Великая Екатерина. Рожденная править - Нина Соротокина

Скандал был страшный. Такого унижения Екатерина не испытывала никогда. И от кого? От мальчишки, монарха государства, которое давно считала окончательно побежденным и которому собиралась диктовать свою волю. Официальная версия неявки принца в тронный зал – внезапное его недомогание, но людей не обманешь, о самодурстве Зубова злословил весь двор, именно его обвиняли в позоре. Очень жалко было юную невесту. Екатерина не бросила Зубову ни слова упрека, но заболела. С ней случилось что-то вроде легкого удара, предвестника того, который свел ее в могилу.

К старости она стала тучной, с трудом ходила, ей было тяжело подниматься по лестнице, так что во дворцах, которые она посещала, вместо ступенек устраивали пологие помосты. После потрясения в тронном зале, когда заносчивый мальчик-король не пожелала «жениться на России», императрица вроде бы совсем оправилась. На другой день, принимая Густава Адольфа, она была, как всегда, любезна, то есть великолепно владела собой, но ближайшие к Екатерине люди замечали, что у нее появились некоторое признаки паралича. То есть микроинсульт у нее все-таки был.

Вечером 5 ноября 1796 года у Екатерины был интимный прием – «Малый Эрмитаж». Было весело, много смеялись, Лев Нарышкин, с молодости исполняющий роль забавника, балагура и шута, нарядился коробейником и продавал гостям всякую мелочь. Екатерина ушла от гостей раньше обычного. Следующий день начался традиционно – встала в шесть часов утра, пила очень крепкий кофе, поговорила с Зубовым и начала работать с секретарями. Потом ушла в гардеробную, но задержалась там настолько, что камердинер обеспокоился. Ее нашли лежащей на полу без сознания. Это был уже полный паралич. Через несколько часов (6 ноября 1796 года) императрица скончалась.

Вот как описывает поведение Платона Зубова после смерти его благодетельницы Ростопчин: «Отчаяние сего временщика ни с чем сравниться не может, не знаю, какие чувства сильнее действовали на сердце его; но уверенность в падении и ничтожество изображались не только на лице, но и во всех его движениях. Проходя сквозь спальную комнату императрицы, он останавливался несколько раз перед телом и выходил, рыдая». Все было кончено, двор отвернулся от него разом.

Удивительно, что этот лукавый человек не подумал о своем будущем. Конечно, Зубов знал, что Екатерина не вечна, но, видимо, ему и в голову не приходило, что смертный час столь близок. И только когда императрица после удара 5 ноября лежала в беспамятстве, он сообразил послать гонца в Гатчину к Павлу, и гонцом этим был его брат Николай Зубов. Может быть, поэтому, заняв трон, новый император отнесся к бывшему фавориту милостиво? Радость от получения долгожданного трона была столь велика, что Павел простил не только мать, но и ее любовника. Он навел в семействе порядок, перенес прах отца в Петропавловский собор, положил его рядом с Екатериной и теперь хотел быть щедрым и справедливым. Платону Зубову он подарил роскошный дом на Морской и даже в честь дня рождения бывшего фаворита нанес ему визит вместе с Марией Федоровной.

Но Зубов боялся немилости, и было за что, а потому попросил отставить его от всех должностей. Получив отпуск от государственной службы на два года, он в феврале 1797 года отбыл за границу «для поправления здоровья». «Подорванное здоровье» он лечил до осени 1798 года, а затем по высочайшему повелению вернулся в отечество. Дома его ждал холод, отношение к нему Павла I в корне переменилось. Зубова не призвали на службу, ему велено было, равно как и его брату Валериану, отбыть в свои имения во Владимирской области и жить там тихо. За братьями был установлен негласный надзор. В мае 1799 года указом Сената было приказано «все имения фельдцейхместера князя Зубова и отставного генерала Зубова, кроме родовых, взять в казну».

В конце 1800 года братьям Зубовым было позволено вернуться в Петербург. Платону и Валериану Александровичам вернули конфискованные имения, Платона назначили начальником 1-го кадетского корпуса. Кажется, что Павел играл с Платоном Зубовым, как кот с мышью. Но милость была оказана Павлом по подсказке. Военный губернатор Петербурга П.А. Палена посоветовал императору вернуть Зубовых в столицу, мол, они уже достаточно наказаны. Это был коварный совет. В голове у графа Палена уже созрел план будущего переворота, в котором братьям Зубовым отведено было важное место. Время показало, что братья «не подкачали».

Заговорщики оправдывали себя тем, что Павел I безумен. Поведение императора действительно иногда было очень эксцентричным. Но что рассуждать – безумен или не безумен, если его устранения «требовали интересы государства»? Сын Александр знал о заговоре, но ему было клятвенно обещано, что Павлу сохранят жизнь, интернируют его в крепость и устроят там сносную жизнь частного человека. Для этого Павел должен был совершить малость – отречься от престола в пользу сына. Но и глава заговора Пален, и многие другие заговорщики знали, что Павел – рыцарь на троне – отречения не подпишет. Они шли убивать.

Ночью 11 марта 1801 года собрались в парке Михайловского замка, «на дело» пошли двумя группами: одну вел Пален, другую возглавлял Беннигсен с Платоном Зубовым. Братья его тоже были здесь. Все были пьяны – страшно ведь! Когда подошли к покоям Павла, нервы у Платона сдали: «Я не могу! Вернемся назад!» Беннигсен ответил: «Мы слишком далеко зашли, чтобы следовать вашему совету, который нас всех погубит».

Адъютант Преображенского полка Аргамаков, Платон Зубов и Беннигсен первыми вошли в спальню императора. Постель Павла была пуста. «Он спасся! – закричал Платон Зубов в истерике. – Мы погибли!» Императора нашли за ширмой. Беннигсен и Зубов тут же предложили ему отречься от престола. Павел отказался и спросил в ужасе: «Платон Александрович, что вы делаете?».

Кто оказался убийцей, заговорщики и сами не знали, во всяком случае рассказы их очень разнятся. Навалились скопом, Николай Зубов ударил императора табакеркой в висок, кто-то снял с себя офицерский шарф, им и удушили Павла. Последние слова его были: «Что я вам сделал?» Платон Зубов успел выйти из спальни перед ужасной сценой.

Есть документы или мемуары, которые указывают на связь заговорщиков с английским посланником в России лордом Чарльзом Уитвордом. Англии Павел I очень мешал, поскольку Россия собиралась заключить договор с Францией против Англии. Исчезни Павел, и являлась надежда, что Россия заключит договор с Англией против Франции, так что игра стоила свеч. А как у лорда могла осуществляться связь с заговорщиками? Через Ольгу Жеребцову, сестру Платона и всего Зубовского выводка. Жеребцова была любовницей Уитворда. Как он помогал заговорщикам – советом или деньгами – неизвестно. Все это только догадки, но Марк Алданов (а я ему очень верю) уверенно пишет, что Наполеон, ссылаясь на сведения своих шпионов, утверждал, что истинным убийцей Павла был английский посланник. Но одно дело желать убийства, и совсем другое – исполнить его. Зубовым все равно не смыть с рук крови Павла.