Гитлерленд. Третий Рейх глазами обычных туристов - Эндрю Нагорски

Коади Ведемейер, американский офицер, поступивший в немецкую Военную академию и прошедший там полный двухлетний курс с 1936 по 1938 гг.

Этот молодой капитан из Небраски, «высокий и красивый» Ведемейер, как написала о нем Кэй Смит, немедленно сдружился с Трумэном Смитом. Их дочь Кэтхен вспоминала, что Ведемейер и Пол Томпсон (еще один молодой офицер со Среднего Запада, также учившийся в Германии) часто приходили к ним на поздний воскресный завтрак. Томпсон был армейским инженером и учился в Берлинском техническом университете.

По описанию Кэй, Томпсон был «компанейским, трудолюбивым, скромным розовощеким красавцем, с карими глазами, темными волосами и располагающим к себе характером». Он был очень молод и наивен в социальных отношениях – но не в рабочих вопросах. Или, как писала Кэтхен, «у Пола молоко еще на губах не обсохло, он такой невинный». Её родители волновались по поводу его отношений с немкой по имени Фридль, опасаясь, что она его охмурит. Когда он объявил Смитам, что женится на ней перед отплытием домой, Трумэн сказал Кэй:

– Надеюсь, для нее это не просто удачный переезд в США, как для многих.

Но Смиты присутствовали на их помолвке и проводили пару в дорогу.

Поскольку у Томпсона уже был немалый опыт в работе над контролем наводнений на реке Миссисипи, он чувствовал, что на берлинских лекциях слышит мало нового. Трумэн сумел договориться и устроить его вместо этого в инженерный батальон немецкой армии, где тот вблизи смог посмотреть на методы и технику немцев. Его отчет об увиденном, как рассказывала Кэй, «привлек к Томпсону внимание начальства, так что с этого момента… его ждала блестящая карьера». В дальнейшем он готовил военных строителей для армии США перед высадкой в Нормандии и участвовал в десанте на Омаха-Бич, где был ранен в челюсть. Томпсон выжил и был награжден за храбрость. После войны он ушел в отставку и начал вторую карьеру в качестве топ-менеджера в Reader’s Digest.

Но из этих двоих молодых американских офицеров, учившихся в Германии в тот период, самую ценную информацию собрал Ведемейер – который впоследствии поднялся гораздо выше в военной иерархии, заняв после генерала Джозефа Стилвелла пост командира Вооруженных сил США в Китае. Этот молодой капитан с огромной серьезностью начал свою работу, будучи студентом по обмену в германской Военной академии, он вел подробнейшие записи всех своих наблюдений в течение более чем двух лет, и на основании их представил своему армейскому руководству доклад на 147 страниц. В этом докладе высшие военные чины могли найти ценную информацию о том, как готовили многих из лучших германских офицеров, которым предстояло участвовать во Второй мировой войне.

По докладу Ведемейера было четко видно, что он весьма восхищен германской программой подготовки и практическими тренировками в «командовании отрядами», когда офицеры имитировали условия реального боя, в которых могли оказаться, чтобы отработать новые тактики. «В Военной академии моделируют маневренные боевые действия, особенно обращая внимание на скорость, ожидается применение механизированных и моторизованных подразделений», – писал он. Офицеров учили быстро принимать решения, признавая, что «годное решение, принятое вовремя и быстро исполненное, намного лучше решения идеального и запоздавшего».

Все это указывало, что немцы готовятся применять новые методы войны. «Они зримо представляют быстро меняющуюся обстановку на современном поле боя, готовя к этому свои командно-штабные кадры», – отмечал он. По сути, он видел подготовку к блицкригу, который Гитлер собирался провести в Польше через год.

В своих послевоенных мемуарах Ведемейер открыто заявил то, на что раньше лишь намекал. Находясь под огромным впечатлением от «немецких методов и качества подготовки», он сделал вывод: «С моей точки зрения, немецкая методика преподавания и структура обучения превосходят наши». Он сравнивал это со своим обучением в форте Ливенворт, которое было «гораздо более теоретическим», а инструкторы – «посредственными». В Берлине его главным инструктором был майор Фердинанд Йодль, брат Альфреда Йодля, который занимал во время Второй мировой войны одну из ключевых должностей в командовании вермахта и был повешен в Нюрнберге как военный преступник. Этот менее известный брат был, по воспоминаниям Ведемейера, «выдающимся учителем», и его лекции в Военной академии, по мнению американца, «способствовали развитию мышления» и оказались очень содержательными. Это было практическое обучение, оставлявшее невероятно сильное впечатление. «Когда я учился в Берлине, мне в качестве одной из задач на работу с картой дали планирование гипотетического нападения на Чехословакию, – писал он. – Позже оказалось, что задача была не очень-то гипотетическая». В своем отчете 1938 г. Ведемейер дал много детальной информации обо всем, от немецкого вооружения до почтовых голубей, но он не написал прямо свой главный вывод. В мемуарах он восполнил этот пробел. Указав, что он не мог предсказать ошибки, которые приведут Гитлера к катастрофе, он написал так: «Но я точно видел, что нацистское руководство готовится к войне».

Во время своей учебы в Берлине Ведемейер избегал разговаривать о политике с немецкими коллегами. Однако позже он писал, что те порой «слегка проявляли» некоторое недовольство властями. «Мне доводилось слышать завуалированные намеки и высказывания, указывавшие на отвращение, стыд или неодобрение нацистов». Он познакомился с генералом Людвигом Беком, который перестал быть главой Генерального штаба армии в 1938 г., а впоследствии был казнен за участие в заговоре против Гитлера 20 июля 1944 г. Среди однокурсников Ведемейера был капитан Клаус фон Штауффенберг, который как раз и нес тот самый портфель со взрывчаткой, которая чуть не убила фюрера. Его тоже быстро казнили. Во время учебы в Берлинской военной академии, по воспоминаниям Ведемейера, Штауффенберг читал стихи на вечеринках и «не всегда был сдержан в выражении своего презрения к нацистам и Гитлеру». Но он пользовался популярностью и никак не страдал из-за своих взглядов. Тем не менее Ведемейер чувствовал, что подобные антинацистские настроения были не слишком распространены среди военных в то время.

Ведемейер также имел возможность взглянуть с близкого расстояния на нацистское руководство. Он был приглашен на ужин, где присутствовали несколько его представителей. Гесса он описал как «флегматичного, не слишком умного», Геббельса назвал «динамо-машиной без мозгов», а Геринг «произвел впечатление жизнерадостного бодрого экстраверта».

Судя по записям Ведемейера, ему очень понравилось, как он провел в Берлине те два года. И преподавателей, и других учащихся, независимо от их взглядов, он назвал «всегда дружелюбными». Со временем он расслабился среди них настолько, что стал позволять себе шуточки. Впервые приехав учиться, он не знал, как реагировать, когда уборщицы, мывшие на четвереньках пол в коридоре, вскидывали руки и приветствовали его словами: «Хайль Гитлер!. Потом он стал отвечать им: «Хайль Рузвельт!» Ко второму году эти его ответы