Во власти бури - Данелла Хармон

Труп шевельнулся. От неожиданности и ужаса у Тристана чуть не вырвался дикий вопль, но он вовремя зажал рот руками. Этот негодяй собирался похоронить человека заживо!

Лопата ударила по камню, последовало громкое ругательство. Тристан возобновил движение вперед, до тела оставалось совсем немного.

Он увидел, как мерин потянулся к лежащему и ткнул его в плечо, словно стараясь привести в чувство. Еще и еще раз. Тот шевельнулся снова, открыл глаза и потянулся к морде лошади.

В этот момент слуга перестал рыть и повернулся.

С проклятиями он выхватил пистолет и прицелился в лежащего. Не медля ни секунды, Тристан сделал прыжок.

Ему удалось попасть по локтю. Выстрел прозвучал, но пуля ушла в сторону.

Глава 23

Треск пистолетного выстрела, шорох травы, сминаемой передвигающимися телами, проклятия и удары и, наконец, темная масса, заслонившая свет, — это Гром придвинулся поближе, чтобы прикрыть собой хозяина. Колин смутно сознавал все это, а когда попытался сесть, то опять свалился на траву и, должно быть, снова отключился, потому что кто-то положил ему на лоб руку. Он открыл глаза. Было тихо, только рядом дышали тяжело и часто.

— Ариадна… — пробормотал Колин, пытаясь приподняться. — Надо бежать, Ариадна…

Ему удалось сесть, но все тотчас закружилось и начало меркнуть. С минуту он ощущал себя где-то очень далеко, и в этой безмерной дали загадочный некто тряс его за плечи, хлопал по плечам и растирал руки. Сознание неохотно возвращалось. Колин разлепил тяжелые веки и увидел рядом симпатичного юношу. Тот, сжав губы, буравил его пристальным взглядом. Когда взгляды их встретились, юноша широко и облегченно улыбнулся:

— Ну и кто ты такой? Извини за фамильярность, приятель, но я как-никак спас тебе жизнь. Ты, должно быть, один из кредиторов Максвелла. Или, может, должник?

— Колин Лорд… ветеринар из Лондона…

Улыбка сошла с лица юноши, он вскочил и даже отступил немного.

— Тот негодяй, что доставил мою сестру прямо в волчье логово? Ничего не скажешь, хорошего человека я спас! Дать бы тебе как следует!

— Погоди минутку, ладно? Я хоть немного приду в себя, а то получается как-то нечестно…

— Он еще шутит! Если бы не ты, я бы перехватил Ариадну прежде, чем она оказалась в Норфолке, в руках этого… монстра!

— А ты кто такой?

— Лорд Тристан Сент-Обин к вашим услугам, — надменно ответил юноша.

— Ах, ну да, кто же еще… — Колин наклонил голову и, морщась, потер затылок. — Молодой граф Уэйбурн. Слушай, парень, если тебе нужен жеребец, то ты опоздал.

— Не опоздал и не мог опоздать, сэр! Шареб-эр-рех по завещанию принадлежит мне, а не сестре, но речь не об этом. Я гнался за вами от самого Лондона вовсе не за тем, чтобы отнять жеребца… ну, не только за этим.

— Ариадна думает, что только ради этого.

— Чертовски жаль! — Молодой граф, в минуту волнения очень похожий на сестру, начал расхаживать взад-вперед, сжимая кулаки. — Я гнался за вами потому, что ей никак нельзя выходить замуж за Клива Максвелла! Ариадна понятия не имеет, что это за человек, ничего не знает о папином письме… да она вообще ничего не знает, если уж на то пошло!

— По ее мнению, Шареб нужен тебе, чтобы расплатиться с долгами, — осторожно заметил Колин.

— С долгами! Что вы все знаете о долгах! А я могу тебе рассказать, что это такое! — Он вдруг понизил голос, словно у каждого куста в низине были уши. — У меня тысячи фунтов долгу, много тысяч, и почти все эти деньги я должен Максвеллу. Карточные долги, то, что я продул на скачках, на петушиных и собачьих боях, просадил на актрис. Стоило оказаться без гроша, и я шел к Максвеллу, а тот любезно ссужал меня деньгами. Я, конечно, продувался опять, и так оно шло, пока однажды я не погряз по уши. Можешь вообразить себе такое? — Тристан воздел руки, потом уронил, и на лице его появилась гримаса отвращения. — А потом Максвелл перестал быть душкой. Он угрожал мне физической расправой и намекнул, что отца, мол, можно спровадить на тот свет раньше, чем пробьет его час. Гнусный субъект! Я, конечно, сразу пошел к отцу и все рассказал. Отец написал Максвеллу, что расторгает помолвку… а больше ничего не успел. Еще до того, как он переговорил с Ариадной и дал объявление в газете, случился пожар…"

— Спокойно, только спокойно, — мягко произнес Колин тоном, каким, бывало, успокаивал в шторм юнгу.

— Словом, произошел пожар, отец пытался спасти Шареба. Бросился прямо в огонь, можешь себе представить!

Нет, он не сгорел… у него случился удар, и я… первым его нашел! Пропади все пропадом! Дьявольщина! А теперь Ариадна уверена, что Шареб нужен мне для уплаты долгов!

Колин ощутил в себе достаточно сил, чтобы подняться на ноги. Он привалился к Грому и с минуту стоял так, подавляя тошноту. Везет же в последнее время его голове!

Немного оправившись, он выпрямился и только тут увидел свежевыкопанную яму, отброшенную лопату и неподвижного человека рядом. Не оставалось никакого сомнения, что могила предназначалась ему.

— Кстати, — сказал он, когда шмыганье за его спиной прекратилось, — спасибо, что спас мне жизнь, парень.

— Не за что! — пробурчал Тристан. — Я все-таки джентльмен, сэр.

Он обошел могилу кругом, огляделся; вид у него был на редкость подавленный.

— Давай поговорим начистоту, — продолжил Колин. — Как ты намерен расплатиться с долгами? В наследство ты когда еще вступишь, так что это отпадает. Остается Шареб.

Если вспомнить, через что пришлось пройти твоей сестре, чтобы сберечь его, будет свинством пустить его с молотка, тебе не кажется? А другого выхода я не вижу.

— Я тоже не видел, — уныло произнес Тристан, глядя во тьму. — Вот и пришлось…

— Что? — резко спросил Колин, подступая к нему и не обращая внимания на головокружение. — Что ты еще натворил, парень?

Тристан пнул сапогом кусок свежего дерна и не ответил.

— Передал Максвеллу все права на Шареба? — настаивал Колин.

— Нет.

— Собираешься продать его, чтобы расплатиться?

— Нет.

— Тогда что же? Говори!

— Я предложил Максвеллу устроить пробный забег между Шаребом и Черным Патриком при большом скоплении публики, — с вызовом объяснил молодой человек. — Если моя лошадь победит. Максвелл объявит о расторжении помолвки с Ариадной и порвет все мои расписки. Все до единой. И потом, тому, чья лошадь обставила фаворита, полагается денежный приз!

— А если твоя лошадь отстанет?

— Этому не бывать!

— А если? — крикнул Колин и схватил его за плечи. — Если все-таки придет к финишу второй?

Порыв ветра внезапно пронесся над низиной, и листва кустарника зловеще зашуршала.

— Если это случится, Шареб и Газель перейдут к Максвеллу, Ариадна достанется ему, а я тогда покойник!