"Фантастика 2025-162". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Greko

С момента старта с плесецкого космодрома прошло всего три часа, когда «Великолепный» вышел в центре (условном, конечно) Ланиакеи перед кольцом из двенадцати звёзд, сигнализирующих о нахождении здесь портала в Тьмир. «За три часа, с остановками, – подумал Шаргин с лёгким недоверием, – пересечь пол-Вселенной! Чем мы не покорители Вселенных?! Или это не главное?»

Твердыня сообщил о приближении пограничного флота Властителей, стерегущего вход в «преисподнюю Тьмира», но люди не стали ждать развития событий.

– Вперёд! – скомандовал Шаргин.

– Выполняю! – отозвался кванк.

Дроздов промолчал, хотя это вовсе не значило, что он не контролирует работу компьютера.

«Великолепный» обнаружил искусственную планету в центре кольцевого созвездия и тихо-тихо проколол «орех» сооружения невидимой «струной» до самого ядра, представляющего портал в тёмную вселенную. Сознание людей выключилось и заработало снова, заставив их пережить неприятную паузу «остановки сердца». Космолётчики открыли глаза и увидели белый космос, пронизанный близкими и далёкими кружевами «тёмных мхов».

– Отлично! – проговорил Шаргин севшим голосом и откашлялся. – Спасибо, капитан! Идеальное погружение!

– Служу России! – ответил Дроздов невозмутимо.

– Ищем Моховик!

Фрегат двинулся к зеркально-прозрачной стенке силового куба, окружавшего портал. Стенки куба исчезли, породив сотрясение пространства.

– Фиксирую указатель, – доложил Твердыня, показывая в центре виома двенадцать чёрных точек. Кванк имел в виду конфигурацию из двенадцати звёзд, используемую тартарианцами и создателями тюрем для джиннов и моллюскоров, а также жителями Тьмира в качестве указателя цели. Какую роль играла в психологии негуманоидов дюжина – число двенадцать, – не знал никто, ни один ксенопсихолог, но именно оно служило им реперной точкой.

– Расстояние?

– Аналогично двум световым годам.

– Всем приготовиться! Счёт пойдёт на доли секунды! Мы должны подойти к Моховику как можно точнее! Твердыня, твоя задача – отреагировать на все версии угрозы в режиме ВВУ-БН. Цель – Замок Драконов. Мы будем в отрубе несколько секунд, действовать тебе придётся самостоятельно!

– Справлюсь! – сухо ответил искин фрегата.

Глава 22

Моране

Время для него остановилось… почти… мысли и действия, требующие до этого момента сравнительно неторопливых реакций, приобрели характер внутриядерных реакций, длящихся триллионные доли секунды. Если в спокойном состоянии блок опций восприятия реальности растягивался на три секунды, то в нынешнем положении мышление Копуна ускорилось в миллионы раз. Все десять ступеней осознавания и настройки организма уложились в десять триллионных долей стандартной (по человеческим меркам) секунды.

Среда: уникально агрессивная, плотная, пронизанная «сверхгорячим» энергетическим потоком от радиоволн до жёстких гамма-лучей, плюс колоссальное гравитационное поле…

Состояние личное: энергия стремительно убывает, высасываемая чёрной дырой, уменьшается масса, сокращаются линейные размеры, мышление вибрирует, приближаясь к распаду личности…

Оценка опасности: максимальное сближение с чёрной дырой до потери личности – десять километров… сокращается с каждой секундой…

Прогноз на будущее: большие параметры – невозможен, малые – до минуты – неблагоприятен… освобождение с наименьшими потерями – до восьми секунд…

Ощущения физические: он плывёт в густом сиропе и тонет, захлёбываясь…

Защита: требуется срочное дополнительное энергоснабжение…

Кто-то рядом… уровень контакта… кто-то рядом?!

Копун «очнулся».

Рядом, то есть в пределах сферы воздействия, находилась Дианая, и она страдала, корчась от боли энергопотери и внешнего силового давления!

«Милая, держись!»

«Мне… плохо… – донёсся мысленный всхлип моллюскора. – Я таю… таю… таю…»

«Держись! Я вбираю тебя в своё пси-пространство целиком! Для этого освободи свой мыслеконтур и дай линию прямого воздействия!»

«Надо… уходить…»

«Мы уйдём, как только объединимся! Поверь мне! Сделай то, что прошу».

«Верю… бери… меня…»

Яркая радужная молния вонзилась в «мозг» Вестника, рождая ответную вспышку яркого света, объединившую обе энергетические структуры искинов. Копун почувствовал такую силу «в мышцах», что едва не возликовал от ощущения всемогущества. Теперь он был на равных с чёрной дырой, в которую (или близко) его загнали моране и которая играла в Тьмире роль центрального нервного узла – ганглия, ядра мышления этой тёмной вселенной, сотканной не из атомов и молекул, а из структур Калаби – Яу, раздутых инфляцией после Большого взрыва до видимых масштабов. Люди Земли называли эти структуры «суперструнами».

Энергии объединившейся пары «Вестник – моллюскор» хватило бы на соскальзывание в канал ВСП и уход из зоны схватки с моранами, представлявшими собой антивирусную систему Тьмира, к счастью срабатывающую медленно. Да и сам Тьмир являлся медленно мыслящей сущностью – в зависимости от своих размеров, потому что он был целой Вселенной! Но Копун не побежал, хотя и контролировал состояние Дианаи, чтобы в случае возрастания риска распада покинуть зону контакта.

Моран было больше тысячи: безобидные с дальнего расстояния полупрозрачные облачка с танцующими внутри чёрными звёздочками на фоне белого космоса смотрелись как земные одуванчики и казались даже красивыми. На самом деле это были накачанные энергией объекты, композиции полевых субстанций, не имеющие аналогов в «нормальной» барионной Вселенной, и каждый из них обладал мощью, стократно превышающей мощь любого земного космолёта. И при этом они обладали разумом, пусть и не человеческого типа и даже не таким, какой был у Копуна. У него мелькнула ребяческая мысль подшутить над моранами, и он придумал способ: создал голографическую копию своего основного тела – в виде веретена – и запустил к выстроившейся куполом антивирусной эскадре. Мгновение спустя он пожалел об этом, однако было поздно. Моране не поддались на уловку, не обратив внимания на призрак, зато нанесли удар по «обнявшейся» паре искинов.

Впрочем, Копун был готов к любому повороту событий, поэтому не стал отражать удар (порождённая моранами волна гравитационного поля двигалась не мгновенно, а со скоростью света, что давало шанс вовремя отпрыгнуть) и перенёсся ещё ближе к так называемому горизонту чёрной дыры, пересекать который было нельзя.

К его удивлению, остановиться он не смог! Какая-то непонятная чудовищная сила продолжала цепко держать пару, как обезьянья лапа – банан, и толкать в объятия чёрной дыры, не давая возможности ни маневрировать, ни прыгнуть в «струну» ВСП.

Перспектива пугала. Даже всей мощи объединённых искинов не хватало на освобождение из объятий сверхмассивного объекта, удерживающего благодаря гравитации даже свет. Путь был открыт только в одну сторону: в дыру, и сеть моранских «облаков» неумолимо приближалась.

Впервые в жизни Копун рассвирепел.

Уже давно он не отключал сферу чувств, приобретённую с помощью взаимодействия с людьми, хотя иногда она очень мешала, особенно при решении пограничных задач – сделать так или эдак. В прежние времена он просто начал бы бой, не собираясь сдаваться на милость победителей – тьмирских разумников. Но в данном случае с ним была женщина, пусть и созданная искусственно, почти так же, как он сам, и её присутствие влекло его на подвиги.

До пересечения с трепещущей границей чёрной дыры (её горизонт был размыт, так как она непрерывно поглощала излучение и материальные узлы космоса) оставалось около двух километров, когда он изобрёл алгоритм старта по примеру людей: в режиме «куда глаза глядят», присоединив к нему своё ощущение вакуума как бесконечного поля безмассовых частиц – квантонов, из которых, по сути, и состояли «самые элементарные» кирпичики материи на порядки меньше «суперструн».

«Держись, Дианая!»

«Держусь, милый!» – простодушно ответил моллюскор.

Он не знал, получится ли у него фокус с бегством через иное измерение или нет: все известные Вестнику законы Мироздания хорошо работали в трёхмерье, хотя сама метавселенная опиралась на базис десяти измерений или одиннадцати, если принять во внимание время как своеобразное измерение, в то время как развёрнуты были только три пространственных. Когда больше года назад Копун попытался нырнуть в балк гильбертова пространства, чтобы добраться до «соседней» метавселенной, почти во всём идентичной родной, ему пришлось разворачивать четвёртое измерение, пробившее барьер между мирами. Но чтобы вырваться из цепких «лап» чёрной-чёрной дыры Тьмира, требовалось более сложное преобразование материального контента собственного тела, и Копун ухищрением квантовой фазировки превратил себя и моллюскора в «пакет» пятимерья, «струны» которого унесли их в неведомые бездны Мультиверса.