Темная сторона. Маг - Ника Ёрш

с новой политикой правителей Аарона. Я восхищалась его мужеством, благородством, умом, очень радовалась, что и в семейной жизни у него все прекрасно сложилось – гордый отец двоих детей и дед троих внуков!

Но пять лет назад в семье Эрана случилось непредсказуемое. На дне рождения его тринадцатилетней внучки Анники ее сильно напугали. Так уж вышло, что младшие мальчишки подшутили над девочкой – кинули в нее искусной поделкой в виде змеи. От ужаса девочка прошла инициацию, как в свое время Оллер на зимнем балу в академии. Это было ударом для всей семьи Эрана и его расплатой за экзамен у темной стороны. Изменения никак не коснулись его самого и детей, но отразились на внучке.

По новым законам Аарона всех измененных обязали проживать на территории Корпуса Последних в очень суровых, практически тюремных, условиях и беспрекословно подчиняться властям. Поэтому накануне Красной луны Эран обратился к Грею с просьбой принять Аннику и воспитать ее в нашей семье. Мы с мужем согласились. Вот так и вышло, что у нас двое названных дочерей: внучка Эрана и моя внучатая племянница.

Обняв себя за плечи, я тревожно всматривалась в небо. Сегодня через портал должны вернуться Анника с Греем.

Дочь отправилась на Аарон повидаться с семьей, а мой муж никогда не оставлял родных без защиты и поддержки. С учетом происходивших в мирах изменений Грей запретил остальным членам нашей семьи покидать Нойрат. Ведь грозила опасность больше никогда не вернуться. Кроме того, мы ждали последних переселенцев и Корина Зигни, до последнего отказывавшегося переселяться в Нойрат.

Ко мне на балконе присоединился старший внук – Ронд. Восемнадцатилетний высокий красивый парень, очень похожий на Грея и нашего старшего сына, заметно нервничал. Хоть и пытался скрыть внутренний страх. Я его понимала, ведь сама до ужаса боялась, что портал не откроется и Грей с Анникой не вернутся на Нойрат. Ко мне. К нам! Ронд волновался не только за деда, но и… за свою любимую.

Недавно Анника согласилась стать ему парой не только на магических поединках. Пять лет они воевали и мелко пакостили друг другу, а потом осознали, что любят… Внучка Эрана и мой внук стали парой – ну кто бы мог подумать? Судьба воистину любит удивлять.

Грудь прошила знакомая волна и отозвалась счастливым облегчением. Значит, все хорошо: портал в Аарон открылся!

Неподалеку от ворот, на специальной площадке за трактом, небо разрезала голубая молния. Сердце забилось от радостного волнения, и вот наконец в расширившийся зев портала на землю Нойрата шагнул Грей за руку с Анникой. Все в порядке!

За ними спешили перебраться в свой новый дом десятки людей: женщины, дети, мужчины, правившие под завязку груженными скарбом телегами и погонявшие домашнюю скотину. Среди переселенцев не только измененные маги, но и люди, когда-то побывавшие в других мирах и приобретшие новые способности. Теперь их судьба и потомки неразрывно связаны с нами, бывшими защитниками Аарона, вынужденными бежать в другой мир.

Ронд не стал ждать закрытия портала. Раскрыв крылья, спланировал вниз – торопился обнять любимую и убедиться, что она с ним.

– Ох уж эти дети, – усмехнулась я, хотя и у самой крылья трепетали на ветру, буквально уговаривая так же сорваться вниз, к любимому мужу.

К счастью, мне, почтенной матери семейства и уважаемому зельевару, лерре Веронике Лерио, не пришлось нестись сломя голову. Это сделал мужчина всей моей жизни.

Раскрыв крылья, Грей взмыл вверх, ко мне, на балкон академии. Я любовалась им: прошло столько лет, а муж ни капли не изменился, словно мы снова на вводной лекции в академии защитников, там, еще на Аароне. Крылатый, мужественный и красивы-ый. Мой!

Протянув к нему руки, я улыбнулась в предвкушении самых надежных объятий всех миров.

– Счастье мое, ну как вы тут без меня? – широко улыбнулся он, приземляясь рядом со мной и моментально прижимая к себе. – Неделя показалась сущим испытанием, а?

– Ой, ты куда-то улетал, родной? – делано удивленно спросила, прижимаясь к нему всем телом и счастливо жмурясь. – А я и не заметила.

– Вот как! Придется напомнить любимой жене, насколько я самый-самый. Чтобы больше никуда меня не отпускала… – рассмеялся Грей.

– И пообещать, что больше от любимой ни ногой! Больше никаких других миров, – уже серьезно сказала я, с мольбой заглядывая ему в глаза.

Раскрывшись, позволила мужу ощутить всю гамму моих чувств: как люблю и сколько пережила за эту ужасную неделю. Постепенно меня отпускало напряжение и страх.

Мы вместе. Наконец-то снова вместе.

– Обещаю! – Грей улыбнулся и снова прижал меня к себе, тоже открыв чувства.

Я глубоко вдохнула, зажмурилась и таяла в потоке его нежности, счастья, восторга, наслаждения близостью… Столько лет, а мы только сильнее привязывались друг к другу.

Тем временем встречать переселенцев, растерянных и напуганных переменами, вышла наша интендантская служба, как я поняла, в полном составе. Сегодня у них будет особенно много дел, но мы готовились, и скоро новые жители Новодара убедятся, что бояться не стоило – всех разместят и помогут освоиться.

Уже хотела спросить у мужа, но тут наконец увидела Корина Зигни. Он как раз замыкал обоз. Вышел за последней повозкой, обернулся, убедился, что за ним никого нет, и дал знак портальщикам. Проход в Аарон закрылся. Может статься, навсегда.

Я слегка отстранилась от мужа, с грустью наблюдая за бывшим наставником, которого не видела уже много лет. По-прежнему хорош собой, одет с иголочки и выглядит, будто, вышел на прогулку в городке измененных, в Дарате, на набережную. Расслабленный, вальяжный. После закрытия портала Зигни остановился переброситься парой слов со знакомыми из охраны и принялся осматриваться. Судя по довольному виду, окружающий пейзаж ему понравился. Вот и замечательно. Ведь Зигни до последнего не желал переходить в Новодар, даже временно, – слишком любит Аарон.

На самом деле, наш старый мир – единственное, что искренне любил в своей жизни Корин Зигни, пропустивший через свои руки неимоверное количество растений. Кроме того, дар Зигни оказался слишком силен, так что проверить, любят ли его по-настоящему или поддались влиянию необычной магии, было попросту невозможно. В итоге каждую свою женщину Корин считал одурманенной магией, винил себя и разрывал отношения. С годами недоверие к