Лайла. Сквозь галактику за счастьем (СИ) - Макушева Магда

Впрочем, благодаря стараниям дипломатов все шероховатости удалось свести к минимуму, в том числе открыв информацию о бесчинствах пиратов, ведь в политике нет никакого более действенного способа сблизиться с оппонентом, чем дружить против кого-то третьего, то есть системы Моргиан.

Переводчица по долгу службы присутствовала при переговорах, еле сдерживаясь от едких комментариев в сторону командования их миссии.

“Инцидент” с похищением выставлялся командиром экспедиции лишь “досадной случайностью с побочными жертвами среди гражданских служащих, ситуация с которыми не помешает "Невусу" продолжить запланированный полет”.

Более того, никто не попросил у Икелана помощи в поисках гражданок Содружества! Представляете? Никто!

И Дафну, когда она влезла с вопросами, грубо заткнули, пригрозив тем, что ее работа в Икелане на этом и завершится, если она продолжит в том же духе!

Хотя икеланцы наверняка могли, по крайней мере, опознать конкретных представителей системы Моргиан по напавшему на “Невус” кораблю и по своим каналам узнать больше о судьбе попавших в лапы пиратов пленниц!

А может они уже давно это выяснили и просто молчат, потому что такие же гады и сволочи, как и руководители экспедиционной миссии из галактики Млечного пути!

***

Пребывая в душевном раздрае из-за своей беспомощности и некрасивого разрыва отношений с Амори Бишаром, Дафна с горя сразу налегла на икеланские коктейли, как только гости “Наморы” поднялись в местный бар верхнего развлекательного яруса, предназначенный для жителей и гостей станции более высокого статуса.

В отличие от “Экраны” здесь никто не запрещал представителям миссии покидать свой корабль и давал экипажу достаточно времени, чтобы познакомиться с внутренней жизнью самого крупного внепланетного поселения Икелана.

Ведь сбор информации и наблюдений никто не отменял, не так ли?

В противовес торообразным станциям Содружества наподобие “Экраны”, “Намора” состояла из единой полой многоярусной вращающейся сферы, была критически плотно заселена разумными и хаотично напичкана всей необходимой для постоянного проживания в космосе инфраструктурой.

Так что без предоставленной экипажу “Невуса” карты в ее коридорах легко можно было потеряться, зайти не туда и попасть из-за этого в неприятности.

К счастью, Талис, в отличие от Дафны, навигационным кретинизмом не страдал, поэтому с легкостью привел своих спутниц именно в то место, где они планировали отдохнуть, выпить не по паре питьевых контейнеров фиросского вина, как это было на "Невусе", а столько, сколько смогут, и расслабиться хотя бы ненадолго.

Икеланцы Дафне при ближайшем рассмотрении... не особо понравились, если оценивать их поведение.

По роду деятельности переводчица уже встречалась с представителями данной расы, однако сейчас, видя их не на официальных переговорах, а в реальной жизни, разница этих разумных с жителями большинства открытых планет Содружества особенно бросалась в глаза.

Чем-то икеланцы по повадкам неуловимо напоминали Дафне синекожих латернийцев, которых землянка еще со времени своей трудовой деятельности при комитете межпланетной коммуникации колонии Уна терпеть не могла.

Холодные, отстраненные, какие-то... скользкие и бездушные, икеланцы сновали мимо точно андроиды, посматривая на разумных других рас из Содружества с еле скрываемым презрением или вообще не обращая на них внимания.

Население вышеупомянутой Латерны, кстати, было известно на всю галактику Млечного пути своим скотским отношением к женщинам, предрасположенностью к чрезмерной жестокости, лицемерием и изворотливостью, а также наличием гаремов из множества женщин, что, как вы понимаете, еще сильнее отвращало Дафну от икеланцев из-за возникших в ее голове неприятных ассоциаций.

В общем... фу, быть такими противными...

Хотя внешне икеланские мужчины оказались... ничего так. Хоть не синекожие, и на том спасибо.

Высокие, тонкокостные, бледные и от рождения светловолосые, как брианцы. С длинными, изящными пальцами и гибкими телами, большими выразительными глазами с белым зрачком и тонкими губами фиолетового оттенка.

В отличие от жителей планеты Дилос, к которым после выходки Эйора Альто Дафна начала относиться с негативным предубеждением, икеланцы окрашивали свои шевелюры в разные, в том числе невообразимо яркие цвета.

Брианцы же предпочитали отращивать лишенные пигмента волосы и оставлять их в первозданном виде "для правильной циркуляции помогающих слушать растения энергетических токов", что очень разнило "альбиносов" Содружества и коренную расу Икелана.

Стригли жители "Наморы" мужского пола свои разноцветные волосы в большинстве своем коротко, либо оставляя их ежиком, либо выбривая с боков и формируя середину прически в торчком стоя́щий гребень.

Женщины-икеланки носили длинные распущенные волосы, хотя госпожа Маас видела, помимо этого, и короткостриженых местных жительниц с такими же яркими прическами. Густотой шевелюры икеланки, кстати, не отличались, на что придирчивая Дафна тоже обратила внимание, обозвав их про себя "ощипанными курицами".

Смотрелось подобное разнообразие кричащих обликов... очень необычно, даже несмотря на многорасовость и пестроту разумных Содружества, к внешности которых Дафна уже давно привыкла.

— Они с этими губами и бледной кожей выглядят, как восставшие покойники из древних земных страшилок, — шепнул на ухо Дафне захмелевший Талис. — А те, что с гребешком, похожи на фиросских петухов.

— Не знала, что ты ксенофоб и страдаешь расовой нетерпимостью, де Сильва, — хохотнула госпожа Маас, хотя сама масленно использовала похожее сравнение.

Разговаривали земляне на общем, но Дафна все равно оглянулась по сторонам, в надежде, что их никто не услышал и не понял.

— Не нравятся они мне, — проворчал агроинженер, недобро зыркая по сторонам и на всякий случай прижимая Гуру к своему боку, будто кто-то из местных намеревался ее украсть.

Только вот, наперекор этому жесту, гостей из Содружества икеланцы будто бы нарочно игнорировали. Все, кроме бармена, на удивление, не андроида, а вполне живого разумного, споро жонглировавшего за сделанной из серебристого пластика круглой стойкой колбами с разноцветными напитками.

— А меня привлекает все необычное и экзотическое, — усмехнулась переводчица, окидывая взглядом наполненный местными жителями и пропитанный ароматом икеланских курительных смесей шумный отсек и с любопытством рассматривая отдыхавших здесь посетителей.

Благо в отличие от латернийцев, долгий взгляд у икеланцев не считался признаком... готовности к любовным утехам и желания войти в чей-нибудь гарем. Поэтому женщина беззастенчиво изучала присутствующий вокруг нее контингент аборигенов, пока не встретилась взглядом с... мужчиной икеланской наружности, который, в свою очередь, рассматривал землянку в ответ, начисто выбиваясь тем самым из общей массы.

— Тот типчик с зеленым гребешком тебя всю глазами съел, — подтвердил наблюдения Дафны Талис.

— Пусть смотрит. Этот очень даже симпатичный, — рассеянно махнула рукой переводчица. — А если подойдет познакомиться, я буду не против. Я... ик... может быть готова сегодня на маленькие безумства с мужчиной-икеланцем.

— Выскочка Амори не сто́ит того, чтобы назло ему бросаться в объятья первого попавшегося инопланетника, — попытался воззвать к нетрезвому разуму подруги агроинженер “Невуса”.

— Да наплевать мне на этого дипломатишку, слышишь? Он меня предал! Он... он просто отмахнулся от меня, как от назойливого робота-уборщика!

— Дафна... Наверное, тебе хватит. Нам уже пора!

— Никуда я не пойду! — прошипела женщина. — Эй, бармен, повтори-ка мне еще один вот такой же, — сообщила госпожа Маас громко по-икелански работнику за стойкой, кивая на свою опустошенную колбу с напитком.

Ни уговоры, ни угрозы друзей не сдвинули рыжую дамочку с места, а только будто бы раззадорили ее еще сильнее.