"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

— Открывай, черт возьми, Ханна!

Она дышала с трудом. В боку заныло. Ее живот, все ее тело болело в знак протеста. Она родила неделю назад. Она не в форме, все еще восстанавливается.

С отчаянным криком Ханна опустила плечо и снова врезалась в комод. На этот раз он наклонился. Она перевернула его на бок и придвинула к двери, в то время как Пайк врезался в нее с противоположной стороны.

Даже это дало бы ей всего несколько драгоценных секунд.

Она повернулась и снова осмотрела комнату. Две тумбочки по обе стороны кровати. На тумбочках стояли две маленькие лампы.

Ее мысли метались беспорядочно и неистово. Ханна не могла думать.

Может ли она ударить его по голове основанием лампы? Возможно. Но лампы маленькие, их основания выглядели хрупкими.

Она побежала вдоль кровати, добежала до ближайшей тумбочки и схватила лампу своей здоровой рукой. Потянула за нее. Стоило ей отбежать на несколько метров, лампа в ее руках дернулась.

Шнур застрял между тумбочкой и стеной. Он зацепился. Ханна нащупала тумбочку, попыталась сдвинуть ее больной рукой. Получилось сдвинулась на несколько дюймов.

Она проглотила стон отчаяния и мощным рывком опрокинула тумбочку. Выдернула шнур из стены.

Только тогда она поняла, насколько легкой оказалась лампа. Даже не настоящая металлическая. Какая-то подделка из композитных материалов из «Хобби Лобби». Это его даже не оглушит.

Дверь спальни тряслась и дребезжала. Постоянный стук, стук, стук, когда Пайк раскачивал дверь все шире и шире. Он окажется внутри через несколько секунд.

Ханне не стоило и пытаться вырвать у него нож или ударить его по голове чем-то, чего все равно не хватит, чтобы его вырубить.

Не с ее одеревеневшей рукой. Не в ее ослабленном состоянии. Не со слепым ужасом, пронизывающим каждую клеточку ее тела.

Она уронила лампу и бросилась в ванную комнату.

Одним взглядом окинула комнату. Ханна уже знала, где что находится. Только вчера она мыла здесь волосы.

Душевая кабинка справа от нее, туалет в собственной крошечной комнатке чуть дальше, двойное трюмо, заставленное средствами для волос, и огромное настенное зеркало прямо впереди, огромная ванна и шкаф слева.

Ханна присела под раковиной и открыла дверцу шкафа. Ножницы для волос, которые она использовала для стрижки. Вот что ей нужно.

Ее руки занемели и дрожали так сильно, что она с трудом открыла дверцу. Ножницы лежали в черном пластиковом футляре, спрятанном в глубине шкафа.

Ужас сделал ее неуклюжей. Каждое движение давалось медленно, отрывисто и не согласованно. Дрожащей, искалеченной рукой никак не получалось открыть этот чертов футляр.

Дверь спальни с грохотом распахнулась.

Время замедлилось.

Она слышала каждый звук. Призрак лаял внизу. Ветер стонал, деревья стучали, задевая дом.

Пайк шел к ней через спальню. Его шаги скрипели при каждом движении.

Она слышала его дыхание. Запах крови и гвоздики.

Пайк рывком открыл дверь ванной. Ханна мельком увидела его отражение в зеркале. Его фигура представляла собой темную массу, глаза — черные дыры.

Слишком поздно для ножниц. Слишком поздно для всего.

Ханна поднялась на ноги. Ее сердце бешено колотилось в груди.

Она схватила с полки баллончик с лаком для волос, развернула его и нажала на сопло. Распылила лак прямо ему в глаза.

Пайк закричал от боли.

Ханна пронеслась мимо него. Выскочила из ванной, промчалась через спальню и направилась в коридор.

Страх подгонял Ханну. Она не думала, не планировала. Просто превратилась в убегающего зверя, ничем, кроме паники и инстинкта, не руководствуясь.

Пронеслась по коридору и чуть не упала с лестницы. Последние несколько ступенек Ханна преодолела на заднице и снова вскочила на ноги, спотыкаясь, направилась через гостиную на кухню.

Бешеный лай Призрака становился все громче. Боковая дверь в гараж. Если она сможет добраться до нее, то выпустит Призрака...

— Ханна! — голос Пайка разнесся по дому.

Он находился прямо за ней, слишком близко. Уже бежал вниз по лестнице. Почти ее настиг.

— Я иду за тобой, маленькая шлюшка!

Ханна нащупала дверную ручку и рывком распахнула дверь. Бросилась в дверной проем, сделала шаг и упала в пустоту.

Ее колени подкосились, а ноги ударились о неровный пол. Сильный удар отдался в подошвы ног и позвоночник.

Она чуть не упала лицом вниз с лестницы.

Ханна скользила, спотыкалась, падала. Она размахивала руками, пытаясь найти опору. Больная рука ударилась о стену. Зато здоровой рукой она ухватилась за что-то круглое и гладкое. Перила. Ханна рывком остановилась почти на полпути вниз на узкой деревянной лестнице.

Лодыжки болели. Колени болели. В животе что-то кольнуло. Она почти ничего не почувствовала.

Сначала ее поразил запах. Запах земли, сырого бетона и затхлых старых вещей, как воздух из могилы. Как будто несвежие призраки собираются вырваться на свободу.

Ужас наполнил Ханну.

В панике она открыла не ту дверь. Она оказалась не в гараже.

Ханна снова очутилась в подвале.

Глава 17

Ханна

День двадцать первый

Истошный вопль готов был сорваться с губ Ханны.

На самом деле это другой подвал.

Но это не имело значения. В ее нервном ужасе Ханне казалось, что это одно и то же.

Скрип над ней. Его тяжелые ботинки. Она чувствовала его, как холодный сквозняк, проникающий сквозь половицы, и колючий ужас в основании ее черепа.

Волна темноты, грозящая ее захлестнуть.

Последние три недели испарились в мгновение ока. Прошлое нахлынуло с новой силой. Она снова в подвале. В том самом подвале, в котором просыпалась каждый день на протяжении пяти бесконечных лет.

Ее тюрьма. Ловушка, которая поймала ее, вырвала из жизни, из семьи, из внешнего мира. Она поглотила ее, как могила.

Слепой страх овладел Ханной. Единственная мысль — спрятаться.

Ухватившись за перила для равновесия, едва видя сквозь ужас, она сбежала вниз по оставшимся ступенькам.

Вниз, вниз, в подвал.

Вниз, в яму ее худших кошмаров.

Два узких окна давали тусклый свет. На полу застыла грязь. Вонь червей и гнили. Паутина и грубые каменные стены. Все холодное и сырое.

Толстые пыльные балки ручной рубки пересекали низкий потолок. Огромная печь в дальнем углу.

Стопки и штабеля картонных коробок высотой выше ее головы. Старые расшатанные полки, заставленные мутными банками, ржавеющими металлическими инструментами, безделушками и хламом.

На другой стороне подвала она увидела пару наклонных дверей, как в «Волшебнике страны Оз». Двери фирмы «Билко», но слишком высоко, чтобы она могла до них дотянуться.

Ее взгляд зацепился за печь в углу. Печка стояла в нише, погруженной в тень.

За печью, в глубине алькова, находилось подпольное пространство. Высотой не более двух футов, оно уходило слишком далеко назад, чтобы видеть заднюю стену.

Там была темнота и паутина. Грязь и гниющие балки.

Укрытие.

Ботинки Пайка топали по лестнице в подвал.

Хромая, Ханна зашаркала по грязному полу к печи. Прижалась к каменной стене и протиснулась в узкое пространство между стеной и печью, задерживая дыхание, втягивая все еще вздувшийся живот, представляя, как многоножки и пауки падают ей на волосы, на лицо.

Вонь жира и грязи проникла в ее ноздри. Она пробиралась мимо труб, проводов и тусклых металлических фигур, пока не достигла проема в нижней части стены.

Она не могла его увидеть, только почувствовать пальцами.

Ханна присела, чтобы оказаться достаточно низко. Сжалась и опустилась на живот. Опираясь локтями на твердую грязь, она двинулась вперед, протискивая свое тело в неглубокое пространство ползком.

Ее толстовка зацепилась за что-то, и она потянулась назад, чтобы стянуть ее. Ее рука едва могла пролезть рядом с туловищем. Она забралась в тесную щель так глубоко, как только могла.