Мальчик с саблей (сборник) - Иван Наумов

Он провёл рукой перед носом, едва не смахнув очки.

– Зачем плакать, Эзра? – Салан протянул руку через стол и могучей ладонью утешающе накрыл хрупкие пальцы часовщика.

– Грядут последние дни Плешина, вэй! И как же мне хочется, чтобы время остановилось! Я-таки не справляюсь со своей работой…

Когда Тайга и капитан Вольховский вышли из кафара на улицу, отце Миклаш сидел через дорогу на заросших сорняками бетонных блоках, привезенных в давно забытые мирные дни для строительства кинотеатра, и негромко рычал на маленькую дворняжку. Собака тявкала в ответ, прыгала из стороны в сторону, но не убегала.

– Я догоню, Володь, – сказал Роман.

Он подошёл к священнику и сел рядом. Вольховский, не оборачиваясь, направился в сторону гарнизона. Обиделся, подумал Тайга.

Вольховский, умница и полиглот, был единственным офицером в части, свободно говорившим по-тополински. Когда надо и не надо, Тайга таскал его с собой для налаживания контактов – хоть с городскими властями, хоть с местным криминалитетом. А тут, видишь ли, без переводчика обошлись…

– Как дела, Рома? – отце Миклаш прищурился, спрятал глаза в подушках припухших век. – Нашёл пропажу?

– Ты о чём? – невозмутимо спросил Тайга.

В разговорах один на один оба как-то сразу соскальзывали на «ты».

– Да не отмораживайся, все уже знают.

– Так уж и все…

– И в Горсти, и за холмами.

И за холмами, эхом толкнулось в голове. С кем за холмами, среди алтинцев, может общаться тополинский священник?

– Вижу, нехорошее думаешь, – ухмыльнулся отце Миклаш. – У тебя, Рома, соображалка так устроена, что лицо – как монитор. Хоть читай, хоть списывай.

– За холмами – это кто?

– А не твоё дело, кто, сын мой! Только знай – на всякий случай, – что ни «Чистеша», ни «землемеры» тут ни при чём. Они сами в непонятках, сечёшь?

– Откуда знаешь?

Отце Миклаш сплюнул себе под ноги.

– Одному богу молимся.

От этих слов подкатило, подступило чёрное, глухое отчаяние. Тайга знал, что надо просто перетерпеть, но всё равно не мог остановить свои мысли.

Всё временно. Всё ненадёжно. Не наведение порядка в стране, а барахтанье в трясине.

– Вот именно! – рявкнул он. – Одна вера! Один язык почти! Рожи одинаковые! Переплетены, как нитки в ковре, – кто кому сват, а кто брат. Так что же им вздумалось делить-то?! Довели вон, что по всей стране чужие танки раскатывают.

– Ты уж определись, Рома, танки – это хорошо или нет?

– Танки – это плохо, – сказал Тайга. – Танки – это потому, что запустили всё до крайности. Ввязаться бы посредникам чуть раньше…

– Какие могут быть посредники, наивная ты душа? В чём – посредники? Если из двоих один хочет жить вместе, а второй нет, что делать?

– Решать, – запальчиво сказал Тайга. – Как-то решать. Искать компромисс. Раз уж так случилось, то делить территорию. Расходиться одним налево, другим направо.

– Зачем же делить, если можно взять целиком? – тихо спросил священник. – Тополина, Алтина и Цвена испокон веков были единым государством. Спасибо мировому сообществу, Цвену мы уже потеряли. Если теперь нас распилят пополам еще раз, то тут и сказочке конец.

Как быстро в нём вызрело это «мы», подумал Тайга. Сколько он здесь? Четыре года? Пять?

– И всё-таки хорошо, что у нас одна вера, – добавил отце Миклаш.

– Чем? – спросил Тайга.

– Когда нас перережут, то хотя бы не тронут храм. Пройдет недолгое время, и он снова даст людям свет. А ты только прикинь, что было бы, молись Алтина другому богу!..

– Слушай, хватит! Откуда такая паника, а? Вы живете не на хуторе, не в гетто посреди алтинских гор, а в Плешине, под защитой военного гарнизона, так всё равно твердите как попугаи: «Перережут-перережут!»

Тайга аж хлопнул ладонью по колену.

– Рома… – священник смотрел на него как на маленького, – сколько вас, скажи мне?

– Военная тайна, – буркнул Тайга.

– Вас сто тридцать семь человек, Рома, включая врача и четырёх медсестер. У вас шесть бронетранспортеров вместо штатных одиннадцати, и из тех – один в ремонте из-за поломки трансмиссии, а еще один заводится через раз. Пятнадцать офицеров и сто семнадцать солдат. Вы все здесь как на ладони. Когда придет время, вас тоже будут иметь в виду.

От слов отце Миклаша стало не по себе. Тайга одернул себя: глупости! Кто ввяжется в открытый бой с мотострелковой частью регулярной армии? Хотя даже собственный опыт подсказывал, что…

Нет никаких «хотя». Нечего и думать об этом.

– Плешнино Горсце? – шутливо спросил он, сложив ладони лодочкой.

Четверг

Что-то витало в воздухе, вечная тревога плешинцев перекинулась и на офицеров гарнизона.

Тайга попытался отказаться от участия в совместном рейде с итальянцами по перехвату крупной партии наркотиков. Ему велели не умничать и лично возглавить российскую группу.

В гарнизон приехали щеголеватые карабинеры для проработки плана операции. Серьёзный, как абитуриент на первом экзамене, «капитано Скаппоне Первого особого полка «Тускания"», а в придачу – два разгильдяя-лейтенанта, которых, чтобы не путались под ногами, сразу отправили в кафар, к явному удовольствию последних.

Тайга сносно изъяснялся на языке вероятного противника, Скаппоне – на языке вероятного союзника, оба пользовались артиклем «зе» чисто интуитивно, и в целом средств общения хватало.

Согласование деталей не заняло и получаса – пробежались по картам, уточнили время и маршруты выхода на точку, сплошная рутина. По данным из каких-то мутных источников, искомая машина должна была ранним воскресным утром пройти через Полуденный перевал, по стыку итальянской, французской и российской зон контроля. Где её и следовало брать. Подобные рейды редко когда давали хоть какие-то результаты – майор Тайга и капитан Скаппоне знали об этом по собственному опыту. Но служба есть служба.

– Роман, – спросил итальянец, когда с формальностями было покончено, – я уже пятый раз в Плешине и до сих пор не видел мальчика!

Тайга откашлялся.

– Какого – мальчика?

– С мечом, – как о чём-то само собой разумеющемся сказал Скаппоне. – Кривым таким, сло´ва не помню.

– Охрименко! – позвал Тайга. – Гости хотят какого-то мальчика с кривым мечом! Обеспечишь?

– Покажите мне Москву, москвичи! – высоким голосом спел Охрименко. – Это ж надо Вольховского звать, товарищ майор! Нашу птицу певчую…

– Так беги!

Охрименко воспринял команду буквально.

Роман уверенно кивнул итальянцу:

– Сейчас всё будет.

Скаппоне уточнил:

– Мальчик, да?

– Конечно! – подтвердил Тайга и, чтобы сменить тему, не слишком деликатно ткнул пальцем в запястье Скаппоне, где из-под манжеты выглядывал бледно-голубой вензель из букв «N», «S» и «F». – Что это такое?