вы с Юлькой, Серый, Крис… вы жили уже в игровом, волшебном мире. В котором всё возможно. Причём ещё до того, как ты силу свою получила. Ты его как бы… легализовала, что-ли. Но у вас в головах уже всё это… сопротивления не встречало. Магия, хренагия… постиндустриальность. Ты и есть наша постиндустриальность глазастая, другой и не было. Поэтому молодёжь с тобой и летает спокойно. Для них это в порядке вещей. А мне… разумом я понимаю, что твоя ноосфера понадёжнее тряпок и верёвок. Но у парашюта того же они настоящие… а то, что летательный аппарат вот тут, у тебя промеж ушей… мне в голову не ложится. Извини.

    Мыш, подойдя, протянул Дарье руку.

    -Уронишь, укушу.

    -Не уроню, - радостно улыбнулась феечка.

    Ощущение было… неожиданным. Словно окрестности мгновенно затопила совершенно прозрачная, тяжелая, неосязаемая жидкость, вытолкнувшая Мыша и его спутниц вверх. Никакой невесомости, которую подсознательно представлял себе Дима, не было.

    -Обалденно! - выдохнула Наташа, - Как в сказке.

    "Типа да. Чем дальше, тем страшнее".

    Но вслух, разумеется, Мыш этого не сказал. Наоборот, когда все трое оказались наверху, и, приземлившись, неторопливо отправились домой, всячески расписал свой восторг от короткого полёта. Обижать юную волшебницу Диме не хотелось, Дашка никак, в его собственных головных тараканах, не была виновата. Но на душе, по-прежнему, скребли кошки поганого предчувствия…

    ****

    Президент не знал, что удержало его от немедленного оглашения смертного приговора Вьюге. Скорее всего, мутное предчувствие возможной фатальной ошибки, той, что для любого правителя неизмеримо хуже самого страшного преступления.

    -Пока отработайте оба варианта, в теории. Я… определюсь. Скоро.

    -Понял. Будем работать.

    Глава государства задумчиво листнул принесённое Стасом досье, вгляделся в фотографии.

    -Семьсот пятнадцать метров… есть же дальнобойные снайперки. С полутора километров можно попасть.

    -В неё пятидюймовками стреляли, какие там пули… Результат - по всей морде, у наших заклятых партнёров. Но слабые места есть. Будем изучать.

    ****

    Натали утолила. До искр из глаз и стекольного звона. Но кошки на душе угомонились лишь до утра, и уже перед завтраком взялись за своё по новой. Больше всего Мыш бесился из-за собственной лени, в ожидании отъезда в Крым. Понятно, что было не до того, но… жизнь вообще безжалостна к бездельникам и дуракам.

    "Что мешало починить чёртову камеру над дверью? А теперь хоть домой поезжай, так трясёт… Дашку, что ли, попросить, через космос доставить… Она доставляет, да. Скорее всего, конечно, глюк датчика, но всё же…"

    Уйдя бродить по округе в одиночестве, надеясь успокоить свою паранойю, Дима, в конце концов, оказался на основном пляже Углового. Где обнаружил, что рыжая уже вполне оправилась после своей первой неудачи с бебиситтерством. Ярик строил песчаную крепость с обводным каналом, в компании уже вполне прилично ходящей Лики. Сама же феечка, стоя прямо на полосе прибоя, размахивала во всех возможных плоскостях двухметровым обрывком верёвочного трапа. На котором, вцепившись на манер человека-паука и весело визжа, висела ещё одна пляжная знакомая - семилетняя Мирка.

    Сцена была настолько забавной, что Мыш попросил волшебницу остановить адскую мельницу и сфотографировал девчонок вместе. Мирослава Спартаковна казалась миниатюрной дашкиной копией - такая же рыжая, курносая и непоседливая. Только глазищи были другого цвета, небесно-бирюзовые.

    Отойдя к ограждению пляжа, Дима поздоровался со степенно попивающими пиво отцами обеих "мелких", тоже кивнувшими в ответ.

    -Прям машина времени… - пробасил Спартак, указав на детей подбородком. Умиление на свирепой гладиаторской физиономии бывшего чемпиона Украины по панкратиону выглядело странно.

    -В смысле… Мира в шестнадцать так будет выглядеть? - уточнил Евгений.

    -Ну да. - Единоборец повернулся к присевшему, на бетонный блок рядом, Мышу, - Я то думал, русалочка… твоё потомство. Или племяшка… а вроде масть не твоя. И не наташина.

    -Нет, у меня в роду с русалками как-то не сложилось, - Усмехнулся Дима, и объяснил мужикам схему родственных связей своей компании.

    -Физики, значит… - задумчиво отметил Спартак, подразумевая родителей феечки, - Заметно. Даша с Юлей умницы, вообще… У Мирки вертолёт не летал, я думал, аккумулятор накрылся. Так эти твои всё починили, прикинь. Теперь по два часа трещит, спасу нет. Хотелось бы, чтобы моя малявка такой же выросла.

    Мыш отметил мгновенный, настроженный взгляд Евгения, в сторону продолжающего вращаться вокруг общего центра масс и орущего рыжего альянса, и еле поймал готовую сорваться с языка фразочку "осторожнее с желаниями". Подумал, что причин "всыпать ремня" Гермионе-самоучке, равно как и её сверхумной подруге, снова прибавилось - ни дня прожить не могут, без волшебной выходки на грани фола. Достаточно было Спартаку иметь лучшее понятие о возможной емкости аккумуляторов для модельки-электролёта, и, как минимум, неудобных вопросов не оберёшься…

    От нового приступа паранойи его спасло появление Натальи, с сидящим на её плечах Данилой, и Юльки со Светланой. Отцы поздоровались с девушками. Наташа, ссадив мелкого спиногрыза и разложив покрывало, уселась и счастливо запрокинула голову к небу. Над морем, чуть в отдалении от береговой линии, негромко рокотал маленький вертолёт, цвета яичного желтка.

    -Над нами мессеры кружили… - пробормотал Дима, притираясь к подруге. Та недоумённо взглянула на Мыша.

    -Мессершмитт-Бёльков-Блом, сто пятый, - разъяснила всезнающая Терция, кивнув на трещащую жёлтую стрекозу, и толкая подошедшую Дарью, мол, подтверди.

    -Вне зоны доступа, - Феечка не смогла просканировать летательный аппарат, он был за пределами ноосферы, и разочарованно пожала плечами, - Но вообще похож, да.

    -Ну, хорошо, что не сто девятый, - заметила Натали. Юные милитаристки синхронно хмыкнули.

    -Как здорово, что все мы здесь, а Саурон не здесь, - Помянув давешний разговор с профессором, кривовато улыбнулся Мыш.

    И серьёзно ошибся.

    ****

    Кот справедливо гордился своим умением управлять всем, что ездит, плавает и летает. Всяческий транспорт был его основной страстью, не считая школьниц, конечно.

    -Вот она, - удовлетворённо проговорил Волков, освобождая место у окуляров мощного, закреплённого на штативе бинокля Псу, - Ближе не подходи, доверни на второй мыс.

    -Да, - отметил опер, разглядывая пляж, - Тут… Мышканцев, старшая Ратникова… вроде Музалевская. На нас пальцами тычут, кстати. Не спугнём?

    -Нет, дальномер тысячу сто кажет. Просто на вертушку глядят… ну да, купаться пошли.

    -Вот остальные.

    -Где? А, вот… Света, старшая, с хахелем. Тоже тут. Мелкие… ага. А с Дарьей, маленькая, это кто? Рыжая. У них третьей сестры нет?

    -Нет. Просто знакомая, наверное. Проверим, конечно, на всякий. О! У Ратниковой тоже хвост…

    -Отойдём подальше, эти… русалки быстро плавают, видео помнишь? Ещё зацепит… всех снял?

    -Да, вон младшая Ратникова, Кристина, видишь? На мысу. Рисует что-то. Там вон - Григорий Чекан… так… вон Котов. Только профа нет.

    -Да он дома, небось, сидит. Кстати, с дальномером аккуратнее. Рыжая всё чует, что через её шарик летит, лазер тоже - умник предупреждал. Ладно, пока аллес, пошли на базу. После обеда на земле будем работать, по посёлку…

    ****

    "Мы сталкиваем бог знает что с чёрт знает чем, и получаем хрен знает что. После чего даём этому, хрен знает чему, красивые названия - сигма-минус-гипероны, векторные бозоны… да хоть Кобзоном назовите. Мы утратили главное - философию понимания. Вместо этого коллайдим, считаем и снова коллайдим. Не бьётся - подгоняем под теорию, которой… нет.

    Эти стенания - далеко уже не новость. Ещё в восемьдесят четвёртом, олдовый тролль восьмидесятого уровня, доктор ф-. м. н. Борис Викентьевич Чекан зажигал (в журнале "Знание-сила", кому надо, тот понял, ещё бы в "Мурзилке" напечался) - "Большая Машина против Большого Взрыва". Да, да, тот самый, который впоследствии "гудронный". Уже в этой статейке он про ускорителебесие наговорил всякого. За двадцать восемь лет ничего, естественно, не поменялось, кроме размеров попила. Сегодня, скрепя зубами, даже столпы (соляные) нашей АН признают - мировая физика в кризисе. Проснулись, ага. Это тогда она была в кризисе. А сейчас это состояние именуется куда простонароднее. С одиннадцатого июня сего года же пушной зверь стал полным - происходящее напоминает паршивый комикс, а наука скромно помалкивает…"