Как воспитать ниндзю - Люда и Игорь Тимуриды

- Ты меня полностью выпотрашиваешь. Я так не устаю и не волнуюсь даже когда встречаюсь с нашим королем и министром финансов!

- Они что-то понимают в бизнесе? – с интересом спросила я.

Он выругался.

- Пиранья! – обозвал меня он.

- Что это значит? – спросил вошедший граф.

- Маленькая рыбка, – механически ответила я, рассеянно раздумывая над последним предложением, которое я еще не успела обговорить с бароном, и рассеянно покручивая золотые кудри. – Он видел ее в своих путешествиях в Америке.

- Он опять делает тебе комплименты, – злобно взвился граф, уничтожающе взглянув на барона. – Я же ему говорил, что тебе нет еще шестнадцати...

Барон давился от смеха на стуле.

- Ну?! – спросил граф.

- Ты не мог бы погулять, пока я с ним обсужу финансовые вопросы? – механически спросила я, постукивая карандашом.

Граф рассердился.

- Я хотел бы знать, сколько мы получили прибыли, – сурово и напыщенно спросил он.

Я пододвинула к нему цифры...

- А сколько прибыли?

Я назвала, вычтя затраты на снаряжение экспедиции и кораблей.

- Мы окупили ее... – констатировал он.

Я кивнула.

Он, удовлетворенный, гордо ушел.

Барон тихонько засмеялся, когда он закрыл дверь.

- Ну ты и стерва... Нет, не хочу тебя женой – а то еще ты мной так крутить будешь... – поддел меня он.

Я только рассмеялась. А потом склонилась к нему.

- Слушай, что я тут задумала...

За что я люблю барона, так это то, что этот дерзкий, мужественный мужчина схватывает все с полуслова. Через полчаса он уже усвоил все детали и восхищенно смотрел на меня.

- Вот это ум! – завистливо сказал он. – Я понимаю, что у тебя абсолютная память, что ты мгновенно считаешь, что ты перечитала и перерыла всю литературу, даже финансовые отчеты за последние сотни лет... Но, чтоб так ...– он вздохнул. – Я ведь знаю об этом больше тебя, видел своими глазами, но даже и представить тех выводов и обобщений не мог, которые ты шутя сделала на расстоянии.

- Это рисково, – сказала я.

- Выходи за меня замуж, – без всяких шуток серьезно сказал этот мужественный и испещренный шрамами все еще красивый мужчина. – Мы с тобой поплаваем и попутешествуем в самых диких и опасных местах на славу, не то что эти рохли... Пройдемся с тобой по Амазонке...

Я шутливо ударила его веером по пальцам.

- Мне еще пятнадцать...

- Как жениться, так пятнадцать, а как на бал... – обиделся он. – Такой чепухой столько заниматься! Девчонка! – он насмешливо вздернул нос.

Я показала ему язык.

- Конечно, ты с головой в хлопотах...

- Платье для Мари такое сделала! – восхищенно похвасталась я, закатив глаза, по-детски желая поделиться секретом. – Приходи посмотри! – мне хотелось, чтобы хоть кто-то разделил со мной радость творческой удачи. Наверное, это у нас, мастеров, кастовое.

- Постой, – вдруг нахмурился он. – Это что, ты сама платье для нее шила, как последняя горничная?! – вид у него был, прямо скажем, звероватый. И чего он взъярился? – Ты что, не будешь на бале, а занималась тряпками для этой...

Я оборвала его.

- Она что, не могла пойти в один из твоих салонов, а использовала тебя как простую... – не унимался он.

- Я тоже иду на бал... – обиженно прервала его я.

Он успокоился и вздохнул, почему-то внимательно смотря на меня.

- Граф сказал, что ей нужен телохранитель, потому что участились случаи похищений и изнасилований, – добавила я.

Он выругался.

- Ты уже сделала себе платье?

- Нет... – я запнулась. – Да и не хочу себе яркого, – добавила я. – Не люблю выделяться, к тому же я горничная...

Он почему-то снова начал звереть.

- У вас тут в Англии, – злобно начал он, – такие снобистские предрассудки...

- К тому же я некрасива...

Барон заругался.

Но я не заметила, мечтательно глядя в окно и продолжая:

- Вот если бы я была такая как Мари, – мечтательно вздохнула я.

В ответ я услышала распространенное ругательство и удивленно взглянула на него.

- Бабы-дуры, – сказал он. – Совершенно не ценят то, что по настоящему ценно.

Я подумала, что чем-то его обидела и перевела разговор.

- Я хотела бы сделать себе красивое, но неброское платье, – мечтательно сказала я. – Чтоб меня на фоне Мари, как это бывает всегда, совершенно не видели. Но, присмотревшись, заворожено застывали. Не броско, но с глубокой красотой. Чтоб оно завораживало. И гармонировало с сестренкой... Чтоб оно не бросалось в глаза при первом взгляде. И не мешало Мари, обращая внимания на горничную (барон вызывающе фыркнул). Но, чтоб вглядевшись, ахнул от тихой красоты. Так и Мари будет со своей вызывающей красотой, и я себя не обижу. И никого не затрудню, ибо рядом с ней на меня никто не обратит психологически внимания, как и положено компаньонке в пятнадцать лет... Но и мое платье должно быть красивым, – мечтательно сказала я.

Я все сегодня какая-то мечтательная.

Он снова странно поглядел на меня.

- Ты придешь? – жалобно спросила я. – Это мой первый бал, и я немного боюсь... Посмотришь на меня... Хоть я и охранница и компаньонка... И иду туда контрабандой и обманом, ибо даже если не считать, что я слуга, мне еще нет шестнадцати.

Расслабившийся и заворожено вытянувшийся на локтях, словно погруженный в созерцания меня барон, снова зашипел от последних слов.

- Будет скандал, – вздохнула я.

- Конечно, приду! – твердо сказал он. – Первый танец за мной...

- Вряд ли мне придется танцевать, – усмехнулась я. – Я иду как телохранитель... Да и люди будут злиться на меня, узнав, что я простая служанка...

- Ты можешь пойти туда как баронесса, – яростным шипением оборвал мой монолог барон, так что я едва расслышала его сквозь эту злость.

Я так и не поняла, чем я его достала.

- Барон! – предупреждающе сказала непонятно как проникшая сюда мама. – Она еще маленькая... И ей пятнадцать... Ваши намеки неприличны!

- Что же неприличного, если я прошу ее руки! – взбешенно подымаясь, сказал барон.

- Кончайте шутить! – встала я. – Я еще не придумала себе платье на бал, а вы уже обсуждаете... Да я буду смотреть за Мари...

- Ты будешь танцевать! – покраснев и взглянув на барона, сказала мать. – Это отец черт знает что придумал!!!

- Но, мам, мне действительно только пятнадцать... А на балы ходят с восемнадцати!

Мама смутилась.

- Это граф придумал и приказал, – извиняюще сказала она. – Он боится за Мари, а с Лу она может идти хоть ночью в бандитское кубло, и останется девственной...

Барон что-то презрительно проворчал сквозь зубы...

- Но вы не ответили на мой вопрос? – обратился он через мою голову к матери. – Я могу ухаживать за ней?

Это как через мою голову они решают такие вопросы? – разъяренно подумала я, даже онемев от такой наглости.

Мать заметно напряглась от его вопроса.

- Барон, я запрещаю вам это делать, – необычайно высоким голосом сказала мать. – Клянусь, если вы соблазните Лу, я подошлю к вам ее собственных убийц... – мама явно имела моих слуг, несчастного китайца и индейца.

- На что вы намекаете?!? – вытянулся барон. – Я человек чести!

- Ах, оставьте, – устало сказала мать. – Вы прекрасно знаете, что ей приходится отбиваться от мужчин.

Я ошалело взглянула на нее, просто парализованная таким заявлением.

- Что, опять? – яростно спросил барон. – Что на этот раз случилось!?

Я недоуменно глядела на него, лишь потом вспомнив, что он был в плаванье и ничего не слышал.

- Да на этот раз ее попытался изнасиловать сам старший принц, – устало сказала мать. – Они все считают, что раз служанка, так можно делать, что угодно... Хорошо еще хоть Лу заехала этому жирдяю по морде...

- Я убью его, – побелев и вцепившись пальцами в спинку стула так, что они стали белыми, угрожающе прошипел барон. – Я вызову его на дуэль...

- Это не считая того случая во Франции, о котором вы, наверное, не знаете, когда она чуть не до смерти запорола напавшего на нее знатного мерзавца...

- Я забираю ее отсюда! – бескомпромиссно сказал барон.

- Вы что совсем сдурели?? – взбешенно заорала я, вскочив. Наконец придя в себя от такого разговора и сумев заговорить. – Это что, я по-вашему, не могу постоять за себя?!? Что это за разговоры в моем присутствии и обо мне!!!!

Они мгновенно смущенно вскочили и замолчали как нашалившие дети.

- Я это, леди, кажется, сказал лишнее, – покаянно целуя мои руки, сказал барон.

- У нас с вами деловые отношения, – непримиримо сказала я. – Не забывайте этого, барон, иначе я найду другого партнера... В свои пятьдесят лет вы слишком стары, – добила его я. – Старее графа, – добавила я, чтоб он не мучался от сердечных ран.

Барон извиняюще смотрел на меня.

- И вообще, я не собираюсь жениться, – надменно подняла я нос, и голос мой стал неожиданно высоким. – Я решила, что мужчины все скоты и что я в них не нуждаюсь... Покиньте мой кабинет!

Они оба беспрекословно вышли.

- Вы что, совсем сдурели, она же еще ребенок, – услышала я тихий укоризненный голос мамá, тихо упрекающий его. – А вы с ней о браке, о руке, и это маленькой девочке... Ей бы в куклы еще играть, какие мужчины в этом возрасте...