Безумный зов небес - Сергей Алексеевич Евтушенко

секунду остановиться, чтобы засечь неуловимую красную клетку. Увы, не все «приставы» застыли на месте, заставив меня расплатиться за это промедление двумя глубокими ранами: на плече и бедре. Минус сороковник хп как нефиг делать, продолжаем разговор. Я метнулся вперёд, сбив нападающих с толку, и прошёл сквозь их ряды «Шагом», с размаху врезавшись на выходе в противоположную стену. Больно, обидно, но нет времени трясти головой — сейчас главное заманить хоть одного из гадов на красную клетку, а там…

Одного из врагов — причём уже хорошенько оплавленного, не обманул мой дерзкий манёвр. Он двинулся ровно в то место, где я оказался за секунду до моего телепорта, и стоило мне развернуться, вцепился в меня ледяными когтями. Щит от экспертного «Шага» принял на себя первый урон, но тварь не отпускала. Я зашипел, переполненный отвращением, с тоской осознавая, что рисковый манёвр только что стоил мне ещё трети здоровья. Чёрная мазутная дрянь снова облепила меня с головы до ног, и на миг моё сознание поглотил мрак, растворивший в себе боль и ужас.

А затем он отступил, оставив лишь бесконечный бурлящий гнев.

Я потерял контроль над телом. Снова, как и тогда, в Парилке, обломок копья с кровью Владыки Нижнего Мира взял управление на себя.

Рык, что вырвался из моего горла, был столь ужасен, что атакующая меня тварь на миг застыла. «Коготь феникса», сияющий как тысяча солнц, прошил её насквозь, разорвал в клочья чёрного дыма. Это был явный оверкилл, лишняя трата маны, но я из задворок сознания не мог объяснить это окровавленному обломку. Чаша гнева переполнилась, я не справился, так что настал его черёд решать проблемы любым доступным способом.

К несчастью, о правилах «Сотни» он знал куда меньше моего.

Как и в прошлый раз, сила Владыки напитала «Коготь феникса», увеличив его до размеров длинного меча, и каждый его удар находил цель. Проблема была в том, что к моменту активации моего неожиданного режима берсерка на поле находилось порядка двадцати тёмных «приставов» разной степени подвижности. Да, моё тело, управляемое обломком, не знало боли, страха и отвращения, оно просто шло вперёд, сжигая всё на своём пути. Но враги не только стояли на пути, а ещё и заходили с флангов и даже норовили вцепиться в спину. Бешенства обломка попросту не хватало на всех, а ресурс моей несчастной тушки и так подходил к концу.

Красная клетка мигнула и исчезла, переместившись на другую часть поля. Обломок даже на подумал убить кого-то на ней, и теперь задыхался от количества врагов. В последней отчаянной попытке удлинённый «Коготь» прочертил пламенеющий полукруг, испепелив за один удар шесть или семь «приставов», но это нам не помогло. Десятки ледяных когтей впились в меня, буквально разрывая на части.

Худшее из возможных шоу для просмотра, не рекомендую никому. 0 из 10.

«ВЫ ПОГИБЛИ».

Глава двадцать третья

— Я. Видел всё.

Старая добрая пещера Сердца, некогда темница, а теперь практически родной дом. Старый добрый Кёльколиуке, который заговорил сразу, как только я открыл глаза после перерождения.

— Всё, что происходило в последней «комнате» или вообще всё?

— Вообще. Всё.

Вот и верь после этого богам на слово, даже доброжелательно настроенным. Впрочем, Кёльколиуке был не простым духом, а сменившим место жительства — возможно, это сыграло свою роль. Выходит, бедный дух-хранитель оказался вынужден молча наблюдать за моими злоключениями в последние пару суток, без возможности помочь или дать совет.

— Ты как, в порядке?

— Я. Да. А ты?

— Бывало и лучше.

Я ошибся, потерял контроль и в итоге довольно глупо погиб. И хрен бы с ним, но время, затраченное на возрождение, мне никто не вернёт, а впереди ещё целый новый Путь, чтобы добраться до Церкви. Иной дороги в Обитель никто не придумал.

Придётся признать, пока что Санитарий уделывает меня всухую.

— Догадался? — проскрипел Кёльколиуке, и я, задумавшись, не сразу обратил на это внимание.

— Прости, что?

— Догадался? — терпеливо повторил он. — Кто бог. Второй комнаты.

— Думаю, да. Если сложить одно с другим…

— Не. Говори, — вдруг перебил меня он. — Заранее.

— Почему?

— Плохая. Примета.

Странно, но духу-хранителю возрастом в сотни лет было явно виднее. Значит, буду уже называть на месте, когда доберусь до «жильца». Испытания в «комнатах» безумных богов напоминали игры Изнанки больше, чем хотелось бы, только без порталов и возвращаться туда было гораздо дольше.

— Кстати, ты в «Сотню» играть умеешь?

— На уровне. Любителя.

Набор обычных дел перед новым Путём не изменился. Пройтись туда-сюда, чтобы размяться после возрождения. Напиться воды из родника и заново наполнить бурдюк из шкуры мантикоры. Осмотреться. Мой новообретённый статус «посланника» никак не отразился на пещере, на стенах и постаменте Сердца не проступили письмена, адресованные старым богам, забывшим своё лицо. Но гнев и обида от поражения странным образом стихли, почти как в Церкви Спокойствия, а на их месте начал формироваться пока ещё нечёткий план.

Я достал из-за пазухи обломок из чёрного дерева — сейчас он был холодным и равнодушным, словно не признающим свою вину в произошедшем. Что если оставить его здесь, глубоко под землёй, в самом отдалённом и защищённом месте мира, где он точно не сможет причинить никому вреда?

Будто услышав мои мысли, деревяшка в моей руке тревожно потеплела, и я тяжело вздохнул. Нет, это было бы слишком просто, а в таком деликатном вопросе нет простых ответов. Это часть моего самого первого оружия, окроплённое кровью одной из самых могущественных фигур в мире. Это фактически часть меня, и именно поэтому обломок имеет надо мной власть. Нельзя просто отказаться от него, но и нельзя больше позволять ему брать контроль. Возможно, существует третий вариант, о котором когда-то говорил Насиф.

— Как думаешь, в Обители кто-нибудь умеет ковать оружие?

— Есть только один. Способ узнать.

Я шагнул в сиреневую рябь портала Пути как не подготовившийся студент, входящий в аудиторию к экзаменатору, с пустой головой и нехорошим предчувствием. Возможно, если бы я взял специализацию на тенях, с каждым разом Путь становился бы всё легче, а Изнанка в итоге стала бы ещё одним убежищем. Но история не терпит сослагательного наклонения, и пиромант-чужак, идущий Путём теней, остаётся для них чужаком.

Мой единственный выход наружу. Единственный способ переместиться на далёкое расстояние, чтобы спасти тех, кто мне дорог. А в данном случае — ещё и