«Волково поле» - Александр Евгеньевич Чигаев

взорвалась. Восторг. Восторг. Восторг. Такого же не может быть. Это непостижимо прекрасно. Её зрачки расширились, нервы напряглись, сердце стало биться в бешеном ритме. Все тоже состояние испытала много лет тому назад Дагу. И Дарья, точно так же схватила Александра за руку. Сжала ее. Ей нужно было отдать куда-то свою энергию, которая в избытке находилась в ее организме. Тут шок, она не может осмыслить, услышанное ею. Она только впитывает в себя музыку и голоса. На другое она неспособна. Александр украдкой наблюдает за ней. Первый акт. Лицо Дарьи беспристрастно, а глаза огромны и горят ярким пламенем. Она парализована и поражена. Первый акт окончен. Уже давно зажгли свечи. Зрители встают из кресел, разговаривая между собой. А Дарья сидит неподвижно с широко открытыми глазами и смотрит на сцену. Уже опущен занавес, актеров там нет, а она все продолжает туда смотреть. После полного восторга, шок и ступор. Александру показалось, что Дарья умерла и сидит в кресле с открытыми глазами. Она и не дышала вовсе. Через некоторое время, он увидел, что, все же она вдохнула воздух. Её грудь приподнялась, и она своими огромными глазами взглянула на Александра. Говорить она не могла, она, просто на него смотрела. Вот, только сейчас он почувствовал, что у него сильно болит кисть правой руки. Дарья ее настолько сжала своей рукой, что пальцы побелели и у Александра и у Дарьи. Ему вдруг слало ее очень жалко. Она выглядела как маленький ребенок, которого очень сильно обидели. Нет, его не побили, его страшно унизили. Александру захотелось утешить этого ребенка, он чуть не начал целовать Дарью в щеки, что бы привести ее в чувство. Он огляделся, на него смотрели сотни глаз. Дарья была прекрасна, хоть на ее лице и была прозрачная вуаль. Свет ее глаз привлек внимание публики. Александр пришел в себя. Теперь нужно было приводить в чувства Дарью. Он освободил свою руку, от хвата Дарьи. Но, что делать дальше он не знал. Спас молодой офицер, сидевший в соседней ложе.

— Не правда ли, прекрасно сегодня поют итальянцы?

Начал он.

— Жаль, вы не были на премьере. А кто это милая дама, Александр?

Тут, только и дошли слова соседа до Александра.

— Добрый вечер поручик. Да, согласен, поют превосходно.

Но Александр и не думал отвечать, кто с ним рядом. Он поцеловал Дарье руку. Только сейчас она вернулась на землю. Глаза ее стали нормального размера, они теперь могли моргать, а Дарья могла говорить. Александр продолжал.

— Я вам сейчас принесу бокал шампанского, что бы вы могли прийти в себя.

Дарья не знала, что такое шампанское, но она закивала головой. Александр не собирался надолго покидать свою спутницу, за дверью находился Прохор и он хотел велеть ему принести два бокала шампанского. Он, только на секунду открыл дверь ложи, что бы сделать заказ, как столкнулся с офицером своего полка. От разговора было уйти невозможно. Он сделал приказание Прохору, который тут же все и исполнил. Нет, в очереди в буфете, в то время стоять было не надо. Прохор все сказал лакеям театра, которые и разносили господам напитки. Пока Александр беседовал с однополчанином, которого он не пустил в ложу и который был сильно удивлен этим, сосед поручик пытался заговорить с Дарьей. Он перед спектаклем выпил немного вина и находился в прекрасном состоянии, при котором очень хотелось, просто, поболтать, не более. Он задал тот же вопрос и Дарье.

— Как вам понравились итальянцы? Не правда ли, они прекрасно поют.

Но Дарья на этот простой вопрос ответить не могла по простой причине. Александр строго настрого ей запретил с кем-либо говорить. Но это было не главное. Сколько мужчина не заставляет женщину молчать, ему это ни когда не удается сделать, по причине полной бесполезности запрета. Дарья бы с удовольствием ответила, но она не знала, что сказать. Если бы поручик, просто, захотел поцеловать ей ручку, она бы ему протянула ее с огромным удовольствием. Ей понравился такой этикет в отношении к женщинам. Лакей Федор ее научил, как это делать, но как отвечать, она эту школу еще не прошла. Дарья молчала. Это возбуждает, когда женщина молчит. Дарья выглядела превосходно. В красивом платье, были видны все ее женские прелести. Красивые плечи, великолепная грудь, длинная шея, прекрасное загадочное лицо, под прозрачной вуалью. Офицер стал настойчивей.

— Вы, что иностранка и не говорите по-русски?

По глазам Дарьи он понял, что она его прекрасно понимает, но в ответ тишина-то. Скорее всего, возбуждение переросло в легкую глупость, и поручик продолжал задавать вопросы. Спас Дарью Александр, который вошел в ложу и зло глянул на поручика, которого он прекрасно знал. А если рядом с его ложей находится человек, то этот человек совсем не простой. Поручик был сильно титулован и знал себе цену. Александр зло глянул на него, но отрезвления не наступило.

— Александр, почему ваша дама все время молчит. Неужели она немая? Познакомьте меня с вашей дамой, я же не кусаюсь.

— Поручик, если дама вам не отвечает, значит, она не желает с вами разговаривать, неужели это не понятно. А познакомить я вас могу, но потом, правда, если вы потом захотите этого.

Александр положил свою руку на эфес шпаги. А это очень серьезный жест. Тут повезло обоим и очень сильно повезло. Если бы поручик принял на бокал шампанского больше, могла возникнуть ссора, такой жест Александра, не всякий простить может. Но, слава Богу, в этот момент поручик, несколько, отрезвел от выпитого, и от возбуждения дамой. Драться на дуэли с Александром ему не улыбалось. Жить он мог и остаться, а вот ходить без уха и с насмешками света ему абсолютно не хотелось. Удар шпагой Александра он прекрасно знал, а вот как противостоять этому, у него ответа не было. А дело вот в чем. Такой интересный удар шпагой Кошта показал англичанин. Кошта усовершенствовал этот прием, а Александр довел его до совершенства. Все достаточно просто с первого взгляда. Это был удар не на замахе, а кистевой, но такой быстрый и сильный, что противостоять этому удару ни кто не мог. На замахе, есть время, что бы отбить удар, а вот при кистевом ударе, шпага со свистом опускалась на голову противника, рассекая кожу головы. Кровь моментально заливала глаза противнику, ну а остальное, было делом техники. Саблей долго не помашешь, это написать можно, что противники бились час, на самом деле, через десять минут, от тяжелой сабли, рука устает, и руки