Сказки народов Азии - Николай Никулин

Вот теперь вы услышали про Солнце, Ветер и Луну — услышали, почему они такие, какими вы их знаете.

Это — за то

Индийская сказка

В обработке С. Ф. Ольденбурга

или однажды два друга — верблюд и шакал, и вот сказал шакал верблюду:

— По ту сторону реки поле сахарного тростника. Переправимся через реку, ты поешь сладкого тростника, а я половлю себе рыбы, и будет нам хороший обед.

Верблюд взял шакала на спину, потому что шакал плавать не умел, и перебрались они через реку. Верблюд забрался на поле и принялся за сахарный тростник, а шакал побежал по берегу подбирать рыбу и кости.

Шакал зверь небольшой и потому скоро наелся, а верблюд только начал есть. Кончил шакал свой обед и давай скакать вокруг поля, где пасся верблюд. Скачет и воет во всю свою шакалью мочь.

Услышали люди в деревне шакалий вой, прибежали с палками гнать шакала. Видят, прыгает вокруг поля шакал и воет, а на поле пасется верблюд. Рассердились люди, кинулись на верблюда, избили его и прогнали с поля, а шакал убежал.

Побрел потихоньку побитый, еле живой верблюд к реке. Догнал его шакал и говорит:

— Вернемся домой.

— Хорошо, — сказал верблюд.

Взял шакала к себе на спину и вошел в реку. Зашли они далеко в воду, верблюд и говорит:

— Друг шакал, худо ты со мной поступил. Пообедал, потом выть принялся. С чего это ты? Как будто ты не знал, что на твой вой сбегутся люди со всей деревни. Ведь из-за тебя меня до полусмерти избили, даже поесть не дали. Зачем ты принялся выть?

— Не знаю, — сказал шакал. — Такой уж у меня обычай: люблю попеть после обеда.

Двинулись они дальше в реку. Сперва была по колено верблюду вода, потом все выше и выше, наконец поплыл верблюд. Плывет и говорит шакалу:

— Знаешь что? Хочется мне побарахтаться в воде.

— Пожалуйста, не делай этого, — взмолился шакал. — Зачем это тебе?

— Не знаю, — ответил верблюд, — такой уж у меня обычай: люблю поваляться после обеда.

И начал верблюд барахтаться в воде. Упал шакал и утонул, а верблюд доплыл до берега и пошел домой.

Добрый Дхир Синх

Индийская сказка

Перевод А. и Л. Бархударовых

ил-был царь. Он очень любил заниматься строительством и возвел в своем царстве много красивых домов и храмов. «Выстрою-ка я себе дворец-чудо, какого не бывало на свете», — решил царь. Созвал он из многих царств, из заморских стран знаменитых зодчих и мастеров искусных, осыпал их дарами и почестями, дал им все, чего только потребовали, и вот вырос дворец — всем дворцам дворец, красоты неописанной. Его купола, словно белые облака, парили над землею. Его высокие башни и минареты устремлялись ввысь, словно хотели взлететь прямо в небо.

Перед дворцом царь повелел разбить большой сад. Посреди сада соорудили мраморный бассейн, и в нем забили фонтаны.

Однажды пошел царь прогуляться по саду и видит, какая-то птаха порхает от фонтанов к гнезду, скрытому в густой листве развесистой смоковницы. Как пролетит над бассейном, так и уронит в прозрачную воду то соломинку, то сухой лист, то сена клочок. Разгневался царь, кликнул садовника и велел ему сбить гнездо с дерева. А в том гнезде сидели птенцы. Заметалась бедная пташка над головой у царя, защебетала, забила крылышками — видно, что молит царя пощадить ее птенчиков. Но царь и не взглянул на нее. Он приказал не только гнездо разорить, а еще и ветку ту срезать, что над бассейном висела и бросала черную тень на искрящуюся воду.

Наутро проснулся царь — ничего не видят его глаза: все вокруг черным-черно. Не приветствуют его, как всегда это было, лучи восходящего солнца, не веет нежной прохладой утренний ветерок. Во дворце — непроглядная тьма, словно длится глубокая ночь. Перепугался царь, не может понять, что такое стряслось. Тут входит к нему главный садовник и говорит:

— О повелитель, ночью произошло чудо! Деревья вдруг сошли с места, плотным кольцом окружили дворец, заслонили окна и двери густою листвою, да так, что ни лучу солнца, ни ветерку сквозь нее не пробиться. И колодцы в саду, всегда водой полные, все пересохли.

Вспомнил тут царь про вчерашнее и горько стал сетовать, зачем он пташку обидел. Велел он позвать дровосеков и приказал им деревья рубить и пни корчевать, но, как они ни старались, все понапрасну. Хотят свалить дерево — топор не берет, ветку отрубят — новая вырастает! Видит царь, что дровосекам с деревьями не совладать, приказал новые колодцы копать. Но сколько землекопы ни рыли, до воды не смогли докопаться — будто вся земля пересохла!

Отчаялся царь, не знает, как беду превозмочь, и повелел он бить в барабан и бросить клич:

— Слушайте, люди, слушай, народ! Тому, кто мне на помощь придет, кто воду иссохшим колодцам вернет, кто лес этот вырубит и дворец мой солнцу и ветру откроет, отдам я свою дочь — прекрасную царевну Сумукхи, и станет он моим наследником.

И вот со всех сторон, из ближних краев и из дальних, повалил ко дворцу всякий люд. Пришли все, кто половчей, посмышленей да посноровистей: молодцы-удальцы, мастера на все руки. Всем хотелось попытать счастья, да ни одному не улыбнулась удача — с чем пришли, с тем и назад пошли.

А в соседнем царстве жила старуха, у которой было три сына. Старшего звали Химмат Синх, что значит Отважный, средний звался Сундар Синх — Красивый, а младшему имя было Дхир Синх — Добрый. И хотя нарекли их этими именами по случаю, вышло так, что вырос первый отважным, второй — красивым, а третий — добрым.

«Пойдем-ка и мы попытать счастья», — решили братья, взяли еды и чего надо в дорогу и отправились в путь.

Шли они, шли и зашли в густой лес. Пробираются через непролазную чащу и видят, какой-то человек рубит деревья.

— Эй, любезный, зачем ты здесь лес рубишь?

— А затем, — отвечает им дровосек, — что хочу прорубить здесь дорожку — пусть людям будет легче ходить. Да вот беда, не под силу мне одному эта работа. Если бы кто из вас мне помог, тогда бы мы быстро справились.

— Бесполезное твое дело, да и время мне дорого, не могу я тебе помочь, — сказал Химмат Синх.

— Такой тяжелый труд мне не по силам, — сказал Сундар Синх.

А Дхир Синх ничего не сказал — взял топор и принялся за дело.

Засверкали топоры — пошла у дровосека с Дхир Синхом работа, и к вечеру тропа через лес была готова. Тут только понял Дхир Синх, что топор у того дровосека не простой, а волшебный. Только коснешься им дерева — оно сразу и валится! На прощанье подарил дровосек свой топор Дхир Синху.

Быстро прошел Дхир Синх весь лес по новой просеке и оказался на большой дороге раньше, чем братья. А те вышли на дорогу и видят, стоит Дхир Синх, их поджидает. Удивились братья, да ни о чем уж не спрашивали. Двинулись они втроем дальше. Идут молча, торопятся. Вдруг видят, сидит у ручья старик без ноги и горько плачет. Заметил он братьев, стал звать:

— Люди добрые, помогите калеке! За водой к ручью я спустился, а кувшин свой наверху позабыл! Нет сил лишний раз наверх подыматься. Сделайте милость, сходите за моим кувшином, вовек вашей доброты не забуду.

Химмат Синх сделал вид, что ничего не расслышал, и прошел молча мимо. Сундар Синх сделал вид, что ничего не увидел, и тоже мимо прошел. А Дхир Синх пожалел беднягу и пошел за кувшином. На гору крутую поднялся, долго искал, наконец нашел. Стоит на земле маленький кувшинчик, а из горлышка вода бьет ключом. А рядом лежит крышка. Поднял он крышку, закрыл ею кувшин, и вода течь перестала.

Отнес он кувшин старику. Обрадовался старик:

— Спасибо тебе, сынок, за услугу. Кувшин-то у меня не простой, а волшебный. Как поставишь его на землю да крышку откроешь, вода из него так и забьет, как из родника. Дарю тебе этот кувшин за твою доброту.

Дхир Синх с радостью взял подарок и поспешил своей дорогой.

Вскоре он догнал братьев. Шли они, шли и пришли в какую-то деревушку. А там то ли вчера, то ли сегодня пролетел ураган. Да такой сильный, что деревья свалил и дома поразрушил. У развалин одной лачуги братья увидали старуху — сидит над обломками и горько плачет. Химмат Синх и Сундар Синх думали лишь об одном: как бы им поскорей дойти до дворца, — ну и прошли они мимо. А Дхир Синху стало жалко старухи. Остановился он, взял в руки лопату и принялся расчищать мусор. Глядит — что за чудо! Только копнет он лопатой — мусор из-под нее так и летит! Мигом очистил Дхир Синх двор от обломков и поставил там новую хижину, еще лучше прежней.

— Ну, спасибо, сынок, — сказала старуха. — Жить тебе до ста лет! Возьми же за это мою лопатку, она тебе пригодится.

Забрал Дхир Синх лопату, попрощался и поспешил за братьями. Догнал он их у развилки дорог, и опять пошли они вместе.

— Непутевый ты, Дхир Синх, и зачем только мы тебя взяли! То и дело нас без толку задерживаешь, — ворчал на него Химмат Синх.