Прыжок в солнце. Звездный прилив - Дэвид Брин

Голограмма замигала голубыми точками.

— Она в своем кабинете. Вызываю.

Точки неожиданно исчезли. Их сменило изображение светловолосой женщины лет тридцати. Она удивленно подняла голову, и ее лицо сразу озарилось ослепительной улыбкой. Женщина рассмеялась.

— Я вижу, ты навещаешь своего механического друга. Том, что же есть у этой саркастической машины чужаков, чего нет у меня? Ради меня ты никогда не вставал буквально с ног на голову.

— Очень забавно. — Но все же ее поведение успокоило: значит, тревога не очень серьезная. Он опасался, что им придется немедленно вступить в бой. Через неделю «Стремительный» сможет постоять за себя, прежде чем будет взят в плен или уничтожен. Сейчас же у него силы столько, сколько у опьяневшего кролика.

— Значит, галакты еще не высадились.

Джиллиан покачала головой.

— Нет, хотя мы с Маканай на всякий случай дежурим в лазарете. На мостике говорят, что по крайней мере три флота выскочили из пространства поблизости. И тут же начали сражаться друг с другом, как у Морграна. Мы можем только надеяться на их взаимное истребление.

— Боюсь, надежды на это мало.

— Ну, ты ведь в нашей семье тактик. Но все же может пройти много времени, прежде чем победитель высадится за нами. Начнутся переговоры и возникнут союзы, заключенные в последнюю минуту. У нас есть еще время придумать что-нибудь.

Том хотел бы разделять ее оптимизм. Его дело, как семейного тактика, «придумать что-нибудь».

— Ну, если положение не такое критическое...

— Думаю, нет. Можешь еще немного пообщаться со своим приятелем — моим электронным соперником. А я вступлю в интимную близость с Херби.

Том только покачал головой на эту шутку. Херби — это труп, их единственная реальная добыча из брошенного флота. Джиллиан уверена, что трупу чужака не менее двух миллиардов лет. У корабельной мини-Библиотеки каждый раз случался приступ, когда ее спрашивали, к какой расе принадлежал когда-то Херби.

— Ну хорошо. Передай Крайдайки, — я сейчас буду.

— Конечно, Том. Его как раз будят. Скажу ему, что видела тебя поблизости. — Она подмигнула и отключилась.

Том смотрел на то место, где было ее изображение, и в который раз думал, чем заслужил такую женщину.

— Из чистого любопытства, Томас Орли, я хотел бы расспросить о некоторых подтекстах вашего последнего разговора. Я прав, считая, что легкие оскорбления доктора Баскин — на самом деле выражение любви? Мои тимбримийские хозяева, разумеется, телепаты, но иногда они тоже этим развлекаются. Это часть процесса спаривания? Или какой-то тест на дружбу?

— И то и другое понемногу, вероятно. Неужели тимбрими тоже... — Том встряхнулся. — Ну неважно! Мои руки устали и мне нужно быстро спускаться. Есть еще что-нибудь важное?

— Ничего существенного для сохранения вас и экспедиции.

— Значит, тебе не удалось уговорить мини-Библиотеку выдать что-нибудь о Херби и брошенном флоте.

Голограмма приобрела отчетливые геометрические очертания.

— В этом ведь главная проблема? Доктор Баскин задавала мне точно такой же вопрос, когда в последний раз, тринадцать часов назад, связалась со мной.

— И ей ты дал такой же прямой ответ?

— Найти доступ к информации корабельной мини-Библиотеки — главная цель моего пребывания на борту. Я сказал бы вам сразу, если бы добился успеха. — Бестелесный голос звучал предельно сухо. — Тимбрими давно заподозрили, что Институт Библиотеки вовсе не нейтрален; продаваемые им ветви несовершенны и тем самым ставят вызывающие тревогу расы в худшее положение.

— Тимбрими бьются над этой проблемой еще с тех времен, когда ваши предки носили шкуры животных, Томас Орли. И никто не думает, что в этом путешествии мы достигнем чего-нибудь большего, чем просто соберем какие-либо новые данные и, возможно, устраним некоторые несущественные ограничения.

Орли понимал, что машина-долгожитель может позволить себе такое терпеливое выжидание. Но он отвергал это. Приятно думать, что из всех бед «Стремительного» и его экипажа удастся извлечь что-нибудь полезное.

— После всех неожиданностей наш полет может добавить кое-что большее, — предположил он.

— Способность землян совершать ошибки и учиться на них была главной причиной согласия моих владельцев на это безумное предприятие — хотя, конечно, никто не ожидал, что на корабль выпадет столько неприятностей. Мы недооценили ваши способности.

Ответа не последовало. Руки Тома начинали болеть.

— Что ж, я, пожалуй, вернусь. При чрезвычайных обстоятельствах свяжусь с тобой через корабельный коммуникатор.

— Конечно.

Орли отпустил руку и приземлился у закрытой прямоугольной двери на круто наклоненной стене.

— Доктор Баскин только что передала мне, что Такката-Джим приказал исследовательской группе вернуться на корабль, — неожиданно сказал Нисс. — Она считает, что вы должны это знать.

Орли выругался. К этому, должно быть, приложил руку Метц. Как им отремонтировать корабль, если не будут найдены необходимые материалы? Крайдайки выбрал Китруп прежде всего из-за обилия чистых металлов и больших океанов, удобных для дельфинов. Если исследователи Хикахи отозваны, опасность велика... или кое-кто паникует.

Том повернулся, собираясь выйти, но потом остановился и поднял голову.

— Нисс, нам нужно узнать, что, по мнению галактов, мы обнаружили.

Точки слегка угасли.

— Я тщательно обыскал все открытые файлы корабельной ветви мини-Библиотеки, чтобы пролить свет на загадку брошенного флота, Томас Орли. Но ничего, кроме отдаленного сходства рисунков на корпусах этих гигантов с некоторыми древними культовыми символами, не нашел. Ничто не подтверждает гипотезу о связи флота с известными прародителями.

— Но ничего противоречащего этой гипотезе ты тоже не нашел?

— Совершенно верно. Но корабли могут быть связаны, а могут и не быть связаны с легендой, объединяющей все кислорододышащие расы пяти галактик.

— Похоже, мы нашли обломки, не имеющие никакой исторической ценности.

— Верно. Но, с другой стороны, вы, возможно, совершили величайшее археологическое и религиозное открытие эпохи. Именно это обстоятельство объясняет битву, развернувшуюся в этой солнечной системе. Отказ мини-Библиотеки сообщать подробности говорит о том, что расы галактики очень интересуются древними событиями. И до тех пор пока корабль остается единственным обладателем информации о брошенном флоте, исследовательское судно «Стремительный» будет величайшим призом, и все фанатики будут домогаться его.

Орли надеялся, что Нисс раздобудет доказательства безобидности их открытия. С их помощью можно было бы убедить ити оставить корабль в покое. Но если этот брошенный флот действительно так важен, «Стремительному» нужно найти способ доставить информацию на Землю, и пусть тогда головы поумнее решают, что с ней делать.

— Продолжай обдумывать, — сказал он Ниссу. — А я постараюсь, чтобы галакты от нас отвязались. Не скажешь ли теперь...

— Конечно, скажу, — прервал его Нисс. — Коридор снаружи пуст. Думаете, я позволил бы вам выйти, не предупредив?

Том покачал головой. Он был уверен, что машина специально запрограммирована делать это снова и снова. Типично для тимбрими. Лучшие друзья землян известные мастера розыгрышей. А когда неприятности кончатся, Том собирался сунуть в компьютер гаечный ключ и объяснить тимбримийским друзьям, что произошел «несчастный случай».

Дверная панель скользнула в сторону, Том ухватился за край и приготовился спрыгнуть на тускло освещенный потолок коридора. Дверь за ним автоматически закрылась. На стенах дугообразного коридора горели красные тревожные огоньки.

«Ну ладно, — подумал Том. — Надежды на быстрое бегство не оправдались, но у меня начинают вызревать комбинации планов посложнее».

Кое-что он уже обсуждал с капитаном. Один или два оставил при себе.

Пора претворять их в жизнь, подумал Том, хорошо зная по опыту, что случай вечно меняет все планы. И вполне возможно, что подвернется что-то совершенно фантастическое и станет для них последней реальной надеждой.

6. ГАЛАКТЫ

Первая фаза битвы стала всеобщей свалкой. Два десятка воюющих групп накидывались друг на друга, проверяли, искали бреши в защите. На орбитах уже появилось несколько взорванных корпусов, разбитых, покореженных, зловеще светившихся. Вокруг клубились облака плазмы, блестели обломки раскаленного металла.

В своем флагманском корабле кожистая королева смотрела на экраны, показывающие ход битвы. Она лежала на широких мягких подушках и задумчиво поглаживала широкие чешуйки на животе.

На дисплеях, обступивших ложе Крат, было видно множество опасностей. На одном изображении была нанесена сеть линий, показывающих аномальные вероятности. На других показаны были зоны опасной пси-депрессии.