Демоны Антарктоса - Джереми Робинсон

Глава 73

Жизнь на борту эсминца совсем не походила на приключения, которые довелось пережить героям из команды США. Здесь все подчинялось строгому распорядку. Завтрак. Обед. Ужин. Свободное время. Сон. Вечерами они засиживались в кают-компании, не в силах расстаться друг с другом. Меррилл первое время был обеспокоен тем, как примут его соотечественники Аль-Азиза и Ли, но к ним относились с подчеркнутым уважением. Об этом позаботился Круз, считавший их полноправными членами своего отряда.

Уцелевших участников антарктической гонки трижды индивидуально допрашивали. Всякий раз вопросы формулировались по-новому и следовали в другом порядке. Меррилл понимал, что отчет об экспедиции внушает военным, мягко говоря, некоторое недоверие, и боялся, что все это будет продолжаться бесконечно.

В дверь каюты постучали, и доктор решил, что наступило время четвертого раунда. Пришлось подниматься. Везувий соскочил с койки Меррилла и перебрался к Эйми, с которой успел подружиться. Меррилл поцеловал жену в щеку.

— Я скоро вернусь.

Эйми улыбнулась.

— Я тебя люблю.

— И я тебя.

Десять минут спустя Меррилл сидел на складном стуле в кабинете с голыми стенами и совершенно нейтральной атмосферой. Здесь отсутствовал даже намек на запах. Напротив устроился Коул Горски, который допрашивал его первые два раза. Меррилл знал, что он анализирует не только их рассказы, но и психическое состояние. Бывают же случаи коллективного сумасшествия.

Горски казался глубоко озадаченным. И было от чего. Истории, рассказанные всеми членами команды, не имели расхождений — но в них шла речь о крылатых гигантах, полудемонах из Библии, не говоря уже об оживших динозаврах, кругах на полях, мировом заговоре и массовом уничтожении людей. Этих чертовых авантюристов следовало признать безумными, и вместе с тем Горски не сомневался, что все допрошенные совершенно нормальны. Парадокс! Но на всякий случай он усаживался так, чтобы между ним и его очередным визави стоял металлический стол.

— Итак, доктор Кларк…

— Вам удалось найти какие-то отклонения от нормы в моем поведении? — не удержался от иронии Меррилл. Коул уже начал действовать ему на нервы.

Горски почесал в затылке.

— Ничего похожего. Более того, вы совершенно здоровы. Наша встреча вызвана другими причинами.

— Так в чем же дело? — нахмурился Меррилл.

— Дело в том, что я… беседовал с вами и другими… спасшимися членами команды. И пришел к выводу, что ваш рассказ, каким бы он ни казался невероятным, тем не менее совершенно правдив.

Брови Меррилла поползли вверх.

— Ах вот оно как.

— На самом деле у меня возник вопрос… в детстве я ходил в церковь. И если исполины действительно существуют, можем ли мы их победить — учитывая все, что нам известно о них из Библии? Есть ли у нас шанс?

— Всегда есть надежда, — повторил Меррилл последние слова Уитни.

— Да, полагаю, вы правы. — Горски встал. — Мы получили приказ вернуться в Техас. Президент и объединенный комитет начальников штабов хотят лично поговорить с вами.

— О чем?

— О военной тактике. О расположении укрепленных пунктов. Об оружии исполинов. Способах уничтожения. И тому подобное.

Меррилл был ошеломлен.

— Они намерены… захватить Антарктос?

— А чего вы ждали?

— Ну, я не совсем понимаю, как… Это не…

— Как вы знаете, наши радары не работают вблизи Антарктиды.

— Антарктоса, — поправил доктор.

— Верно. И наши спутники выходят из строя, когда оказываются над континентом. Президент считает, что наиболее эффективным будет упреждающий удар.

Наверное, президент прав. Но прежде чем Меррилл успел высказать свое мнение, на корабле раздался сигнал тревоги. На миг ему показалось, что началась атака исполинов. Всякий раз, когда происходило что-то необычное, его охватывал страх. Он уже начал подумывать о синдроме навязчивых состояний. Но скоро услышал крик, объясняющий причину тревоги:

— Человек за бортом!

Вслед за психологом Меррилл выбежал на палубу. Здесь разгулялся ветер, не стихавший со вчерашнего дня. Поплотнее запахнув плащ военного образца, доктор подошел к корме, где матросы вытаскивали несчастного.

Далеко внизу, на волнах, подрагивала голубая надувная лодка.

— Мира! — выкрикнул Меррилл внезапно севшим голосом и кинулся к перилам. — Мира! Я иду!

Спасательная команда отступила в сторону. На палубе эсминца лежала его дочь. Ее лицо покрывали синяки и кровоподтеки, но глаза, блестящие, полные жизни карие глаза, смотрели на него.

— Папа…

Меррилл упал на колени и прижал ее к себе, целуя ее волосы и израненные руки.

— Дорогая моя, что с тобой сделали? Как ты?

— Нуждается во внутривенных вливаниях, и ей бы не мешало поесть, — сказал медик морской пехоты. — Но в остальном, если не считать нескольких царапин, с ней все в порядке. Через неделю она будет здорова.

— Мира, но разве такое возможно? Я видел, как ты утонула.

— Мне помогли.

Меррилл недоуменно посмотрел на дочь.

— Старые друзья, — улыбнулась Уитни.

Один из моряков ее понял.

— Сэр, мне кажется, она говорит о них, — сказал он, показывая в воду.

В холодных волнах резвилось более двадцати тюленей Уэдделла, длинные тела легко уходили вниз, а потом снова появлялись на поверхности.

— Если Бог использовал кита, почему бы Ему не прибегнуть к помощи тюленя? — задумчиво произнес подошедший Коул.

Охваченный радостью, доктор рассмеялся, но именно в этот момент он понял одну вещь. Библия не ошибается. И эта история об Ионе так же правдива, как и Откровение Иоанна Богослова. Он процитировал пришедший ему на память отрывок: «В те дни люди будут искать смерти, но не найдут ее; пожелают умереть, но смерть убежит от них».

Меррилл посмотрел в глаза Коула.

— Скажите президенту, чтобы он отвел войска. Чтобы защищать нашу родину.

— Но что будет с Антарктидой… с Антарктосом? — смутился Коул.

— Скажите, что заявка на Антарктос уже подана… двенадцать тысяч лет назад. И человеку здесь не место. Пока.

Он повернулся к Уитни, и все его дурные предчувствия растаяли. Его семья вновь стала полной. О большем он и просить не мог, и это произошло благодаря грандиозному плану, который начал осуществляться много тысячелетий назад, плану, недоступному человеческому пониманию.

Раздался сигнал тревоги, и матросы стали разбегаться по своим постам, а Меррилл сделал то, что постоянно делал в последнее время: посмотрел на небо. На сей раз его страхи материализовались. Высоко, под самыми облаками, крылатые существа улетали от берегов Антарктоса, чтобы сеять в мире зло. Но Бог, Который даровал Мерриллу несказанную милость, вернув ему жену и дочь, по-прежнему был здесь, у Него оставалось еще много работы, и все происходящее вершилось по Его воле.