Дракон цвета любви - Галина Дмитриевна Гончарова

Окажутся там химеры, а потом им уже будет параллельно, куда плыть. Налево ли, направо…

Ярина мрачно выразилась в адрес ученых недоумков, которые и себя угробить готовы, и всех остальных. Я только руками развела. Да, так оно и выглядит. Им бы прокукарекать, а дальше…

Хоть ты и умный, а все равно дурак. Только так.

* * *

– Вниз!

– Вверх!

– Штопор!!!

Драконицы послушно отрабатывали команды.

У нас действительно получилось. У меня на связке постоянно находились Адда и Корса, у девочек тоже… по одной, по две драконицы они могли поддерживать. А Ярина даже три. Правда, голова у нее пока побаливала, но я была уверена, что это ненадолго.

Умничка она все-таки. А что командует… бывает! Теперь у нее есть возможность покомандовать всласть! Драконами.

– Каэтана!

Пришлось спуститься с небес на землю.

Какой бы ты там драконарий ни была, а ректора слушать надо. Тем более кто тут хозяйство обеспечивает? Орландо и дракон не нужен, он одной улыбкой и словами «денег не дам» кого хочешь до трясучки доведет.

Впрочем, сейчас он стоит и улыбается. Довольный.

– Каэтана, пришло письмо от его величества. Ты едешь в столицу.

– Летишь?

– Да. И с тобой еще четыре девушки, кого выберешь.

Я пожала плечами.

– Мариса, Олинда, Фатима, Севилла. Ярина, не шипи. Если улетаю я, кто-то должен остаться здесь и гонять народ! Мы же не воевать летим, мы на разговоры, а это дело нудное и муторное.

Брюнетка поняла, что ее фактически оставляют главной, и расслабилась. Ее не затирают, наоборот, дают возможность проявить себя.

– Хорошо, Каэтана.

Орландо кивнул с довольным видом. Он тоже собирался в столицу, так что… у них с Марисой совместная командировка. Вон, обнимает подругу за талию, и глаза у него, как у счастливого кошака. И у Марисы тоже.

– Вы пожениться не собираетесь?

– Собираемся, – кивнул Орландо.

Ох, подозреваю я сюрприз…

Ничего! Маркусу Лиезу трепка только на пользу пойдет! Вот Матиасу же пошла… наверное! Надо будет его навестить при случае, если исправился – домой вернем. А то мать переживать будет…

Итак – столица!

Интерлюдия

1

– Огонь!!!

Пятеро драконов разом изрыгнули пламя, накрывая здоровенную химеру. И взлетели вверх, чтобы до них не дотянулись с ответным ударом.

– Второе звено! Огонь!!!

И следующие пять драконов пошли в атаку.

В этот раз химера была всего одна. Но здоровущая, зараза, пожалуй что размером с дракона! И сделана из какой-то морской змеищи… так и тянется, так и вьется. Хорошо хоть на хвост встать не может, как кобра.[29]

Зато длинная и достаточно тонкая – толщиной не больше пары метров. Так что прожарить ее смогли быстро, даже и «коктейль Молотова», который драконарии уже переименовали в «Молоток», не понадобился.

Хавьер спрыгнул на землю и отпустил Сварта кушать, а сам отправился к Селиму.

– Впереди спокойно, ваше высочество.

– Благодарю, эс.

Между собой они общались вполне спокойно, давно опустив все титулы и приставки. Но на людях себе такого не позволишь, конечно.

– Предлагаю пока сделать привал и тоже перекусить? – И Разан подружился с Хавьером. А что? Брату хорошо, и ему неплохо будет. Сразу видно, драконарий – эс неглупый, своим умом и горбом выслужился, а такие люди везде нужны. Пусть дураки знатностью рода кичатся, работать-то кто за них будет? Титулом химеру не убьешь, разве что скушает дурака, да и отравится?

Ажаки сноровисто устраивали привал, разводили костер, разогревали припасы. Готовить сейчас некогда, это уж вечером. Но в городах им с собой много чего съестного дают. Вот и сейчас…

Лепешки есть, жареное мясо, кое-какие фрукты…

Считай – королевская трапеза! Только вот запивать водой. Вина в походе эс Хавьер не допускал. Мало ли что, а он выпьет и на жаре раскиселится? Голова должна быть ясная.

– Семнадцатая за четыре дня, – мрачно подвел итог эс Хавьер.

Селим и Разан переглянулись.

Да, им тоже казалось, что это многовато.

Ладно еще – мелочовка! С этими и крестьяне справлялись, чуть ли не лопатами забивали! Но ведь и здоровущие ползут! Мелких Хавьер и не считал, только тех, кто размером больше половины дракона.

– Баязет, – как ругательство произнес Селим.

Да, благодаря ему Санторин действительно стал основной целью для химер. Почуяв всплеск силы, они ползли, плыли, или что еще там они делают? И все на несчастный континент! И все сюда!

Пока, криво-косо, драконарий справлялись. Хавьер получал донесения от застав, но… если так пойдет и дальше, четырех застав на Санторин не хватит! Просто никак!

А где брать людей?

Где брать драконов?

И вообще… теперь свой родной континент без защиты оставлять? Ради идиотов, которые сами нарвались?

Вот радости-то!

Заметим еще, что создания Аласты продолжают появляться. А драконов никто не штампует! И как с этим быть? И что тут сделать?

– Я готов содержать даже восемь застав, – честно сознавался Селим. – Лишь бы люди не гибли! Но получится ли? Пойдет ли на это Равен?

Хавьер только плечами пожал.

Пойдет – не пойдет… правильно так: что он за это попросит? Его величеству палец в рот не клади, руку по плечо отгрызет. А самому Хавьеру, честно говоря, начихать. Ему бы сейчас здесь с делами разобраться, да и домой.

К Каэтане.

Душу греет, когда тебя любят, ждут, когда ты уверен, что встретят, и обнимут, и ругать с утра до вечера не станут… Каэтана, конечно, про любовь ничего не говорила. Только вот…

Любовь – она разная бывает. У кого-то со страстями и криками, а у кого-то и так. Когда слов найти не можешь, но станешь защитой, опорой, поддержкой в любой ситуации…

Каэтана именно из таких. Настоящая, надежная…

Так что…

Скорее бы доставить Селима в столицу, да и домой. Хорошо еще, что, кроме химер, никаких проблем. Баязет пропал где-то… хм, об этом лучше промолчать. Сгинул и сгинул, пусть его.

То ли сбежал, то ли погиб, одно верно – тором ему уже не стать. Для этого надо постоянно быть в столице, у трона сидеть, охранять, что тот цепной кобель. Ладно еще на два-три дня уехать, но чтобы вот так? Пропасть с концами?

Пропал – считай, что не удержишься ты у власти. И помогать тебе никто не будет, кому ты нужен-то? Соратникам? Не нашлось у Баязета никого, чтобы за него жизнь положить. Слишком уж он любил быть единственным и самым главным. И никого равного рядом с собой не терпел.

Селим, кстати, не такой. Он с удовольствием собирает вокруг себя сильных людей, но оставляет за