Возлюбленная Габриэля - Тина Фолсом

- Да, - ответила она, прежде чем подставила губы для поцелуя. Он захватил их, накрывая своим рот ее, проводя языком между ее приоткрытых губ, чтобы попробовать ее на вкус.

Габриэль опустил их на кровать, покрывая ее тело своим. Его руки оттянули ткань, что едва прикрывали ее грудь, и он стал ласкать ее обнаженную кожу.

Он пришел в восторг от красного цвета, контрастирующего с ее смуглой кожей и волосами. На фоне белых простыней под ней Майя выглядела прекрасной живой картиной.

- Мне нравится, что ты носишь, - прошептал он у ее губ. Его рука скользнула вниз, вдоль ее тела к бедру, где он собрал ткань в кулак и потянул вверх. - Я не стану раздевать тебя. - На самом деле, он хотел провести обряд, оставив ее одетой.

Майя раскрыла бедра, приглашая его устроиться в ее колыбели. Она одарила его страстной улыбкой, сообщая что одобряет его действия.

- Габриэль, я хочу тебя.

Он расположил нижний член в ее влажную сердцевину и толкнулся вперед.

Верхний член скользнул по клитору в тоже мгновение, как только он погрузился в ее жар.

Из ее губ вырвался стон.

- Я люблю, как ты это делаешь.

Габриэль встретился глазами с ней.

- Это хорошо, потому что я люблю этим заниматься. - В доказательство Габриэль отстранился и повторил движение.

И на всякий случай он проделал это снова, затем стал двигаться в легком ритме.

Ее тело двигалось одновременно с ним или наоборот. Возможно, Габриэль двигался одновременно с ее телом. Но разве это важно? Единственное что имеет значение, так это быть вместе.

Габриэль снова прильнул к ее губам, предъявляя права на ее рот его языком, как член претендовал на лоно.

Он никогда не насытится ею, но также знал, что утолит постоянный голод, чувствующий к ней. Голод, который больше не мог отрицать.

Когда Габриэль отстранился от ее губ, почувствовал, как его клыки зудят.

- Свяжись со мной.

Блеск в ее глазах сообщил ему, что Майя ждала его призыва. Когда ее клыки показались из-под верхней губы, он едва сдержал свое волнение.

- Ты прекрасна, - пробормотала он, прежде чем вонзил свои клыки в ее шею. Затем Габриэль почувствовал, как она прокалывает кожу на его плече. Ее кровь - все, о чем он мечтал и даже больше.

Густая и насыщенная она текла по его языку. Это питало его сердце и душу. Майя была его, а он принадлежал ей.

Перед тем, как Габриэль потерял себя в эйфории, ощущая ее кровь и влажную, согревающую связь, он потянулся своим разумом и связался с ней.

"Моя навечно".

"Мой навсегда",- мысленно возразила Майа и согрела его сердце.

Эпилог

Установив календарь на новый рабочий стол, Майя оглядела комнату. Ее собственная маленькая практика. Конечно, приемные часы были необычными, такими же как и пациенты. Теперь она официально была первым врачом вампиров в Сан-Франциско.

Габриэль купил красивый дом викторианской эпохи неподалеку от Самсона, а в подвале расположился офис ее медицинской практики.

Он убедил ее продолжить медицинскую карьеру, хотя это и означало начинать все с самого сначала и необходимость изучить все о физических особенностях вампиров. Не то чтобы она возражала.

Габриэль всегда позволял ей ставить над ним эксперименты. Она почувствовала, как улыбается при одной мысли об этом.

- Ты выглядишь счастливой, - раздался голос у двери.

Майя посмотрела вверх.

- Я стучала, - сказала Иветт и вошла. - Но ты не слышала.

- Я, наверное, задумалась.

Иветт с одобрением в глазах оглядела комнату.

- Желаю тебе больших успехов в практике.

- Спасибо. Я удивлена видеть тебя здесь. Думала, что ты захочешь вернуться в Нью-Йорк.

Она могла видеть, как Иветт засмущалась.

- Вот почему я хочу поговорить с тобой.

После смерти Рикки Габриэль взял на себе руководство офисом в Сан-Франциско, кое-что изменилось.

Майя подняла бровь. Габриэль немного говорил о будущем компании и о том, что он и Самсон планировали делать после смерти Рикки, кроме того, что Габриэль заменит Рикки и откажется от своей должности в Нью-Йорке.

- Габриэль спросил, хотела бы я остаться в Сан-Франциско. Думаю, он чувствует, что должен мне что-нибудь предложить за твое спасение от Рикки, хотя понятно, что это была заслуга всей команды.

Майя сделала два шага в сторону Иветт и накрыла ладонью ее руку.

- Ты оказалась там раньше всех. Ты схватила его. И я благодарна тебе за это. Я никогда бы не подумала, что ты рискнешь своей жизнью ради меня. Не думала, что нравлюсь тебе.

Иветт улыбнулась.

- Рикки нравился мне еще меньше.

- Спасибо.

- Что касается предложения Габриэля... я не хочу давать ему ответ без твоего одобрения.

- Почему я должна быть против?

- Не хочу скрывать от тебя, но я хотела Габриэля для себя.

- И я не могу винить тебя за это. Он удивительный мужчина. Но ты смирилась с тем, что он мой. Ты мне не враг. Если Габриэль хочет, чтобы ты работала с ним в Сан-Франциско, то ты не должна затягивать с ответом.

Накрыв руку Майи своей, Иветт сжала ее.

- Я рада, что ты так считаешь. И от этого мне легче спросить тебя о другом.

Что еще? Она и Иветт не совсем подружки, хотя она надеется, что с годами все изменится.

- Да?

- Дрейк сказал, что ты хороший ученый.

- Была, - призналась Майя, испытывая чувство сожаления.

- Ты могла бы стать снова. Есть кое-что... - Иветт замолчала.

- Что? - забеспокоилась Майя.

- Я хочу ребенка. Но как ты знаешь, женщины-вампиры бесплодны. - Майя услышала отчаяние в голосе Иветт.

Если бы Иветт знала о собственных надеждах Майи зачать, то чувствовала бы себя еще более опустошенной. Майя не могла признаться ей, но она чувствовала то же самое. Она понимала ее отчаяние и желание.

- Иветт.

Та подняла глаза.

- Я сделаю все, что в моих силах... это станет целью в моей жизни. Не могу обещать, что найду средство, но сделаю все от меня зависящее.

- Детка, ты поднимешься, чтобы мы смогли... - сказал Габриэль, стоя в дверях.

- О, привет, Иветт.

Майя взглянула на своего мужчину. С каждым прожитым днем он казался ей все красивее.

- Габриэль, Иветт готова ответить тебе.

- Отлично, давай поговорим.

Иветт подошла к нему, затем оглянулась.

- Спасибо, именно это я и имела в виду.

Габриэль почти вышел, когда Майя позвала его.

- Малыш, а что ты хотел?

Он повернулся и окинул ее тело голодным взглядом, заставляя ее дрожать от удовольствия.

Он мог вызвать такую дрожь лишь одним взглядом. Ее голос стал хриплым, когда она произнесла:

- Думаю, я поняла намек. Буду ждать тебя.