Дьявольский Quest - Рожков Андреевич

Страшно закричала Свея и бросилась на монстра. Секунду спустя она лежала со мной рядом, скривившись от боли, но одного ножа в руке не хватало. Зато он торчал из брюха болотного хозяина, и из-под него медленно текла темная жидкость.

– Попала, – усмехнулся я, за что получил ''по шее'' от тела, скривившись от боли в груди.

– Вы выбрали жертву, свершиться же приношение водам глубоким, мною хранимым, – возгласил Квар и, перешагнув нас, пошел на Беовульфа.

– И за что мне это все? – со стоном поднимался я. – Ей… козел, оставь парня в покое.

Чудовище обернулось, пару раз хлопнуло белесыми глазами, оскалилось, показывая полную пасть клыков и… Я вновь оказался на земле, только теперь понял почему.

Ведь монстр похож на лягушку, а что в ней самое интересное, кроме лапок? «Язык до Киева доведет», – помните такую поговорку? А у этого язык такой, что он его не только до Киева, он его вокруг земного шара погоняет. Он у него длинный и бьет так, словно ты на скорости в полсотни километров врезаешься в стену.

– Хоть в оборотня превратись, – со стоном попросил Свею.

Она закатила глаза, было видно, как судороги пошли по телу и начали менять черты, придавая им нечто хищническое… но на этом все и закончилось.

– Не могу, – обреченно выдохнула она. – Сил не хватает.

– Тогда придется по старинке, – резко выдохнул я и вновь поднялся.

Я понимал Свею, ее слабость и неспособность обернуться волком-оборотнем. Сам пытаюсь разбудить в себе кедара, но не получается. Я зол, очень зол, но не могу сделать так, чтобы проснулись магические силы.

Пока мы валялись, чудовище неспешно подошло к Беовульфу, схватило его за горло и подняло над землей. Даже в слабом свете луны было видно, как побледнело лицо нашего колдуна, а изо рта вырвался еле слышный хрип.

– Жертва из крови болоту теперь отдается, – проквакал монстр и занес лапу… Вряд ли чтобы погладить паренька по голове, скорее лишить его оной.

Вот теперь я умничать не стал, проявляя благородство, чтобы чудовище обернулось. Попросту подскочил к нему, насколько это было возможно в моем случае, и нанес рубящий удар по толстой спине. В лицо брызнуло чем-то противно-вонючим и раздался рев полный боли. Монстр так стремительно развернулся, что я даже подумать не успел, как оказался в болоте. Хорошо хоть уронили рядом с островком, иначе пришлось бы туго, а тут, работая руками и мечом, что веслом, выкарабкался на землю.

– Нет… он меня… достал, – злился я сам на себя, стараясь унять боль в груди, да и левая сторона что-то опять разболелась.

Те раны, что нанесла ракшанская крыса, зажили довольно быстро, тут оказала свое влияние мазь Беовульфа и то, что я кедар, так объяснил колдун, мое двух или трех дневное лечение. Вот теперь снова раны дают о себе знать, благо пока не мешают.

Тем временем Квар вновь схватил Вульфа, отбросив до этого Свею куда-то в сторону. Я поднялся, хотя так хочется лежать и созерцать луну. Поплелся к монстру, пропахивая мечом глубокую борозду.

– Оставь его… – договорить не успел, так как… Нет, на земле не оказался, а вот Аргон буквально вырвали из рук. Секундой позже он оказался у хозяина болот – болтался на его длинном языке.

– Уж лучше комаров бы жрал, – скорбно заметил я – меч жалко, обслюнявит ведь.

– Чужаки не хотели жертвой одной обойтись, Квар, что другом Кавра является примет вас всех в лоно болота, – насколько я понял, именно это он проквакал. Меч все еще висит у него на языке, поэтому коверкает слова.

– Примет, не примет – это мы посмотрим, – многообещающе сказал я, доставая нож-мачете.

Монстр, наконец, отлепил мой меч и прижал его лапой, вогнав в землю. Потом оскалился и патетично заявил, чуть ли не нараспев:

– Жертва умри, – и взмахнул лапой.

Беовульф буквально сжался в комок в лапе чудовища, стал белее чем снег и… В следующую секунду он страшно закричал, словно его резали живьем, между ним и Кваром уплотнился воздух и с невероятной силой отбросил монстра в болото. Прежде чем наш колдун рухнул на землю, Свея была рядом, и они уже вместе пытались освободить его шею от лапы, что все еще держала за горло.

Островок ощутимо вздрогнул, болото пошло волнами и, казалось, даже луна заколыхалась от того рокота, что поднялся над водой.

– Разозлили, – устало произнес я, вытирая лицо.

Он выскочил на берег, словно разъяренный бульдозер, готовый смести все со своего пути и он попытался. Бросился в мою сторону, как будто это я виноват в том, что теперь у него вместо одной руки кровоточащая культя. Я еле успел отскочить в сторону, но монстр все, же успел задеть и в боку взорвалось болью, а дыхание сперло, будто кто-то выкачал воздух из легких. Квар подскочил к моим спутника и двумя ударами раскидал Свею и Беовульфа в стороны.

Ох, как я зол… и как же я устал, чтобы превратиться в кедара. Тело стонет и кричит, что лучше оно поваляется возле воды, пусть она грязная и вонючая, но не станет подниматься, оно, дескать, не нанималась тут испытания на себе проводить. Я полностью согласен с организмом, но мозг – зараза – упрямо утверждает, что если сейчас не встану, то нас троих принесут в жертву местным лягушкам и вот тогда они отомстят за всех своих собратьев, что были съеденные за последние дни. Не очень радужная перспектива – пришлось вставать.

– Эй! – тело нехотя поднималось. – Может со мной, – в пояснице что-то хрустнуло, – померяешься силой богатырской?

Хотелось бы встать в подобающую позу, словно какой-нибудь Илья Муромец перед Соловьем-Разбойником, но мне бы прямо устоять. Монстр, как я понял, принял вызов, потому что в плечо ударил его длинный язык и чуть не отправил меня обратно на землю – устоял. Понимаю, что если сейчас упаду, то так и буду пялиться на царственную луну, пока над нами не совершат акт жертвоприношения.

Я только сильнее сжал рукоять ножа, когда последующие два удара влетели в бок и бедро, отчего нога онемела. Чудовище удивленно посмотрело на меня, видимо недоумевая, почему я до сих пор стою. Да потому что мне падать нельзя!

Квар наклонился и взял в свои мерзкие лапы мой меч, повертел им перед глазами, словно рассматривая, а потом пару раз взмахнул, рассекая воздух.

– Умный лягушонок, – осклабился я, ведь не ожидал, что монстр поймет, что в его руке. Надежды на спасение таяли как снег в Африке: быстро, настойчиво и оставляя после себя только разводы.

Выставил перед собой нож, понимая, что против меча, с моим-то умением драться, не выстою. Беовульф и Свея отползли подальше от места битвы, насколько это было возможно, учитывая размеры суши, еще немного и они будут наблюдать представление из болота.