Избранное. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Абсолют Павел

— Я согласна стать вашим сервом, — вздохнула она с некоей печалью и обреченностью в голосе.

— В таком случае повторяй за мной текст присяги: Я, полное имя, обязуюсь служить тану Артофу Лиендо Кройцу и роду Кройц в целом, блюсти честь рода и заботиться о его процветании. Я осознаю, что предательство рода карается смертью.

Девушка немного сбивчиво повторила мои слова.

— Я, Артоф Лиендо Кройц, в лице рода Кройц, принимаю твою присягу, взамен наделяю тебя правом пользоваться всеобъемлющей поддержкой Великого рода Кройц. Можешь поцеловать мою руку, — протянул я ладонь тыльной стороной.

— П-поцеловать?! — опешила она. — У нас в старину было принято целовать руку, но дамам!

— Везде свои традиции, — пожал я плечами.

— Может, хватит и поцелуя в щеку? — нерешительно предложила Анна.

— Пусть будет так, — кивнул я.

Девушка подошла ближе, встала на цыпочки и оставила на щеке исчезающий теплый след от легкого касания губами. Щеки ее заалели. Нарушение давних традиций, однако наследнику рода стоит быть гибче — уметь подстраиваться под новые условия. Ведь я очень далеко от родного Аккотрельма. Больше никто не отругает меня, если я поступлю не так, как предписано древними обычаями.

— Вассальная присяга принята, — произнес я с облегчением. — Продолжим осмотр?

Теперь, когда роли определены окончательно, мне стало намного проще вырабатывать свою линию поведения.

В книжном отделе мы также немного прибарахлились. Анна взяла что-то из развлекательной исторической литературы, я же нашел себе в детском отделе букварь и несколько развивающих энциклопедий про разные страны, растения и животных. Придется бегло изучить их, если я хочу встроиться в местное общество.

Покончив с бесплатными «покупками», мы вернулись в занятые апартаменты. Таскать с собой везде серва мне показалось не слишком удобным. Но и оставлять Анну на долгое время одну могло быть опасно. Поэтому я потратил вечер на то, чтобы сконструировать примитивный одноразовый передатчик из двух половинок ядра элхорга. Если сломать одну часть, то вторая также треснет. Я обучил девушку данному трюку и велел держать половинку всегда при себе. Анна смотрела на меня со странным выражением на лице, но никак комментировать мою простенькую поделку не стала.

Интересно, как у туземцев с эфирной техникой дела обстоят? Я не специализировался на артефактах, но базовые принципы знал. Возможно удастся впоследствии наладить выгодный обмен.

Вечер и часть ночи потратил на знакомство с местным алфавитом. Под руководством учительницы научился фонетике и начал понемногу читать вслух. До Падения в пропасть в мире обитало множество разнообразных животных в отличающихся друг от друга климатических зонах и на разных материках. По большей части они были безобидны, как я понял. Даже какая-нибудь толпа варваров с копьями могла затыкать любое существо на суше. Да и крупнейших водных обитателей люди чуть ли не истребили полностью. Но с появлением эфира фауна претерпела значительные изменения, и теперь одна гончая или шипокрыл могли устроить кровавое пиршество, если люди не были как следует вооружены или не имели мета-способностей.

Также провел дегустацию местного слабоалкогольного ягодного напитка. Имп сразу принялся трещать об интоксикации организма, но мне удалось его усмирить. Бордовая терпкая жидкость показалась мне кисловатой, но за неимением имперских элитных напитков можно употреблять и данное пойло.

Ночью, убедившись, что Анна спит, я снова наложил на нее общеукрепляющую печать. Пускай я и принял вассальную присягу у серва, показывать ей узоры ценных заклинаний не следовало. Меньше знает — крепче спит, как она сама учила.

Следующий день я провел в засаде, наблюдая за лагерем Красный Приют. Обосновался в высокой многоэтажке, откуда открывался неплохой вид сверху на поселение аборигенов. Никаких живых существ в здании не обнаружил — вероятно, их давно зачистили местные. На всякий случай наложил на себя теневую вуаль, но туземцы вообще не слишком активно обозревали окружающее пространство и не посылали патрули в близлежащие здания.

Печать подзорные окуляры, которую я с трудом восстановил по памяти, помогла мне как следует рассмотреть некоторые детали быта и самих жителей. К сожалению, фоновое аурное излучение на таком расстоянии рассеивалось, так что я не мог изучить досконально узоры туземцев. Красная Молния в эфирном зрении значительно отличалась от остальных, но также часть охранников обладала чуть более яркой аурой, нежели рядовые сервы. Я заметил контейнеры со слабоконцентрированной мета-жидкостью, о которых говорила Анна. Вроде бы их также использовали в качестве ускорителя роста растений. Также мое внимание привлекли необычные зеленоватые очки, которые носила одна из охранниц.

Вечером же в Красный Приют явился натуральный мета-человек. Супер прилетел по воздуху, таща на себе с двух сторон тяжелые на вид баулы. Встретили его как дорогого гостя — сразу окружили и принялись знакомиться с привезенными товарами.

— Мета-курьеры, — протянул я удивленно. — Чего только не увидишь.

Стоит отметить, что у супера была относительно мощная аура, показавшаяся мне несколько странной. Как и аура Красной Молнии. Жаль я не мог рассмотреть их вблизи более подробно. Понятно, что в прямом столкновении со мной у них шансов мало, но было бы интересно сравнить, кто из нас сильнее по голой мощи. Возможно, что я в данной категории был бы проигравшей стороной: дури у местных суперов хватало. Для непрерывного полета с грузом на десятки километров нужен огромный запас эфира. Каким образом летуны его добывают в этом энергетически скудном мире для меня остается загадкой. Разве что мета-жижу с собой возят или ядра потребляют.

Обо всем впоследствии расспросил у подчиненной. Девушка пояснила, что охранники с развитой аурой — это Громилы. Слабые мета-люди, успешно пережившие трансформацию. Они сильнее обычных людей и обладают неразвитым мета-полем, могут высоко прыгать, быстро бегать и больно бить. По силе они также различаются между собой. Слабых Громил могут запинать и обычные жители, а с сильнейшими и мета-люди с трудом справляются. У нас такие специалисты встречались, но крайне редко. Выходить против того же призрачного клинка с голыми кулаками и одним мета-полем — полнейшая дикость. В какой-то степени я также являлся Громилой по местной классификации, вот только я мог контролировать степень своей «громилости» в некотором диапазоне путем подачи телесного эфира.

Очки являлись ценным привозным артефактом. Они определяли класс мощи супера по силе светимости мета-излучения в числах от ноля до десяти. Изредка встречалось, что у мощного супера слабое излучение, но чаще всего данные значения у местных коррелировали. По-видимому, скрывать свою ауру они толком не умели. Интересно, если я пройду тест очками при моем повседневном слабом уровне поля, какой класс мощи они покажут? Я лишь головой мог качать в удивлении. Мало того, что местные не умеют толком владеть своим мета-доспехом, так еще и эфирное зрение им незнакомо. Очки какие-то выдумали. Чего еще ждать от жалких самоучек? Впрочем, земляне меньше двадцати лет живут бок-о-бок с новой реальностью, тогда как в моем распоряжении результаты трудов огромного числа ученых со всей Империи. Стоит сделать скидку на суровые условия жизни.

— Как ты думаешь, я сойду за жителя Хиспании? — спросил я у Анны утром, просматривая карту мира в одной из взятых энциклопедий.

— Хиспания? Ну, что-то такое в вашей внешности есть, тан. Но хиспанский — известный язык. Вас могут поймать на его незнании. Если вы хотите придумать надежную легенду, надо брать что-то менее известное…

— Например?

— Как насчет Австралии? Она далеко… Хотя нет, там же вроде английский в ходу. Вот! — девушка провела свой тонкий пальчик немного выше. — Новая Зеландия! Там проживают люди как со светлым, так и темным цветом кожи. Один из официальных языков называется маори. Можете представить свой родной язык им. Все равно никто настоящий маори не знает.