Иной мир. Начало - Никита Эдуардович Шарипов

многие из них до сих пор работают. При этом, некоторые информаторы, как и часть фашистов, являлись агентами контролёров. Этакая общая система, управляемая извне, из другого мира, мира контролёров, в который ведут порталы. К сожалению, какую цель имеют все эти манипуляции, я пока не выяснил, но позже мы ещё вернёмся к этому, обязательно вернёмся, мы всё выясним. Но сначала добавим ещё немного полноты картине, которую я всё ещё пишу.

Подполковник Чаурин и генерал Берг были моим начальством. Они отправили меня на задание и сейчас можно сказать с уверенностью, что оба не были агентами контролёров. По крайней мере прямыми. Они наверняка работали на одного из агентов, который до сих пор остался нераскрытым и который занимает более высшую, в сравнении с ними, ступень в иерархии Советского Союза, но о самих контролёрах эти двое не знали вообще ничего.

Чаурин и Берг, скорее всего, в скором времени должны были так же стать агентами контролёров, но раньше этого они узнали о золоте и тут же захотели им завладеть. Думаю, что знай они, как всё обстоит на самом деле, то я бы не получил задания, и этого всего бы не произошло, но они видели лишь будущее богатство и не хотели видеть ничего более. Обычная человеческая жадность, вот так вот всё просто, запустила очень много процессов, которые для контролёров оказались очень нежелательными.

Перестрелка в бункере Штаба Московского военного округа была попыткой замести следы. Контролёры не сильно беспокоились, потому что не боялись утечки информации, ведь все их агенты были закодированы. Если бы в той перестрелке погиб Лаврентий Павлович Берия, то это сильно бы упростило им жизнь, но он не погиб. Впрочем, думаю, что они не шибко расстроились, ведь все проблемы, которые не получилось решить сегодня, можно решить чуть позже, с их-то возможностями.

Не могу не рассказать вам о Берии и проделанной им работе. Побеседовав с ним всего лишь раз, я понял очень многое. Лаврентий Павлович пытался выставить себя незнающим, но у него этого не получилось. Я понял, что он знает очень многое, гораздо больше меня. И он именно тот человек, который в данный момент собирает костяк противостояния контролёрам. Собирает стремительно быстро, делает это умело, и тем самым сильно злит контролёров. Злит настолько сильно, что они решились нанести упреждающие удары.

Михаил, сделав глоток успевшего остыть чая, продолжил:

– Валерия Герасимова, вернее всего, пытались завербовать. У контролёров, после случившегося в бункере штаба, поубавилось агентов, и они начали восполнять потери. Агенты нужны были не простые, а приближенные ко всему, чем занимается Берия. Завербовать Герасимова у них не вышло и они убрали его. И ещё убрали других, так же не согласившихся. Увы, но согласившихся они всё же нашли, в этом не стоит сомневаться. И получили максимально развернутую информацию касательно всего, что делает Лаврентий Павлович и делают люди, которых он собрал. Вокруг нас, товарищи офицеры, очень много агентов, от самого низа, и до самого верха. И это не мои домыслы, а подтверждённая контролерами информация.

– Подтверждённая? – нахмурился Кравцов. – И кем?

– Контролёрами. Не знаю зачем, но персонально для меня они завербовали человека, и этот человек сказал мне очень многое одним своим появлением. Генерал-полковник Шилов, прибывший сегодня в обед с целой делегацией, привёз некоего Марка Старикова, который два дня назад пришел в управление МГБ и заявил не кому попало, а человеку знающему, что он является агентом контролёров. А ещё он сказал, что так же агентом является Михаил Росс. Берии обо всём тут же доложили, он провёл совещание, и по мою душу выехали.

Радует, что Лаврентий Павлович не усомнился во мне, меня не потребовали тут же арестовать. Шилов бы с радостью сделал это, я читал эти намерения в его глазах, но Берия приказал иное, он знал, что я не агент контролёров. Старикова допрашивали на моих глазах. Сильно пытали, подполковник Ардишвили вытащил из него всё, что тот знает. А знал тот совсем немногое и оказался на самом деле обычной телеграммой от контролёров. Человек-телеграмма, даже такое бывает, столь удивительна наша работа. Марк Стариков, впервые за всё время, был завербован контролёрами без применения кодировки. Ему не запретили распространять информацию. Его попросили это сделать.

Михаил вновь глотнул чаю. Кравцов, не выдержав, поторопил:

– Выкладывай уже по этому Старикову. Так и не могу вспомнить, где его видел.

– Партийный деятель он был, – подсказал Михаил. – Теперь вспомнили?

– Да, вспомнил.

– Контролёр заплатил Старикову золотом, целый слиток ему вручил. И пообещал, что после выполнения миссии поможет ему сбежать. Этот дурак поверил в могущество нового работодателя и поплатился за это жизнью. Ничего существенного, кроме утверждения, что я являюсь агентом контролёров, этот идиот так и не сказал. Рассказал, как выглядел контролёр, как появился, выйдя из портала, как вёл себя, но чего-то такого, что может сильно помочь в будущем, нет, не сказал.

– Миша, но ты ведь сам несколько минут назад говорил, что он сказал очень многое, – выдал Юра Егоров, всё это время только слушавший. – А теперь говоришь обратное.

– Я сказал немного иначе. Стариков сказал многое одним своим появлением, так я говорил. Ты упустил это, Юрий Николаевич, будь внимательнее. Контроллёры назвали Марку не вашу, полковник, фамилию. И не твою, капитан. И не кого-то другого. А мою. Это, можно сказать, их прямое заявление, что они наблюдают за мной и им очень не нравится то, что я делаю. А ещё контролёры сказали нам, что больше не будут прятаться. Мы хотели начать против них войну, но пытались скрыть от них подготовку к ней. Они атаковали первыми. У меня всё, товарищи офицеры, думайте…

Кравцов смотрел на потолок. Егоров в кружку. Оба думали. Минуты шли одна за другой, но молчание сохранялось.

Первым нарушил тишину Юра, пробормотав:

– Дело становится более интересным. И сложным…

– Миша, ты говорил, что мы позже вернемся к вопросу целей контролёров, которые так и остались неясны, – напомнил Кравцов. – Забыл?

– Нет, Иван Петрович, не забыл. Под “позже” подразумевалось ближайшее будущее, когда удастся выяснить больше, чем известно сейчас. В данный момент цели контролёров мне неизвестны, есть лишь догадки.

– Озвучь их, – попросил полковник.

– Позже, потому что пришло время тревоги. – Михаил кивнул в сторону выхода. – Часовой обнаружил труп и сейчас откроет дверь.

И дверь как по заказу заскрипела…

Глава 46

– Заключенная, на выход!

Тяжелая стальная дверь в камеру открылась, и по ушам ударил неприятный скрип несмазанных дверных петель. Поежившись от этого звука, Элизабет покорно встала и вышла в узкий коридор, наполненный запахом плесени и затхлости.

Рослый красноармеец с мертвым, неприятным взглядом, молча указал направление и немка торопливо засеменила в сторону выхода.

После расставания с Михаилом жизнь девушки кардинально изменилась.