Еще один день - М. Мэлоун

Он оглянулся на нее, явно позабавленный ее попыткой завязать вежливую беседу.

— Я заключил выгодную сделку с проездным на автобус. Знаешь, тебе действительно следует зарегистрироваться на сайте CoupOn (*имеется виду сайт купонов на скидки и распродажи). И знаешь, я сэкономил много денег. — При этом Дэвид как ни в чем не бывало окончив обыскивать нижний ящик комода и задвинув его, подошел к тумбочке, где взял одну из книг, стоявших сверху. Он осторожно пролистал страницы книги, прежде чем приступить к следующей.

— Я воздержусь. Сомневаюсь, что буду много путешествовать. Итак, ты жив. — Ридли, стараясь успокоиться, сжала кулаки, глядя как Дэвид медленно рассматривал книги, словно пытался решить, какую из них прочесть. Высокомерный ублюдок.

Прошлую неделю она мучилась из-за его смерти, а он вел себя так, словно ему на все наплевать.

Внезапно он зло выругался и резко смахнул стопу книг на пол, прежде чем поднять лампу и заглянуть под нее. Когда он снова посмотрел на Ридли, то на его лице не было и следа гнева. Если бы она только что не стала свидетельницей его маленькой вспышки, то бы и не догадалась, что что-то не так.

Что, черт подери, он ищет?

— Знаешь, как легко устроить свою собственную смерть? Когда люди находят искорёженную машину с телом в ней, они согласны признать, что это ты.

— Разве они не проверяют отпечатки пальцев или стоматологические записи? Что-нибудь.

— Кто-то снова смотрел повторы C.S.I.: Место преступления (*американский телесериал о работе сотрудников криминалистической лаборатории Лас-Вегаса), — рассмеялся он в ответ. — Конечно ищут, но так как тело, которое я оставил в машине, принадлежит настоящему Дэвиду Файнмору, то уверен, что у патологоанатома не возникло вопросов.

Он ухмыльнулся, наглаживая одеяло руками.

— Даже если бы там что-то осталось, то тело, скорее всего, было бы слишком обожжено и обгоревшим, чтобы с ним возможно было работать. Огонь уничтожает множество грехов.

— Буду знать. — Ридли с отвращением покачала головой. — Я запомню это, если когда-нибудь решу стать преступницей.

— Разве ты не слышала? Ты уже преступница, — поцокал он, осуждающе качая головой. — А иначе зачем тебе красть пятьдесят тысяч у своего нового парня?

О Боже, что, если он что-то сделал с Джексоном?

Ридли потребовались все силы, чтобы удержаться и не спросить об этом. Пока Дэвид не совершил ничего откровенно жестокого. Он только украл деньги и преследовал ее да так, что она уже начала считать себя сумасшедшей. Меньше всего ей хотелось привлечь внимание Дэвида к Джексону.

— Это был ты! — Ридли проглотила слезы, подступившие к горлу.

— Да, я, — засмеялся он отстраненным жестким смехом. — Я должен был что-то сделать, чтобы увести тебя от него. Не понимаю, почему ты так шокирована? Независимо от того, сколько у тебя доказательств, ты же всегда хотела верить в лучшее в людях.

Их взгляды пересеклись, и Ридли инстинктивно вжалась в стену. Как она могла когда-то испытывать к нему влечение? Неужели его глаза всегда были такими холодными? Может быть, дело в волосах. Он выглядел совсем по-другому с тёмными волосами. Жестокий.

— Это мне и нравится в тебе, Ридли. Ты почти заставляешь меня хотеть становится лучше, — подмигнул он ей, прежде чем опуститься на колени, чтобы заглянуть под кровать.

Ридли взглянула в окно, как только его голова скрылась из виду. Было раннее утро, и никто не услышал бы ее, если бы она закричала. Она не осмеливалась попытаться убежать. Он бы поймал ее, и разозлился бы еще больше. Ее лучшим решением было заставить его говорить как можно дольше.

Пока он говорит, она жива.

— Хорошо, ты победил. У тебя есть деньги. Все думают, что ты мёртв. Я не понимаю, почему ты здесь. Разве тебе не следует прятаться?

— Таков был план. — Он в прыжке, словно какой-то подросток, уселся на кровать и устроился подобней. — Хотя есть небольшая оплошность. Мне нужно мое ожерелье. Его не было ни в твоей квартире во Флориде, ни в твоей машине, ни где-либо еще в этом гребанём доме! Итак, где же оно?

— Я не знаю.

Дэвид громко выдохнул:

— До сих пор я был очень мил, Ридли, моя дорогая, но я теряю терпение.

Ридли не могла понять, зачем он проделал весь этот путь ради украшения, но опять же, все ее украшения были фальшивками или обычной бижутерией. Возможно, камни на ожерелье, которое он ей подарил, были настоящими.

— Почему тебя вообще это сейчас волнует? Со всеми деньгами, которые ты украл, ты можешь просто купить еще одно.

Ридли придвинулась к краю кровати, отчаянно пытаясь придумать план. Как только Дэвид поймет, что ожерелья у нее больше нет, ей нечего будет предложить ему, а значит нечем выторговать себе жизнь.

И у него просто больше не будет причин оставлять ее в живых.

— Не важно, зачем мне оно. Я отдал его тебе потому, что думал, что его будет легко вернуть, а позже избавиться от тебя, — вздохнул Дэвид и встал. Он поднял руку и направил пистолет прямо в грудь Ридли. — Но тебе надо было всё усложнить.

— Бросай пистолет, Морено!

Свернув по коридору к спальне, Джексон инстинктивно опустился на колени, окинув пространство вокруг брата. Его сердце в этот момент точно пропустило пару ударов.

Эли убедил Джексона, что будет лучше сначала пойти ему с парнями — они были лицензированными телохранителями, и если кому-то придется выстрелить, то будет лучше, если бы это был один из его команды, а не гражданский.

В основном он согласился потому, что все еще надеялся, что теория его брата ошибочна. Но, очевидно, они поняли это слишком поздно — Морено держал Ридли в удушающей хватке, ткнув дуло пистолета ей в висок.

— Ни за что. Пока я не получу то, что хочу.

Джексон кивнул Нику. Теперь, когда они были уверены, что Морено здесь, они могли предупредить человека Эли в ФБР. Ник вздёрнул подбородок, достал телефон и спустился по лестнице.

— Что ты хочешь? — заговорил Джексон. — Я дам тебе все, что ты захочешь, если отпустишь ее.

— Кто это? Покажись! — в ответ закричал Морено.

Джексон сделал шаг в сторону, чтобы его было видно. Он поднял руки вверх, показывая, что не вооружён.

— Я здесь.

— Джексон, что ты делаешь? — пробормотал Эли.

— Я пытаюсь договориться, — сказал Джексон достаточно громко, чтобы все услышали. — Если тебе нужны деньги, я могу дать их. Если тебе нужна машина, чтобы уехать отсюда, можешь взять мою. Никто не должен пострадать.

— Мне не нужно ничего из этого! Все, что мне нужно — это ожерелье!

— Ох, ты имеешь в