Украденная жизнь - Миа

Перед этим я всячески намекал своим родственникам на переезд, но дядя все мои намеки пропускал мимо ушей. А вот когда он вспомнил, что творилось в их гостиной… «Петуния, дорогая! Прости… прости меня, как ты только могла столько времени все это помнить и терпеть!» Хоть он и сам пребывал в некотором шоке, но снова забывать произошедшее отказался наотрез. Вот тогда я снова напомнил ему о своим предложении. Уже без всяких намеков прямо заявил, что куплю им новый дом. Раз уж обо мне заботились все эти годы, кормили, одевали, потакали моим прихотям и к тому же пытались спасти, рискуя своими жизнями, то приобрести для них дом это наименьшее, что я могу сделать. Пусть только определятся с районом. Дядя скептически окинул меня взглядом. Да, для него я по-прежнему непутевый племянник, мальчишка с ветром вместо мозгов. «А ты не разоришься?» Я-то? На данный момент один из богатейших магов Великобритании? Хотя, действительно, по моему внешнему виду не скажешь. Если приличную магическую одежду для меня Малфои добровольно-принудительно приобрели. То для не магической части мира у меня остались лишь лохмотья. Все мне некогда! Конечно, это можно в любой момент исправить, особенно, если я хочу все же получить обычное образование. Появиться в престижной школе в таком виде, при этом, явно не бедствуя - вдвойне стыдно… Вот и дядю я своим внешним видом ввел в заблуждение. Ну да Мерлин с ним, с внешним видом. Разберусь как-нибудь…

Дядя вообще-то желал жить поближе к Лондону, чтобы меньше времени тратить на дорогу домой, тем более, что работа его вполне устраивала и карьера не стояла на месте. Тетушка же однозначно хотела дом, а не квартиру и что бы обязательно хоть с маленьким, но садиком. В итоге я приобрел им дом в Лондоне. Уютный дом, как мне кажется, три этажа, пять спален. Все выдержанно в строгом английском стиле, никаких новомодных и сумасшедших фантазий дизайнеров, так раздражающих Дурслей. За домом располагался еще небольшой очаровательный сад. Правда, в этом районе перед соседями хвастаться своими идеально подстриженными лужайками, было не принято, не тот уровень. Всю территорию ограждал каменный забор с коваными воротами перед гаражом, и такой же калиткой. Здесь свято охраняли свои секреты и неприкосновенность своего дома и своей территории, являться по-соседски без предупреждения, было попросту не принято.

Надо было видеть лица Дурслей, когда упросил дядю привезти нас в Лондон, чтобы я смог показать им дом. Они до конца и не верили, что это все действительно теперь принадлежит им, пока я не выложил перед ними все уже оформленные бумаги. Тетя радовалась как девочка, отбросив всю свою чопорность и носясь по этажам уже частично меблированным. Дядя просто в шоке смотрел на меня, не веря своему счастью. «Гарри, даже не знаю, что и сказать… Не ожидал… Честно…» Мне пришлось еще сообщить родственникам, что я установил на дом магическую защиту, чтобы всякие там недобитые маги, не вздумали мне мстить через моих родственников, хоть я все и оформлял конфиденциально, но лучше все же подстраховаться. Эта новость про защитный контур на доме их не обрадовала. Я им объяснил, что вообще-то мог установить все это, так им ничего и не сказав, но не хочу, чтобы межу нами были недомолвки, тем более эта информация им необходима для спокойного существования, а то, мало ли вдруг, опять обнаружится какая-нибудь Арабелла Фигг. С моими доводами согласились. Дядя Вернон заверил, что они переселятся сюда как можно скорее, но так, чтобы не привлекать внимания и без излишнего шума. А тетя Петуния не успокоилась, пока я не выбрал для себя спальню. То, что это будет только моя комната, я понял сразу, и это грело душу. Хоть я и не думал, что часто буду пользоваться гостеприимством Дурслей, но чем Мордред не шутит?! Вон с кузеном надо еще на каникулах пообщаться. Но дядя и тетя проведут основную просветительную беседу за меня.

Примерно тогда же стал вопрос о тетушке Мардж. Если честно, мне было страшно, очень не хотелось верить, что эту отважную даму маги все же угробили. Но, слава Мерлину, этого не произошло. Ей просто изменили память. Она почему-то считала себя смертельно обиженной на своего брата и его семью. Мардж и со мной разговаривать не хотела, но скрипя сердцем, пустила на порог. С ней я провозился еще больше, чем с дядей. В итоге она согласилась принять «мутную гадость», лишь бы я отстал… А потом я наверно впервые видел, как тетя Мардж рыдает. Вот уж не ожидал! Конечно же, она помирилась с моими родственниками, но с гневом отвергла все мои попытки возместить ей урон нанесенный магами.

«Ты и так столько всего сделал для Вернона и Петти, да и Дадлик от фотографий нового дома просто в восторге, ему уже не терпится приехать на летние каникулы. А то, что мне надо было, так ты и так вернул. Все эти годы я злилась непонятно на что, даже вспоминать тошно!.. Или ты думаешь, что знай наперед как все выйдет, я поступила бы иначе? Эх ты, мальчишка, глупый, хоть и дважды лорд. Как я могла бросить тебя в беде и не попытаться помочь? Поэтому оставь свои глупости, ничего мне от тебя не надо!»

Все же я ей подарил брошь-артефакт из семейных реликвий Поттеров. Только ее она и приняла, уж очень ей рубин понравился. Носит ее постоянно. Ну и ладно, теперь я хоть уверен, что ей никто больше не подправит память. Слабая компенсация за потерю верного и преданного друга Злыдня, но хоть что-то.

Но тетушка Мардж, все же, была не исправима! В отместку, от всего своего огромного сердца, она подарила мне двух щенков породы доберман. Ведь прекрасно знала, что от такого подарка я просто не смогу отказаться. Совершенно неуправляемые создания живут в поместье Малфоев и с радостным лаем гоняют белых павлинов - красу и гордость Люциуса Малфоя. Правда ни одна птица серьезно не пострадала, зато они разучились дурным голосом орать по утрам. Если так и дальше пойдет, то птицы скоро совершенно онемеют. Маленькие исчадья ада оказывается те еще дрессировщики. А вот любимую змейку Темного Лорда они обходили по широкой дуге. Нагайну Том брал с собой в Малфой-менор очень редко, не хотел нервировать Нарциссу. Но когда такое случалось, мои щенки не замолкали ни на секунду. Приходилось накладывать заглушающие чары.

Нагайна долгое время обижалась на хозяина из-за истории с крестражем. В тот период когда все произошло, у нее как раз была линька. Она стала раздражительной, поэтому Волдеморт и не взял фамилиара на Йольские праздники в Малфой-менор. Злую змею утешало только то, что частичка души любимого хозяина всегда с ней. А тут ее просто практически вывернуло на изнанку, и Магия отобрала самое ценное. А хозяин не поспешил утешить паникующую змею! Вот она и обижалась на невнимательность хозяина. Как ни странно, умение понимать змей от меня никуда не делось. Значит тут дело вовсе не в крестраже. Тогда в чем? Какое-то древнее наследие предков решило пробудиться именно во мне? Том, выслушивая мои размышления, лишь пожимал плечами. Он был уверен, что подобная способность передалась мне через магические партнерские узы. Я ехидничал и предполагал, что скорее уж воздушно-капельным путем. Том же заявил, что это компенсация мне из-за его попытки убить меня в детстве. У него всегда портилось настроение, когда он вспоминал о своей маниакальной одержимости моим убийством. Я его не понимал, чего переживать-то, слава Мерлину, у него хватило здравого смысла не убить меня сразу, как только увидел в Малфой-меноре. А дальше все разъяснилось. К чему сожалеть о том, чего уже изменить не в состоянии?

Но Том был просто одержим идеей моей безопасности, словно его снова преследовал страх смерти, но на этот раз не своей, а моей. Но постоянно меня сопровождать он не мог, у него было столько дел, что я вообще удивлялся, как у него получается выкраивать хотя бы пару часов на общение со мною.

Наедине со мной он зачастую вел себя как мальчишка восемнадцати лет. Он мог шутить и смеяться или же сделать такое, что вообще не свойственно его образу Темноного Лорда. Чего только стоит его выходка, когда я как-то заметил, что никогда в жизни не запускал воздушных змеев. К чему я это сказал? Уже не помню, просто к слову пришлось. Том тут же решил восполнить пробел в моем образовании. Тем более, что погода была прекрасная, весна выдалась очень теплой. Из диванных подушек он трансфигурировал несколько воздушных змеев, попутно рассказывая про их разновидности и про традиции Китая. А дальше мы бегали по поместью, запуская в небо наше чудо трансфигурации. Не всегда удачно. Поэтому пришлось еще полазить по кустам и деревьям. На каком-то этапе к нам присоединился Драко… Когда нас увидел Люциус растрепанных, босых, перемазанных землей и соком молодой весенней травы, но зато с диванными подушками в руках, на моей памяти он второй раз схватился за сердце.

Как бы весело не было периодами в Малфой-меноре, но вот за его пределы меня отпускали только в сопровождении минимум двух охранников. Чаще всего это были старшие Крэбб и Гойл. Сопровождение меня очень раздражало. Я еще мог понять необходимость в нем при походе в банк или Визенгамот. Но зачем мне сопровождающие, когда я с Драко порт-ключом должен был перенестись на Гриммо, 12? С как можно большей язвительностью я напомнил Тому, что меня так же любил конвоировать Орден Феникса. Может и не стоило ничего менять, ведь я как был под надзором, так и продолжаю оставаться… В итоге я поступил по своему, заставив многих поволноваться из-за себя. Тогда Том очень сильно на меня обиделся. Он не попадался мне на глаза аж целых два дня. Да и потом еще некоторое время вел себя со мной, как с чужим малознакомым человеком. Было обидно и больно от такого пренебрежения. Я не считал, что я был не прав, поэтому и не извинялся. А Том однозначно ожидал моего раскаяния. Кто кого переупрямит мы так и не выяснили. Люциус нам напомнил, что идущие разбирательства а Визенгамоте, потребуют от всех нас работы в сплоченной команде, так что лучше оставить все свои детские обиды и вернуться к ним в более спокойное время. Люциус предоставил нам прекрасный повод для примирения, за который мы с радостью ухватились. Недосказанность между нами конечно же осталось. Вот только обида растаяла как снег на солнце. И чего только мы вели себя как упрямые кретины?