Драконий день (СИ) - Янтарина Танжеринова

Айриэ слушала, куда денешься, и несколько раз специально уточнила про Фирниора. Чарп твёрдо стоял на своём: из Файханасов были герцог и Орминд, Фирниор заболел ночью.

— А поправился когда, не помните?

— Ну, дня четыре он проболел точно. А мэор Орминд ещё дольше, я уж говорил вам.

Болезни Орминда её не интересовали, он не маг, как и его отец, раз оба были в склепе. Но и Фирниор, получается, тоже, раз присутствовал… Только когда? Ночью заболел, хм, а рассказывал об утренних событиях как очевидец. Ладно, допустим, побывал тайно, но зачем, зачем это скрывать?!.

— Трупы в тот же день убрали? — на всякий случай уточнила магесса.

— В тот же, мэора, а как же! Не оставлять же тварь поганую рядом с благородными покойниками валяться! И магистра Стейрига сразу же сожгли да похоронили на нашем кладбище. Могу вам завтра могилку его показать, если интересуетесь, — предложил Чарп и шмыгнул покрасневшим носом, а после основательно приложился к бутылке, уверившись в чудодейственной силе гномьего снадобья от страха.

— Не интересуюсь, спасибо, — коротко отказалась Айриэ, продолжая размышлять. Может быть, всё зависит от того, с кем был юноша в склепе? Ну и кого он покрывает в таком случае? Или в склепе был под «отводом глаз» и тогда уж он точно знает, кто маг?.. Правда, сомнительно, что хозяин твари, страдающий от оборванной связи с питомцем и разом лишившийся магического резерва, смог бы наложить «отвод глаз». Ничего не понятно… — Брай Чарп, подпол у вас имеется?

— Ну да, картошку я там храню, — ответил старик и осоловело захлопал глазами, с явным трудом держа их открытыми.

— Возьмите-ка тюфяк, одеяло какое — укрыться и отправляйтесь туда спать. Нам вы только помешаете, если вдруг что. А там вы в полной безопасности выспитесь.

— Давай-давай, папаша, — подхватил один из гномов и увёл старика на кухню, где был лаз в подпол. Засыпающий на ходу Чарп не сопротивлялся, вот и хорошо. Люк на всякий случай придавили большим ларём, чтобы хозяин не вылез без спросу и не попался случайно монстру.

Гномы быстренько убрали остатки своей трапезы и сноровисто рассредоточились по дому, занимая позиции в каждой комнате, даже там, где явно никто давно не жил. Сам Чарп, похоже, пользовался только кухней да меньшей из двух спален. Возможно, раньше старик жил не один или дом был выстроен для смотрителя кладбища с большой семьёй, а Чарп его просто унаследовал вместе с должностью.

Айриэ сняла «полог», чтобы не насторожить тварь, если та хорошо чует магию. Гномы заранее воспользовались охотничьими амулетами, отбивавшими запах, устроились поудобнее и приготовились ждать. Ни шороха, ни скрипа, ни стука. Айриэ, в свою очередь, наметила контуры ловчего заклинания, стянув его вокруг дома, но пока не напитывая магией.

По дому сновало несколько невидимых «сторожевичков» — настолько слабых, что их наличие никто не должен был учуять. Однако любого, вошедшего в дом, они заметят и магессу предупредят. Айриэ устроилась на топчане, подстелив старое, пыльное хозяйское одеяло, и с чистой совестью подремала часа полтора. Всё легче будет, а то от бессонницы глаза слипаются и настроение портится прямо-таки стремительно. Скоро на своих бросаться начнёт, хоть бы наконец хогрош под руку подвернулся, усмехнулась про себя магесса.

Придёт, не придёт?.. Верно ли она рассчитала или никто и не думал покушаться на жалкого старика? Мало ли что он там лепечет после нескольких кружек пива… Поправив серебряный перстень с головой дракона, надетый на левую руку, в очередной раз проверила, полностью ли заряжен артефакт, хотя делала это уже дважды.

Висящие на стене кухни старенькие, ободранные ходики мерно тикали, и это было единственным, что нарушало тишину в доме. Если не знать о затаившихся гномах, то и не угадаешь, что они тут бдят. Кто-то один с комфортом устроился на хозяйской постели, пусть и лишённой тюфяка. Зато если хогрош полезет в окно спальни, увидев укутавшегося одеялом «Чарпа», его ждёт неприятный сюрприз. Гном в кольчуге — добыча не всем по зубам, иные зубки и обламываются, знаете ли…

На улице слегка шумел ветер, взлаивали-взвывали собаки, орали любовные песни коты: чья-то кошка, освободившись от докучливого потомства, снова пришла в охоту и собрала вокруг себя целый гарем голосистых красавцев. А потом всё как-то неожиданно стихло, даже распалённые любовным марафоном коты и кричавшие среди кладбищенских деревьев какие-то ночные птицы. Магесса насторожилась, бесшумно выпрямившись и потихоньку разминая мышцы. Топчан при этом пытался поскрипывать, но Айриэ приноровилась не ёрзать.

Несколько следующих минут проползли медленно и томительно, пока из спальни старика не донёсся слабый звук. Вроде бы тихонько звякнуло оконное стекло, потом всё снова стихло. От «сторожевика» пришёл слабый сигнал, и Айриэ приготовилась мгновенно активировать ловчую сеть, которая воспрепятствует кому бы то ни было покинуть дом. Вот тихо, еле уловимо скрипнула половица в спальне, потом другая: старые рассохшиеся доски отзывались, когда на них вставали, даже если вошедший старался не шуметь.

Взрыкнуло, скрежетнуло, будто чьи-то когти с силой проехались по металлу кольчуги. Айриэ, больше не скрываясь, активировала сеть и метнулась в спальню старика. Туда же устремился Конхор, прочие отстали, чтобы не мешать друг другу и поучаствовать по мере необходимости. Крик «получи, гадина!» — и яростный рёв обиженного хогроша, метнувшегося обратно к окну. Тварь и управлявший ею хозяин, наткнувшись на засаду, мгновенно оценили обстановку и поняли, что нужно спасать волосатую шкуру хогроша. Но сеть Айриэ держала крепко, отбросив хогроша назад, прямо под топор Конхора и второго гнома — кажется, это был Трондаз или его брат Нимшир, в пылу схватки не разглядишь.

Айриэ набросила на ноги твари спутывающее заклинание, пока гномы азартно, остервенело даже, рубили монстра топорами. Гномье оружие наносило болезненные раны, ускоренная регенерация магического создания не справлялась, но когти хогроша представляли собой серьёзную угрозу. Загнанной в угол твари терять было нечего, и она бешено сопротивлялась, стараясь забрать с собой жизни своих обидчиков. Вот, страшно вскрикнув, под ударом могучей лапищи отлетел назад Нимшир; тяжело стукнувшись о стену, он остался лежать неподвижно. Рядом валялся слетевший от страшного удара рогатый шлем. Айриэ, улучив момент, залепила файерболом в открытую пасть твари, заставив хогроша подавиться собственным рёвом. Остальные гномы, метнувшись в комнату, встали рядом с Конхором и вступили в схватку.

У твари, в общем-то, не было шансов. Победный удар, кажется, нанёс всё-таки Конхор, а может, кто-то ещё. Айриэ поспособствовала скорейшему издыханию хогроша, добавив пару молний. Хрипы, бульканье и конвульсивное содрогание туши продолжалось ещё некоторое время, и гномы старательно жались к стеночкам, чтобы агонизирующий хогрош не полоснул кого-нибудь из них когтями. Айриэ поспешила помочь Трондазу, оттаскивавшему пострадавшего Нимшира подальше. Тот, к счастью, был жив, но изрядно потрёпан, и магесса послала голосового «письмоносца» гномам на постоялый двор с просьбой пригнать повозку: Нимшира надо было поскорее доставить к Лунным сёстрам.