Жнец и его тень - J. R. Crow

пожаловали? — новый голос привлёк внимание Кощея, и он вышел из кухни, на ходу вытирая полотенцем только что вымытую кастрюлю.

Лицо Хозяйки смягчилось, вежливая улыбка стала нежной и мечтательной.

— Давно не виделись, доходяга мой чародейственный.

Кастрюля выпала из рук Кощея, покатилась по камням с противным грохотом. Но он, кажется вовсе этого не заметил, глядя только на Хозяйку, на неё одну.

— Змеюка моя подколодная...

Они одновременно пошли навстречу друг другу, всё ускоряя шаг. Слились в крепких объятиях, засыпали друг друга упрёками:

— Никогда, никогда больше не смей от меня сбегать, я тогда не договорила!

— Если ты ещё раз... уж я-то тогда....

Варвара бочком переместилась поближе к ангелу смерти и шепотом, хотя, пожалуй, её бы всё равно никто не услышал, прокомментировала:

— Я посмотрела достаточно мелодрам, чтобы с уверенностью утверждать, что всё закончится поцелуями. Мне кажется, мы тут немножко лишние.

Он согласился и кивком предложил переместиться на кухню. На не до конца разобранном после обеда столе всё ещё оставалось много закуски, Варвара стащила с ближайшей тарелки кусок сыра, а прожевав его картинно приуныла:

— Ну вот, в этом доме уже три волшебных существа и одна я нормальная. Даже обидно как-то.

— После того, как ты, полностью осознавая происходящее, связалась со мной, тебя никак нельзя назвать нормальной.

Называется, то ли польстил, то ли посмеялся, но Варвара вдруг заметила, что с каждым разом всё меньше испытывает замешательство от его дурацких шуток. Хуже того, похоже, начинает их даже ждать.

— А ты как будто изменился в последние дни. Стал... не знаю... более расслабленным что ли?

— Наверное. Может быть, я просто прекратил притворяться.

— Притворяться человеком?

— Нет. Притворяться «просто смертью», которая решила ненадолго притвориться человеком, — сформулировал он после короткого раздумья, сославшись на прерванный разговор на диване, и формулировка эта заставила Варвару зябко поёжиться. Все эти чары, ночные визиты, волшебные цветы вызывали у неё живейший интерес — но это если не задумываться, что за ними стоят годы, нет века, проведённые с каменным лицом, без смеха, без тепла, без радости. И от этой мысли становилось действительно не по себе.

— Неужели ты... — осторожно начала она, на самом деле немного побаиваясь услышать ответ на этот вопрос, — ...неужели у тебя до сих пор не было ни единой вещи, лично твоей, которая приносила тебе удовольствие?

— Почему же не было? — улыбнулся, искренне и, пожалуй, немножко самодовольно, напрочь развеяв нахлынувшее ощущение беспросветности. — Очень даже было. Я писал докладные.

— Докла...дные? А разве это интересно?

— Ещё как! Когда вокруг сплошные бюрократы, многие из которых старше тебя раз в десять и все эти столетия оттачивали мастерство, подловить кого-нибудь из них на служебном несоответствии так, чтобы не смог отболтаться — это чертовски воодушевляет. Ты кого хочешь спроси, хоть на Небесах, хоть в Пекле, что такое «жалоба от главного жнеца четвёртого отдела», услышишь обо мне много ласковых слов!

Варвара держалась до последнего, но в конце всё равно захихикала: до того забавно было слушать, как он, оказывается, может самозабвенно хвастаться. В голову пришла озорная мысль, девушка, отсмеявшись, её озвучила:

— Раз ты такой специалист, может и для меня жалобу напишешь? На ларёк в фойе больницы. Там мне продали просроченные конфеты и отказались возвращать деньги. Я скорее шутки ради попросила папу разобраться, но и он, и его адвокат сказали, что оно не стоит затраченного времени.

— Я плохо знаю законы мира людей. Если дашь мне пару дней, то напишу.

Варвара хотела сказать, пусть не торопится, и вообще это не обязательно, но не успела. В холле что-то с грохотом обрушилось на пол. Судя по звуку — диван.

— Вот это я понимаю — соскучились. Того гляди всю мебель переломают.

— Пусть ломают, — ангел смерти философски пожал плечами. — Мне даже интересно, где он будет доставать мне такой же диван, если их сняли с производства пятьдесят лет назад.

Глава 31. ⟰ Одиночество мага

Олег привычным жестом выключил будильник — насовсем. Многие знакомые предпочитали откладывать на пять минуточек, на десять — но он точно знал, что однажды проснувшись, больше не уснёт. Однокурсники завидовали ему чёрной завистью, но Олег знал, что у сомнительного дара есть и обратная сторона: если что-то нарушит чуткий сон посреди ночи, придётся долго лежать, бессмысленно глядя в потолок.

Шумоизоляция в комнате была идеальной — но отнюдь не внешний мир был причиной просыпаться в холодном поту, а кошмары, порождения собственного разума. Олег относился к этому философски — он догадывался, на что шёл, когда осмелился на ощупь продираться через дебри магии без руководства опытного наставника, которые, как ему тогда казалось, и вовсе вымерли.

Ноги скользнули в тапки, и, переодевшись из пижамы в домашний костюм, Олег вышел в коридор. В доме было пусто. В нём почти всегда было пусто — с тех самых пор, как отец получил должность иностранного дипломата. Олег чаще видел родителей на фотографиях из Рима, Парижа, Берлина, нежели на собственной кухне.

— Доброе утро, Олег Викторович, — пожилая экономка со строгим лицом, как обычно — безукоризненно в срок, ждала его в столовой, где уже был накрыт лёгкий завтрак.

— Доброе утро, Арина Родионовна. Позавтракаете со мной?

Экономка кивнула, соглашаясь. Олег ещё помнил, как смутила её эта просьба в первый раз — в агентстве по подбору домашнего персонала их учили никогда не пересекать черту панибратства с работодателями. Но несмотря на внешнюю чопорность, Арина Родионовна оказалась очень душевным и сострадательным человеком — и не смогла отказать подростку, вдруг оказавшемуся в одиночестве за огромным столом. С тех пор это стало их традицией на каждый день, пока родители в отъезде.

Уплетая бутерброд на хрустящем ломте поджаренного хлеба, Олег лениво листал на телефоне ленту городских новостей, когда один из постов привлёк его внимание.

Эдуард Коноплянкин, в узких кругах более известный как «белый шаман вуду Пелагуар», задержан полицией за хулиганство. По словам очевидцев, после воскресной службы в церкви Рождества он пытался сжечь в пламени свечей перед иконой архангела Гавриила стопку рукописных листов. Сам задержанный объяснил свои действия тем, что хотел таким образом отправить жалобу в небесную канцелярию. Вероятно, требуется психиатрическая экспертиза...

Олег смахнул новостное приложение и переключился на список контактов.