Жизнь не сможет навредить мне - Дэвид Гоггинс

проявилось. Я носил свое отношение к происходящему как саван, за что получил во взводе прозвище Дэвид "Оставьте меня в покое" Гоггинс, и так и не проснулся, чтобы понять, что мое разочарование - это моя собственная проблема. А не вина моих товарищей по команде.

Взводные динамики в стороне, но в Ираке все еще была работа.

В этом и заключается недостаток того, чтобы стать необычным среди необычных. Вы можете довести себя до такого уровня, который окажется за пределами текущих возможностей или временного мышления людей, с которыми вы работаете, и это нормально. Просто знайте, что ваше мнимое превосходство - плод вашего собственного эго. Так что не стоит превозносить себя над ними, потому что это не поможет вам продвинуться ни как команде, ни как личности в вашей области. Вместо того чтобы злиться на то, что ваши коллеги не поспевают за вами, помогите им подняться и позовите их с собой!

Мы все ведем одну и ту же борьбу. Все мы разрываемся между комфортом и эффективностью, между тем, чтобы довольствоваться посредственностью или быть готовым страдать, чтобы стать лучшим собой, все время. Каждый день мы принимаем подобные решения десятки и более раз. Моя работа в качестве главы отдела физподготовки заключалась не в том, чтобы требовать от моих ребят соответствовать легенде о морских котиках, которую я любил, а в том, чтобы помочь им стать лучшей версией самих себя. Но я никогда не слушал и не руководил. Вместо этого я злился и наказывал своих товарищей по команде. В течение двух лет я играл в крутого парня и ни разу не сделал шаг назад со спокойной душой, чтобы разобраться в своей первоначальной ошибке. У меня было бесчисленное множество возможностей преодолеть разрыв, который я сам же и создал, но я так и не сделал этого, и это дорого мне обошлось.

Я понял все это не сразу, потому что после второго взвода меня направили в школу свободного падения, а затем назначили инструктором по штурмовым видам спорта. Обе должности были запланированы для подготовки меня к Green Team. Штурм был очень важен, потому что большинство людей, которых отчисляют из "Зеленой команды", увольняются за неаккуратное выполнение заданий. Они слишком медленно двигаются при зачистке зданий, их слишком легко разоблачить, или они слишком возбуждены и счастливы, и в итоге стреляют по дружественным целям. Обучение этим навыкам сделало меня клиническим, скрытным и спокойным в замкнутом пространстве, и я ожидал, что в любой день получу приказ на обучение в DEVGRU в Дам-Неке, штат Вирджиния, но он так и не пришел. Два других парня, которые вместе со мной прошли отбор, получили свои приказы. Мой ушел в самоволку.

Я позвонил руководству в Дам Нек. Мне посоветовали пройти повторное обследование, и тогда я понял, что что-то не так. Я задумался о процессе, через который прошел. Неужели я действительно ожидал большего? Я закурил. Но потом я вспомнил о самом собеседовании, которое больше походило на допрос с двумя мужчинами, играющими в хорошего и плохого полицейского. Они не стали допытываться о моих навыках или военно-морских знаниях. Восемьдесят пять процентов их вопросов не имели никакого отношения к моим способностям к управлению. Большая часть этого интервью была посвящена моей расе.

"Мы - кучка старых добрых парней, - сказал один из них, - и нам нужно знать, как ты будешь относиться к шуткам про черных, брат".

Большинство их вопросов были вариациями на эту тему, и все это время я улыбался и думал: "Как вы, белые мальчики, будете себя чувствовать, когда я стану здесь самым трудным человеком? Но я не так говорил, и это было не потому, что я был запуган или чувствовал себя неловко. На этом собеседовании я чувствовал себя более комфортно, чем где-либо в армии, потому что впервые в жизни все было открыто. Они не пытались притвориться, что быть одним из немногих чернокожих парней в, возможно, самой почитаемой военной организации в мире не имело своего уникального набора проблем. Один парень бросал мне вызов своей агрессивной позой и тоном, другой сохранял спокойствие, но оба они были реальны. В DEVGRU уже было два или три чернокожих, и они говорили мне, что для вхождения в их внутренний круг необходимо, чтобы я подписал определенные условия. И в каком-то смысле мне нравилось это сообщение и вызов, который оно бросало.

DEVGRU была отступнической командой в рядах "морских котиков", и они хотели, чтобы так оно и оставалось. Они не хотели никого цивилизовывать. Они не хотели развиваться или меняться, и я знал, где нахожусь и во что ввязываюсь. Эта команда отвечала за самые опасные, острейшие миссии. Это был преступный мир белого человека, и этим парням нужно было знать, как я буду вести себя, если кто-то начнет со мной возиться. Им нужны были гарантии, что я смогу контролировать свои эмоции, а когда я увижу сквозь их язык великую цель, я не смогу обидеться на их поступок.

"Послушайте, я всю жизнь сталкиваюсь с расизмом, - ответил я, - и никто из вас не может сказать мне ничего такого, чего бы я не слышал двадцать раз раньше, но будьте готовы. Потому что я вернусь к вам!" В тот момент им, похоже, понравилось, как это прозвучало. Беда в том, что когда ты черный парень, дающий сдачи, это обычно не так хорошо воспринимается.

Я никогда не узнаю, почему я не получил свой заказ на Green Team, да это и не важно. Мы не можем контролировать все переменные в нашей жизни. От того, что мы делаем с отмененными или предоставленными нам возможностями, зависит, чем закончится история. Вместо того чтобы думать: "Я прошел отбор один раз, могу сделать это снова", я решил начать с нуля и вместо этого пройти отбор в Delta Force - армейскую версию DEVGRU.

Отбор в "Дельту" очень строгий, и меня всегда интриговала неуловимая природа этой группы. В отличие от "морских котиков", о "Дельте" никогда не слышали. Отбор в "Дельту" включал в себя тест на IQ, полное военное резюме с указанием моей квалификации и военного опыта, а также мои оценки. Я собрал все это за несколько дней, зная, что соревнуюсь с лучшими парнями из всех родов войск и что только самые лучшие получат приглашение. Через несколько недель пришел приказ на службу в Delta. Вскоре после этого я приземлился в горах Западной Вирджинии,