Похвала - Сара Кейт

Барменом сегодня будет Гео, самый милый парень, которую я когда-либо встречала, он слишком мил, чтобы быть барменом.

Его глаза загораются, когда он замечает меня, и я улыбаюсь в ответ, внезапно чувствуя себя немного комфортнее. Люди узнают меня. Мое место здесь.

— Жаль, что у меня нет с собой фотоаппарата, — говорит Гео вместо приветствия. — Я бы записал, как ты только что вошла в эту комнату. Как будто это гребаное место принадлежит тебе.

Я смеюсь, пытаясь скрыть свой румянец.

— Я этого не делала.

— Да, ты это сделала, — знакомый, теплый голос присоединяется к мягкой руке, обвивающей мою.

Поворачивая голову, на меня накатывает волна облегчения, когда я узнаю Иден, прижавшуюся к моему боку.

— Я так рада, что ты здесь, — тихо шепчет она мне на ухо.

— Мне нужно выпить, — отвечаю я, потому что это единственное, что сейчас имеет для меня хоть какой-то смысл.

— Принеси этой женщине выпить, — говорит Иден Гео, который с улыбкой качает головой.

— Чего бы ты хотела, моя королева?

Он покровительствует мне, но удивительно, как быстро я чувствую себя здесь комфортно. Когда Иден держится за мою руку, а милый бармен вроде как флиртует со мной, хотя я знаю, что мы с ним не играем в одной команде, вся моя нервная дрожь проходит.

О, и этот огромный белокурый строитель, которому иногда нравится превращать мою жизнь в ад, ухмыляется мне с другого конца бара. Когда он подмигивает мне, я качаю головой в его сторону.

Хорошо, что существует ограничение на выпивку в два раза, потому что я бы не доверяла себе рядом с ним, если бы была хоть немного навеселе.

— Мне, пожалуйста, сельтерскую водку с лаймом, — говорю я Гео, и он быстро отворачивается, принимаясь за приготовление моего напитка.

Мы с Иден ведем светскую беседу. Кажется, она потягивает клюквенный сок без алкоголя, в то время как я незаметно осматриваю комнату. Я хочу знать, здесь ли Эмерсон, но я также не хочу этого знать, потому что, если он здесь и находится в одной из этих комнат, меня стошнит.

Я узнаю того же знакомого мужчину с вечера открытия клуба, который пристально смотрел на меня, и сегодня вечером у него суровый, скептический взгляд. У меня мурашки бегут по коже, особенно потому, что я примерно на девяносто процентов уверена, что это не тот, с кем я познакомилась через Эмерсона или клуб.

Ну что ж, у меня есть полное право быть здесь, и он не собирается заставлять меня чувствовать себя неловко. Отворачиваясь от него, я смотрю на Иден.

— Могу я кое-что сказать? — Спрашиваю я, допив половину своего первого бокала.

— Конечно, — отвечает Иден с коварной ухмылкой.

— Я узнала тебя по твоему блогу.

Ее глаза расширяются в ответ, и на лице расплывается яркая улыбка.

— Я не знала, что кто-то действительно читает эту вещь. Но мне все равно нравится это писать.

— Ты что, шутишь? Я была одержима. После того, как я узнала об этом месте и впервые встретила Эмерсона, именно твой блог заставил меня почувствовать…Я не знаю… Не знаю… как будто я не была такой странной.

— Хорошо, — объявляет она, кладя руку мне на ногу.

— Таково было намерение. Как ты думаешь, мужчины когда-нибудь расстраиваются из-за того, что им нравится? Их называют шлюхами, развратными или противными? Нет. Я думаю, мы все устали от того, что нас стыдят и запихивают в эти тихие, идеальные, маленькие невинные версии самих себя, в то время как мужчины могут быть настолько девиантными, насколько захотят.

Я не могу сдержать ухмылку, которая появляется на моем лице.

— Я думаю, что люблю тебя, — отвечаю я.

Она быстро поднимает мой бокал, прежде чем объявить:

— Хорошо. Нам всем не помешало бы больше любви, верно?

— Верно, — отвечаю я, допивая то, что осталось в моем стакане.

— Гео, кое-кому нужно еще, — объявляет Иден, когда замечает, что выражение моего лица становится мрачнее.

После того, как Гео ставит мой бокал, я тяжело вздыхаю. Иден, должно быть, читает мои мысли, потому что она наклоняется ко мне и говорит:

— Он здесь, но я ни с кем его не видела. Он, наверное, в офисе.

Или в одной из комнат с кем-то еще.

— Я не знаю, зачем я пришла, — тихо бормочу я себе под нос.

— Да, — немедленно отвечает она. — Чтобы показать ему, чего ему не хватает.

— Сидя здесь в одиночестве в баре? — Смеюсь я.

Иден смотрит на меня с расчетливым выражением на лице.

— Скажи мне, Шарлотта. Ты когда-нибудь раньше была с женщиной?

Мои глаза расширяются, когда я давлюсь своим напитком. Она отвечает легким смешком.

— Именно так я и думала. Если я пообещаю не торопиться, не хочешь ли ты свести своего мужчину с ума от ревности? Я не думаю, что это займет много времени.

Может быть, дело в двух напитках, которые я уже выпила, или в предвкушении неизвестности, но я не могу придумать ни одной причины, по которой я отказалась бы от этого предложения.

Иден потрясающе красива, и в ней определенно есть что-то привлекательное. Мы не говорим о полноценном сексе, но от идеи привлечь внимание Эмерсона я не могу отказаться.

— Определенно.

— Пойдем. — Она хватает меня за руку и тянет прочь от бара.

— Пойдем немного повеселимся.

ПРАВИЛО № 35: ЛУЧШЕЕ МЕСТО ДЛЯ УМОЛЕНИЯ — ЭТО НА КОЛЕНЯХ

Эмерсон

Какая пустая трата времени. У меня гребаный секс-клуб, и я провожу свой пятничный вечер, прячась в офисе, вместо того, чтобы общаться с его членами.

На самом деле я думал, что смогу найти здесь кого-нибудь, с кем можно было бы развеять мою депрессию, но у меня даже не возникло желание посмотреть женщине в глаза. Вместо этого я бездумно смотрю в камеры, потягивая свой бурбон, когда входит Мэгги.

— О, — говорит она, замирая в дверях. — Я не знала, что ты здесь.

Она выглядит странно взволнованной, и я, прищурившись, смотрю на нее. Чем она занималась? Впрочем, спрашивать бесполезно. Мэгги никогда не разглашает свои истории так, как это делают остальные из нас. На самом деле, она по большей части закрытая книга, и если она когда-либо с кем-то встречалась или что-то делала, то ни один член нашей группы не узнал бы об этом.

— Не обращайте на меня внимания, — отвечаю я. — Я просто хандрю.

На ее лице появляется сочувственное выражение. Затем она входит и закрывает за собой дверь, заглушая музыку, доносящуюся из главной комнаты.

— Гарретт рассказал нам все вчера вечером, когда ты не пришел