Сексуальная революция. - Вильгельм Райх

Если уж в Германии проблема детей и подростков была необычайно сложна, то до какой же степени должен был обостриться конфликт между нарастающими требованиями бурно развивающейся сексуальности и саботажем со стороны общества в такой стране, как Советский Союз, где была провозглашена полная свобода, но сексуальное угнетение продолжало существовать. Всеобщая коллективная жизнь и сохранение семейного воспитания детей неизбежно должны были приводить к социальным взрывам. Мы не должны забывать также, что советские матери все больше втягивались в производственный процесс, духовно и эмоционально оживали в качестве действующих членов общества, что создавало новое противоречие в их отношении к детям.

Видя участие матерей в производстве, дети тоже хотели войти в жизнь. Перед ними открывался путь в трудовую жизнь, но многие не хотели идти по нему, если им закрывали путь к сексуальности. Именно в этом причина беспризорности в Советском Союзе, все еще сохраняющая свое значение, а не в последствиях гражданской войны, которая к 1935 г. уже стала историей. Тем более такой причиной не является существование самой советской системы. Можно утверждать, без сомнений, что беспризорность детей и подростков является видимым выражением тайного сексуального кризиса их жизни. И можно предсказать, что никакому обществу не удастся решить проблему беспризорности, проблему психопатии детей и подростков, если оно не найдет мужества и знания для того, чтобы урегулировать половую жизнь детей и подростков в соответствии с принципами положительного отношения к сексуальности.

Сегодня мы никоим образом не можем предсказать, какие конкретные воспитательные меры придется принять, если мы столкнемся с необходимостью решить эту проблему. Мы можем, напротив, только вскрыть общие связи и закономерности.

Решение вопроса беспризорности, как и вопроса воспитания детей в целом, зависит от того, удастся ли и насколько удастся исключить из формирования психической структуры ребенка привязанность детей к родителям и родителей к детям, имеющую кровосмесительный характер, мотивированную ненавистью и пропитанную чувством вины.

Логичным будет утверждение, что исключить эту привязанность не удастся, если дети не начнут воспитываться в коллективе примерно до 4 лет. Сказанное не означает уничтожения естественных отношений между родителями и детьми, проникнутых любовью.

Речь идет только о ликвидации невротических, болезненных отношений. Конечно же, попытка решения этой задачи окончится неудачей, если не будет разрешено в широком масштабе противоречие между семьей и коллективом. Как родители должны любить детей, так и дети должны отвечать им тем же, так, чтобы и те, и другие имели возможность во всей полноте наслаждаться этим чувством. Но, как ни парадоксально прозвучит сказанное, это-то и предполагает упразднение принудительной семьи и воспитания в ней. Мы потерпим неудачу, если не сумеем покончить с запрещением детской сексуальности и вытекающим отсюда чувством выброшенности из общества вследствие желаний и действий сексуального характера. Мы должны всеми средствами препятствовать тому, чтобы в будущем оказались возможными сообщения такого рода:

"Шестилетний Гарик: "Ради Бога, что случилось?" А произошло нечто неслыханное. Восьмилетняя Любка, едва умеющая писать, «влюбилась» и тайком сунула своему ровеснику Павлику записку следующего содержания: "Мой сладенький пирожок, моя конфеточка, мой золотой бриллиантик…" "Влюбиться! Такое мещанство! Времена царя Николая давно прошли!" Дело возбужденно обсуждалось, и в наказание Любке запретили целых три дня появляться на детской площадке", — так писала Фанина Халле, доказывая нравственность советской системы и стремясь реабилитировать коммунизм перед всем «нравственным» миром в своей книге, снискавшей широкое признание.[27]

Педагоги и сексологи «социалистической» ориентации, которые не выносят вида двух детей, ласкающих друг друга, будучи не в состоянии понять очарование и природную естественность детской сексуальности, совершенно не пригодны для революционного воспитания нового поколения, несмотря на их пусть даже самые благие намерения. В детском половом возбуждении, в чувственных отношениях между детьми бесконечно больше нравственности, искренности, силы и воли к жизни, чем в тысячах страниц сухого анализа и тезисов. Здесь, и только здесь, в живости детского существа, следует искать гарантию построения общества подлинно свободных людей.

Сказанное не вызывает сомнений, но было бы вредно считать все проблемы уже решенными в результате одной только этой простой констатации. Мы должны быть готовы к тому, что перестройка психической структуры человека, в результате которой его жизнь будет основываться не на патриархальных и авторитарных началах, а на добровольности и способности радоваться, окажется самой трудной из всех задач, которую нам придется решать.

Часто механически повторяют марксистское положение о том, что "сам воспитатель должен быть воспитан". Пришло время конкретно представить себе, как следует понимать это положение, и взяться за его реализацию. Воспитатели нового поколения, родители, педагоги, государственные руководители и хозяйственники должны сначала сами быть здоровы в сексуальном отношении, прежде чем они смогут допустить, чтобы воспитание детей осуществлялось правильно с точки зрения сексуальной экономики.

Глава VII. Какие выводы следуют из борьбы за "новую жизнь" в Советском Союзе?

Функционер рабочего движения, воспитатель, консультант молодежи и все те, кто постоянно сталкивается с необходимостью решать повседневные задачи воспитания молодого поколения, теперь потребуют конкретных указаний для своей работы. Это понятно, но совершенно невыполнимо. Можно лишь попытаться постигнуть причины провалов революционных переворотов и лишь в общих чертах указать средства и пути революционного развития, только примерно задающие направление, в котором мы должны вести поиски. Мы не можем знать, как в случае нового революционного переворота будет развиваться конкретная ситуация в той или другой стране. Все дело заключается только в применении общих принципов к конкретным ситуациям. Ни в коем случае нельзя предаваться утопическим представлениям о деталях, так как они в каждом случае только блокируют путь к постижению конкретной действительности.

Один из общих принципов, который можно вывести из анализа процесса торможения сексуальной революции в Советском Союзе, заключается, несомненно, в необходимости создания всех предпосылок и условий сексуального счастья людей. Так как советское законодательство 1917–1921 гг., регулировавшее сексуальные отношения, вполне соответствовало этому направлению, мы переняли бы эти законы лишь с очень небольшими изменениями. Но этого было бы недостаточно. Необходимы практические шаги, чтобы принятые законы действительно дали реальный результат, то есть привели бы к изменениям в психической структуре людей. Кроме того, в Советском Союзе отсутствовали некоторые меры, которые могли бы направить в упорядоченное русло стихийно начавшуюся революцию в сексуальной жизни.

Чтобы обеспечить революционное законодательство, регулирующее половые отношения, необходимо изъять заботу о сексуальном здоровье населения из ведения урологов и старых профессоров гигиены. Всем должно быть понятно, что в этой сфере в консервативном обществе нет авторитетов, что те, кто считают себя специалистами по сексуальной гигиене и врачами-сексологами, проникнуты духом аскетизма и страхом перед "чувственным поведением человека". На основе опыта работы с молодежью и в рабочих организациях можно сделать несомненный вывод о том, что любой «средний» необразованный, но бодрый телом и духом молодой рабочий лучше чувствует вопросы половой жизни и способен вернее судить о них, чем какой-нибудь из этих авторитетов. На основе этой правильной позиции трудящимся удастся без особых сложностей выдвинуть из своей среды таких функционеров и организаторов, которые сумеют решить вопросы, поставленные сексуальной революцией.

Переустройство сексуальной жизни должно начинаться с перевоспитания ребенка. Необходимо поэтому, чтобы педагоги переучивались, а массы учились использовать свой верный инстинкт в этих вопросах для критики старых педагогов, имеющих неправильное сексологическое образование. Переучить педагогов удастся, вероятно, гораздо легче, чем убедить гигиенистов и специалистов по демографической политике. В Западной Европе и Америке постоянно множатся признаки того, что воспитатели, принадлежащие к прогрессивному лагерю, стихийно ищут новые пути воспитания детей и подростков и во многих случаях исповедуют взгляды, суть которых — положительное отношение к сексуальности.