Врата Бальдура - Мария Трещёва

 Стол защищал их ноги от стрел, доспех из анкега – тело Равены, а вот доспех Имоен такой защиты не давал. Первая стрела вонзилась в плечо, вторая тут же прошла меж рёбер. Девушка не стала отвлекать свою названую сестру. Имоен стояла на одном колене, придерживая рану, лук лежал возле её ног, она выставила вперёд короткий меч. Сколько секунд она сможет продержаться против приближающих мечников? Над её головой просвистел стул и сшиб самого близкого из нападающих. Сверкнуло что-то серебристое, и остальные трое схватились за горло и грудь. Имоен теряла сознание, но боролась с этим состоянием. Кто-то поднял её лук, схватил её за руку и куда-то потянул. Потом он упал, и сознание Имоен частично прояснилось.

 Стоило Равене выбежать из-за стола, как она получила сразу три ледяных стрелы в плохо защищённое бедро. Пронизывающий холод, смешанный с болью, охватил ногу. Она не могла дальше идти. Имоен, борясь с приступами тошноты, подхватила её подмышки и тащила за пределы комнаты, потому что слышала, как Дайнахейр начала читать заклинание. Когда Имоен упала в обморок, Равена, отталкиваясь здоровой ногой, тащила её на себе. Она не помнила, выползли ли они из комнаты. Теряя сознание, она почувствовала, как на неё пахну;ло холодом,  услышала крик вражеской магессы и грохот чего-то, падающего сверху.

 – Чёртова ведьма, – ругнулась Джахейра. – Не то что выйти – выглянуть не даёт.

 – Девочкам нужна помощь, – нахмурился Минск. – Нужно идти, хотя Бу так и не считает.

 – И правильно делает, – друид слабо улыбнулась хомяку. – Мы не успеем даже добежать до них. Не магия, так стрелы нас уничтожат.

 В этот момент в комнате на долю секунды всё замерло, что дало возможность друзьям выглянуть из-за угла. Оставив позади мёртвых мечников, названые сёстры продвигались вперёд, уничтожая одного за другим лучников, стоящих за одним столом.

 – Почему они не пошли к нам? – Возмутилась со страхом в голосе Джахейра. – Почему они идут в другую сторону?

 – Чтобы оставить свободную площадь для масштабного заклинания, – догадалась Дайнахейр. – Мне нужно только поймать момент, чтобы ударить вовремя.

 Джахейра с волнением перевела взгляд с названых сестёр на ведьму из Рашемана и обратно.

 Стрела пролетела у лица Равены, задев щёку. Друид охнула. Другая вонзилась Имоен в плечо, третья заставила её остановиться, застряв в рёбрах. Джахейра отвернулась. Звук громыхнувшего чего-то заставил её снова выглянуть.

 – Сейчас, – сказала Дайнахейр. – Пока я не скажу, не выходите в комнату.

 Рашеманка принялась за заклинание.

 В комнате один из мечников выбирался из-под обломков стула, трое медленно падали, зажимая раны на горле и груди. Равена бежала к противоположному выходу, увлекая за собой шатающуюся Имоен. С другой стороны послышался тройной звон тетивы, и три ледяных стрелы сковали ногу воительнице. Сёстры упали на пол. Джахейра обернулась на магессу, та читала заклинание с закрытыми глазами, сдвинув брови.

 «Они не успеют уйти», – задрожало в голове у друида. –  «Они не успеют…» Она хотела уж помчаться на помощь к подругам, но тут с потолка что-то упало. Потом ещё. И ещё. Огромные сосульки, не переставая сыпались на головы их врагов. Одна придавила магессу, которая мешала им выйти из-за угла.

 Джахейра не выдержала и побежала, ловко уворачиваясь от ледяных глыб. Опрокинула посохом вставшего на пути лучника. Добежала до сестёр и увидела, что они всё-таки успели выползти из комнаты. Она осторожно осмотрела их, а через решётчатую дверь на неё глядел чумазый дворф.

 Имоен вскочила, будто её окатили водой.

 – Тихо, тихо, – прозвучал рядом знакомый осипший голос. – Тебе так дёргаться нельзя.

 – Равена, – обрадовалась девушка. – С тобой всё хорошо?

 – Не знаю. Я сама открыла глаза не больше часа назад.

 – А где остальные?

 – Общаются с предводителем рабов. Нас с тобой лечил, кстати, Йеслик – один из немногих выживших дворфов клана Оронтиар. Он оказался хорошим священником. Я попросила, чтобы он пришёл. Может, он сможет нам чего разъяснить.

 – Чего вам разъяснять? Что вставать нельзя дня два-три? Что поднимать тебе, рыжая, пока что можно разве что кружку с элем? А ты, черномазка, хромать будешь с неделю? – Голос дворфа явно был недовольным.

 – Э… – только и вырвалось у Имоен.

 – Мило, – фыркнула полудроу.

 Дворф был приземист, широкоплеч, с раздвоенной светло-рыжей бородой, которую когда-то наверняка заплетал в тугие косицы.

 – Ну, вообще-то, я хотела узнать, почему эта шахта работает, хотя должна быть затоплена, – пропустив мимо ушей замечание по поводу её внешности, пояснила Равена.

 – Ну, вообще-то, – передразнил её Йеслик, принимаясь за осмотр ран, и девушка заметила морщинки в уголках глаз, совсем как у Горайона. – Это не та история, которую хочется рассказывать. Если коротко, то Рьелтар меня облапошил. Я ему показал шахту, он её осушил и бросил меня в камеру. Ясно?

 – Нет, – Равена поймала недовольный взгляд дворфа. – Кто такой Рьелтар?

 – Дерьмо троллево. Вот кто он. Глава Железного Трона этот вонючий гнолл.

 – Значит над тем Саревоком стоит этот Рьелтар, – задумчиво произнесла Имоен, пытаясь усесться поудобней.

 – Саревок? – Оглянулся на неё Йеслик. – Саревок… Знакомое имя. А! Был как-то с Рьелтаром мальчишка с таким именем.

 – Мальчишка? – Удивилась Равена.

 – Ну, парень. Может ваших лет. Мрачный такой.

 – Значит Рьелтар – главный, под ним – Саревок, а потом Давеорн, – снова рассуждала Имоен.

 – Нет. Давеорн получает приказы от самого Рьелтара, чтоб его блохи живьём сожрали.

 – А при чём тут тогда этот Саревок?

 – Давай, кто причём и где, разберёмся потом, – проскрипела Равена, поднимаясь на ноги.

 – Саревок – приёмный сын Рьелтара, – раздался измученный голос.

 Амнийцы и рашеманцы вели толпу рабов, впереди которых шёл высокий мужчина с проседью на висках и бороде.

 – Я – Рилл. Спасибо за помощь.

 – Мы ещё ничем не помогли, – пожала плечами Равена.

 – Но вы пытаетесь. И я молю Латандера, чтобы у вас получилось. Нам лучше уходить. Ну что, Йеслик, готов покинуть эту дыру?

 – Ха! Спрашиваешь, дружище! – Сплюнул на пол дворф. – Валим отсюда. А ты, полукровка, осторожно – нога подвести может. И за подругой следи, чтобы тяжестями не швырялась. Девчонки ещё несмышлёные, а всё туда же – драться, – насмешливо фыркнул он, но глаза его смеялись.

 – Не волнуйся, Йеслик, мы – сильные девочки, – подмигнула дворфу Имоен.

 – Сказал бы я, кто вы… – Отмахнулся он широкой рукой. – Бывайте! Ногу береги. А ты – рёбра.