Журнал «Если» 2004, №12 - «Если» Журнал

Одри поглядела на меня очень странно. И после паузы медленно произнесла:

— А я считала себя неплохим программистом.

— Что?..

— Ох, Джон! — Одри весело рассмеялась. — На самом деле это действительно очень просто. В принципе, я имею в виду: только когда ты уже додумаешься.

— Ты не хочешь объяснить, о чем идет речь?

— О том, что я могу написать программу, которая отправит одну обобщенную команду одновременно по всем адресам.

— Понятно. Но… это же…

— Конечно. С твоим тоннелем произойдет нечто вроде электромеханического припадка.

— Ты хочешь сказать, что все оборудование тоннеля в один и тот же момент начнет что-нибудь делать?!

— Ну, строго говоря, не в один и тот же. Но человеческие чувства не настолько остры.

— Это может быть опасно? А микроволновка не взорвется? Или еще что-нибудь?

— Не думаю, — сказала Одри со смешком. — В любом случае, мы будем стоять у портала, поэтому единственное, о чем стоит беспокоиться… Очень надеюсь, что портал не захлопнется прежде, чем мы успеем проскочить.

— Я в твоем полном распоряжении, хотя не знаю, чем смогу помочь.

— Спасибо, мне не понадобится больше часа. И если идея сработает, мы выберемся как раз к обеду.

Глядя, как Одри набирает программу, стоя у компьютерной панели, я решил, что завтра же непременно куплю обеденный стол с полудюжиной стульев, если мы, конечно, выйдем отсюда. На данный момент у меня не было даже завалящего упаковочного ящика, чтобы ее усадить.

Одри сдержала слово, скомпилировав свою программу за сорок минут. Затем она прогнала ее вхолостую, проверила на ошибки, немного подправила и снова прогнала. И осталась вполне довольна результатом.

— У меня все, — заявила она, нацелившись на клавишу пуска. — Ты готов, Джон?

— Еще бы! Я уже умираю от голода. Поэтому мы сперва пообедаем, а после этого не пойдем на работу, хорошо? У нас есть дела поважнее, и сверх того, мне необходимо срочно закупить побольше продуктов про запас, а то мало ли что?

Одри расхохоталась.

— Джон, ты невыносим! Впрочем, как и всякий голодный мужчина, — добавила она и ударила по клавише.

…И оказалось, что я все-таки не готов, хотя все сработало именно так, как она пообещала. Абсолютная темнота и жуткая какофония на уровне болевого порога обрушились на меня с неожиданностью упавшего на голову кирпича. Мой музыкальный центр, телевизор, радио, видео, автоответчик включились одновременно и на максимальную мощность. Проклятый портал наконец раздвинулся передо мной, а я все продолжал стоять столбом, словно вкопанный…

Одри цепко ухватила меня за руку и мощным рывком выдернула наружу.

Неделю спустя мы с Одри рука об руку вошли в Большой Атриум, чтобы поужинать в том самом ресторанчике на пятом уровне. Мы ужинали вдвоем каждый вечер с тех пор, как вырвались из ловушки, считая это справедливой компенсацией за то, что двое суток питались объедками.

Внезапно я вспомнил про старину Кении и сказал:

— Знаешь, я хочу познакомить тебя с одним человеком.

— А кто это?. — Сейчас сама увидишь, здесь недалеко.

Кении отсчитывал сдачу клиенту с хот-догом. Он бросил в нашу сторону лишь беглый взгляд, но потом, покончив с делом, сразу обернулся с широкой улыбкой.

— Привет, Одри! И вам добрый вечер, мистер Бринкман! Надо же, я и понятия не имел, что вы знакомы.

— Как, — промямлил я в замешательстве, — вы оба уже знаете друг друга?.. — Черт возьми, я рассчитывал удивить старину Кении, а вместо этого они с Одри удивили меня.

Старик улыбнулся мне тонкой улыбкой.

— Ну разумеется, мистер Бринкман. И в этом нет ничего поразительного. Потому что все, кому одиноко в этом городе, рано или поздно приходят поболтать со стариной Кении… Но вы двое, как я заметил, больше не одиноки. Надеюсь, я не потеряю парочку постоянных клиентов?

— Ни в коем случае, Кении! — с жаром заверил я.

— Благодарю вас, сэр. Что я могу для вас двоих сегодня сделать?

Мы взяли пепси и остались у стойки, рассказывая старику в перерывах между обслуживанием покупателей невероятную историю нашего неожиданного знакомства.

— И что же дальше случилось с этой бракованной защелкой портала? — нетерпеливо спросил он, вновь подъезжая к нам на своем висячем кресле. — Вы собиратесь привлечь подрядчика к суду, мистер Бринкман?

— В общем-то, нет. Я позвонил подрядчику сразу, как только мы вылезли из тоннеля и перекусили, и потребовал от секретарши срочной персональной беседы с боссом. По-моему, я даже не слишком орал на него… но механизм заменили уже через час. А потом я давал интервью для городских новостей и специально позаботился, чтобы полное имя этого подрядчика непременно фигурировало в материале. По-моему, это достаточное наказание за разгильдяйство.

Кении с удовольствием посмеялся, а потом спросил:

— А на работе вас не наказали за прогул, мистер Бринкман?

— Нет, когда я все им объяснил. Теперь нас с Одри считают настоящими героями!

Старик воздел глаза к потолку.

— Этот парень уже начинает хвастать?!

— Не волнуйся так, старина Кении, — с улыбкой сказала Одри, похлопывая меня по руке. — Я буду присматривать за мистером Бринкманом, обещаю.

— Давно пора! Я уже устал быть его ангелом-хранителем! Посмеявшись, мы попрощались с Кении и отправились дальше, прогуливаясь по всем уровням Большого Атриума снизу вверх. Я постарался сохранить самое нейтральное выражение лица при виде демонстрационной колонки Живого Дома на четвертом уровне.

Они вынуждены были принять от меня назад и программу, и их дурацкие чипы и вернуть мне бездарно потраченные денежки. Адвокат, которого мне порекомендовали, был готов содрать с Бизнес-центра Дэнди такую компенсацию за наш с Одри моральный ущерб, чтобы полностью покрыть счет, выставленный мне ее конторой, и еще осталась бы неплохая сумма для нас обоих.

Рона не было нигде в поле зрения, когда мы профланировали мимо магазина, и громкоговоритель с голосом кастрата на сей раз промолчал. Для программы, которая всего лишь симулирует самосознание, этот самый Живой Дом ухитрился проявить изумительную тактичность.

На пятом уровне мы вышли на балкон, чтобы взглянуть на грандиозный прозрачный купол, который был теперь всего на несколько метров выше нас. Грязные подтеки на его внутренней стороне не помешали нам полюбоваться великолепным зрелищем восхода Солнца над Луной.

— Я рад, что мы вместе, — сказал я наконец, обнимая Одри за плечи.

— И я тоже очень рада, дорогой, — сказала она, не отрывая глаз от лунного пейзажа. — Можно, я задам тебе один вопрос, Джон?