Первое правило волшебника - Гудкайнд Терри

Не по душе была Кэлен эта затея, но Ричард прав, они должны выяснить, где искать последнюю шкатулку, а поблизости больше не было никого, кто мог бы указать нужное направление. Осень близилась к концу. Скоро наступит первый день зимы. И все же Племя Тины может отказаться помочь Искателю.

Тогда они даром потеряют время.

Но хуже было другое. Кэлен понимала, что, возможно, они и не решатся убить Исповедницу, пусть даже лишенную защиты волшебника. Но вот смогут ли они пойти на убийство Искателя? Этого Кэлен не знала. Ей никогда еще не приходилось путешествовать по Срединным Землям без волшебников. Ни одна Исповедница не путешествовала без них, это слишком опасно. Ричард оказался лучшей защитой, чем Джиллер, ее последний волшебник, но не Ричард должен быть ее защитником, а она — его. Кэлен не позволит Ричарду снова рисковать из-за нее. В борьбе против Рала он гораздо важнее. И это прежде всего. Она поклялась отдать жизнь в защиту Искателя... в защиту Ричарда. Она никогда ничего так страстно не желала. Если придется выбирать, умереть должна она.

Тропа привела их к двум шестам, торчавшим посреди равнины. Шесты были обмотаны кожей, разрисованной красными полосками. Ричард остановился, глядя на черепа, насаженные на верхушки шестов.

— Это предупреждение? — спросил он, дотрагиваясь до кожи.

— Нет, это священные черепа предков, призванные защищать и охранять земли Племени Тины. Лишь немногие удостаиваются такой чести.

— Это звучит не так уж угрожающе. Может, они будут рады нас видеть?

Кэлен повернулась к Ричарду и подняла бровь.

— Чтобы заслужить уважение Племени Тины, достаточно убить чужака. — Она бросила взгляд на черепа. — Но это не угроза. Это просто традиция.

Ричард глубоко вздохнул и убрал руку с шеста.

— Посмотрим, удастся ли нам убедить их помочь, чтобы они и дальше почитали предков и держали на расстоянии чужаков.

— Помни, что я сказала, — предупредила Кэлен, — они могут и не согласиться. Тебе придется отнестись к их решению с уважением. Они — одни из тех, кого я пытаюсь спасти, и я не хочу, чтобы ты причинил им зло.

— Кэлен, у меня нет ни желания, ни намерения вредить им. Не волнуйся, они нам помогут. Это в их же интересах.

— Они могут не согласиться, — настойчиво повторила она.

Дождь сменился легким туманом, приятно холодившим лицо. Она откинула капюшон.

— Ричард, обещай, что не причинишь им зла.

Он тоже откинул капюшон, упер руки в бока и слегка улыбнулся.

— Теперь я знаю, что это значит.

— Что? — спросила она с подозрением.

Он смотрел на нее сверху вниз. Улыбка стала шире.

— Помнишь, когда у меня была лихорадка от змеиной лозы, я просил тебя не трогать Зедда? Теперь я знаю, что ты почувствовала, когда не смогла этого обещать.

Кэлен смотрела в серые глаза Ричарда, думая о своем стремлении остановить Рала и вспоминая тех, кого он убил.

— Теперь и я знаю, что ты почувствовал, когда я не смогла дать тебе это обещание. — Она невольно улыбнулась. — Тебе казалось, что ты вел себя глупо?

— Когда понял, что поставлено на карту, — кивнул он. — И когда понял, что ты никого не станешь трогать, если только у тебя не останется выбора. Вот тогда до меня дошло, каким я был дураком, не доверяя тебе.

Она тоже считала глупым не доверять ему, но знала, что он слишком доверяет ей.

— Прости меня, — сказала она, продолжая улыбаться. — Я должна была лучше тебя знать.

— Ты знаешь, как убедить их помочь нам?

Она бывала несколько раз в селении Племени Тины, но всегда без приглашения. Они никогда не позвали бы Исповедницу. Это была обычная миссия Матери-Исповедницы, которая обязана посещать различные народы Срединных Земель. Люди Племени Тины были очень вежливы, но ясно давали понять, что со своими делами управятся сами и не желают вмешательства чужаков. Они были не те люди, которые испугаются угроз.

— Племя Тины устраивает сборища, которые называются советом провидцев. Меня на них никогда не допускали. Может, потому, что я чужая, может, потому, что я женщина. Этот совет дает ответы на вопросы, касающиеся жизни деревни. Они не станут проводить его под угрозой меча. Если они нам и помогут, то только по доброй воле. Тебе придется их убедить.

Ричард посмотрел ей в глаза.

— С твоей помощью мы это сделаем. Должны.

Кэлен кивнула, и они продолжили путь. Над равниной низко нависли темные тучи. Казалось, они неслышно закипают, бесконечной вереницей скользя по небосклону. Небо казалось таким огромным, что по сравнению с ним даже бескрайняя равнина выглядела совсем маленькой.

Дождь наполнил ручьи, и грязная, пенная вода шумела и клокотала, ударяясь о бревна, перекинутые через потоки. Кэлен ощущала, как бушующая вода раскачивает бревна у нее под ногами. Она ступала осторожно: бревна оказались скользкими, а над мостками не было даже веревок, за которые можно ухватиться. Ричард предложил ей руку, и она с радостью воспользовалась предлогом принять ее. Кэлен поняла, что с нетерпением ждет нового ручья, чтобы снова коснуться его руки. Но как бы ни было больно, она не могла позволить себе ответить на его чувства. Ей так хотелось быть просто женщиной. Но нет. Она — Исповедница. И все же иногда, на мгновение, она могла забыть, или притвориться, что забыла.

Ей хотелось, чтобы Ричард шел рядом, а он держался позади, осматривая местность и приглядывая за ней. Он оказался в странных краях, ничего не принимал на веру и во всем видел угрозу. В Вестландии Кэлен чувствовала себя точно так же и теперь понимала его. Ричард подверг свою жизнь огромной опасности, выступив против Рала. Он был прав, проявляя осторожность. В Срединных Землях осторожный погибает быстро, а неосторожный — еще быстрее.

После того, как путники пересекли очередной ручей, перед ними неожиданно появились восемь мужчин. Кэлен и Ричард резко остановились.

Одежда незнакомцев была сшита из звериных шкур. Липкая грязь, которую не смог смыть даже дождь, покрывала их лица, руки и волосы. К рукам и одежде были привязаны пучки травы. Трава торчала и из-под повязок на головах.

Когда эти люди прятались в высокой траве, их практически нельзя было заметить. Они стояли молча, с мрачными лицами. Некоторых Кэлен узнала: это были охотники из Племени Тины.

Самый старший, крепкий и жилистый, которого, как она знала, звали Савидлин, подошел ближе. Остальные ждали, опустив луки и копья. Кэлен чувствовала у себя за спиной присутствие Ричарда. Не поворачиваясь, она шепнула, чтобы он стоял неподвижно. Савидлин остановился перед Кэлен.

— Силы Исповеднице Кэлен, — сказал он.

— Силы Савидлину и Племени Тины, — ответила она на их языке.

Савидлин с силой ударил ее по лицу. Кэлен ответила ему увесистой пощечиной. Вдруг она услышала звон Меча Истины.

— Нет, Ричард! — Он уже занес меч, готовясь нанести удар. — Нет! — Она схватила его за руку. — Я же сказала, чтобы ты стоял спокойно. Стой спокойно и делай то же, что и я.

Ричард отвел взгляд от Савидлина и посмотрел на нее. В его глазах стоял гнев, гнев магии и готовность к убийству. Ричард стиснул зубы.

— А если они перережут тебе горло, мне что же, подставлять свое?

— Это они так здороваются. Показывают уважение к силе другого.

Ричард недоверчиво нахмурился.

— Извини, что не предупредила тебя. Спрячь меч.

Он посмотрел в глаза Кэлен, Савидлину, потом снова Кэлен и уступил, с лязгом вложив меч в ножны. Кэлен, облегченно вздохнув, повернулась к людям Племени Тины. Ричард встал позади, готовый защитить ее. Савидлин и остальные спокойно смотрели на них. Они не понимали слов, но, по-видимому, догадались, что происходит. Савидлин перевел взгляд с Ричарда на Кэлен и заговорил на своем языке:

— Кто этот человек с характером?

— Его зовут Ричард. Он — Искатель Истины.

Охотники зашептались. Савидлин смерил Ричарда взглядом.

— Силы Ричарду, Искателю.

Кэлен перевела. У Ричарда все еще горело лицо.

Савидлин шагнул вперед и ударил Ричарда, но не ладонью, а кулаком.