Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том II - Дэн Абнетт

Легионер Тысячи Сынов прошел через воздушный шлюз, закрыл за собой двери и разгерметизировал помещение. Воздух вытянуло через решетчатые вентиляционные отверстия в остальную часть корабля. Звуки вокруг легионера растворились в неподвижной тишине. Перед ним находилась аванкамера, заставленная стойками с оборудованием для технического обслуживания и массивными заправочными станциями. За следующими дверьми располагалась пустотная палуба, где и находилась его цель.

Арвида поспешил к последнему пульту управления дверьми, блокированными кодовым замком. Отвлекаясь на растущие крики в разуме, он запнулся при первой попытке ввести код. Корвид почувствовал, что преследователи ворвались в только что покинутый им коридор, представил, как они обнаруживают тела сервов и обнажают оружие.

Воин снова ввел код, в этот раз верный, и двери открылись. Закрывая их за собой, он надеялся, что ближайшие преследователи окажутся из разных подразделений и это задержит их, по крайней мере, на несколько секунд.

Как он и предвидел, перед ним на широкой палубе стоял внутрисистемный быстроходный корабль «Таджик». Пристыковавшийся всего восемь часов назад, он, как и все подобные корабли, находился в состоянии постоянной готовности в открытом пустоте ангаре. Судно было небольшим, обычно экипаж состоял из всего лишь двадцати человек, но у него было самое необходимое для Арвиды качество — скорость.

Когда корвид побежал к рампе, то заметил краем глаза, что на дальней стороне правой стены ангара открываются противовзрывные двери. Он повернулся и увидел, как по площадке бежит легионер Белых Шрамов с болтером наизготовку.

Арвида упал на палубу, чувствуя, как над спиной проносятся болты. Он прополз вперед, снова вскочил и бросился навстречу воину.

Арвида выстрелил, попав в руку противнику, и тот выронил болтер. Белый Шрам без колебаний выхватил талвар и нанес рубящий удар. Арвида едва избежал его, неуклюже отшатнувшись, когда лезвие заскрежетало о доспех.

На такой дистанции собственный болтер Тысячного Сына был бесполезен, и он схватился за меч. Два космодесантника обменялись стремительными ударами, осыпая железную палубу ливнем осколков брони.

Арвида уловил периферийное движение — открылись еще одни двери — и ощутил присутствие, по крайней мере, дюжины душ, столпившихся за толстыми переборками.

Времени не осталось. Он увеличил темп атаки, отчаянно ища способ справиться с оппонентом. Несколько секунд противник не уступал ему, и они продолжали биться в равной схватке.

Затем, как и в случае с Есугэем, Арвида увидел, как разворачивается стезя будущего. Намерения Белого Шрама проявились мерцающими контурами, выдавая его движения и раскрывая защиту, как книгу.

Арвида немедленно отреагировал, выбив клинок из руки противника. Меч отлетел на пять метров и заскользил по металлической палубе. Следующий удар корвида пробил доспех Белого Шрама, пронзил второстепенное сердце и закончил поединок. Брызнули капли крови, принявшие в вакууме сферическую форму.

Понадобилось еще два удара, чтобы не позволить воину встать и последовать за ним. К этому времени открылись другие двери ангара. Помещение наполнила стрельба. Арвида увидел впереди следы пролетающих снарядов, похожие на трассеры, и прибавил скорости, чтобы избежать попаданий.

Он добежал до штурмовой рампы «Таджика» и поднялся внутрь корабля. Добравшись до пульта управления, воин закрыл люки, включил двигатели и запустил программу старта. Он услышал стук попаданий в герметичный корпус корабля и заметил, как открываются внешние бронированные ворота ангара.

Скоро Белые Шрамы поднимут щиты «Бури мечей». Или же закроют бронированные экраны, а может преследователи выведут «Таджик» из строя еще до взлета, или истребительная команда прорвется внутрь корабля.

Но Арвида знал, что времени для любого из этих вариантов не будет. Расположившись в кабине и взявшись за ручки управления, он увидел, как через открытый люк мерцает пустота.

Он был снаружи. Был свободен, ускользнув от Белых Шрамов, так же как и ускользал от опасностей в руинах Тизки, и они ничего не могли сделать, чтобы поймать его.

Есугэй посмотрел на потрепанную коробочку, поднял ее на свет, пробежавшись глазами по царапинам и подпалинам. Она не была старой. Возможно, в прошлом, ее содержимое хранилось в более замысловатых хранилищах, как например кость святого в раке.

Открыв коробку, провидец бури высыпал карты на стол и просмотрел их одну за другой. Есугэй мог сказать, что они с Терры, но о предназначении артефактов имел смутное представление. На картах были изображены кубки, мечи, жезлы и монеты. Некоторые демонстрировали образы людей и мифических зверей. Пролистав их, Белый Шрам ощутил исходящее от поверхности слабое тепло — не физическое, но остаточный след потустороннего мира.

Это не удивило его. Любой предмет с Просперо обладал такими свойствами.

Провидец бури долгое время изучал карты. Он разложил их перед собой, складывая в сочетаниях, которые считал подходящими. После чего сложил их вместе и аккуратно вернул в коробку.

— Зачем ты сделал это? — спросил он.

Сидевший напротив Арвида уткнулся взглядом в свои сложенные руки.

— Я подумал, что смогу выбраться.

— Захваченный тобой корабль не ушел бы от флота. О чем ты думал?

— О том, что должен быть выход

Сбитый с толку Есугэй покачал головой.

— Но ты передумал и так и не взлетел. Почему?

— Я бежал. А вот Орзун нет.

Есугэй нахмурился, из-за чего татуировка на темной коже исказилась.

— Не понимаю.

— Я не Ариман. Понимаешь? У меня нет его силы, а если бы и была, то я бы пользовался ею иначе. Я благодарен, поверь, очень благодарен. Но ты пытаешься воссоздать то, что больше не существует.

Есугэй удивился.

— Я никогда…

— Да, это так. Я почувствовал это. Ты хотел привязать меня к своему Легиону. В конце концов, ты бы облачил меня в белое, вручил бы кривой меч и посох с черепом, и вскоре я стал бы говорить на хорчине, как и ты.

Арвида сухо улыбнулся.

— Я не могу забыть своих братьев только из-за того, что они обрекли себя на гибель.

— На Просперо нет больше Легиона, Ревюэль. Нет культов.

— Разве это имеет значение? Имело бы для тебя, если бы сгорел Чогорис и ты был бы последним оставшимся в живых? Я так не думаю.

Есугэй кивнул, признавая его правоту.

— Ты ведь знаешь, я был свидетелем того, как Магнус, Хан и другие заключили союз. Я думал, что его можно воссоздать, даже если твой примарх погиб. Наверное, я был неправ.

Он поднял голову, встретившись с взглядом Арвиды.

— Значит, ты уйдешь? Покинешь нас?

Арвида кивнул.

— Я должен. Не прямо сейчас, и не таким образом. Это было бы… неучтиво.

— Видишь? Ты уже наполовину Белый Шрам.

Арвида засмеялся.

— Не совсем.

— Куда ты отправишься?

— Я вижу тут и там знамения. А помимо этого, ничего.

— Ты легионер, — сказал Есугэй. — И не создан сражаться в одиночку.

— Я долгое время был один.

— Верно, и едва не погиб.

— Я пойму, когда настанет момент. Вы все должны будете понять это.

Есугэй снова взял коробку и задумчиво посмотрел на нее.

— Ты оставил ее для меня.

— Она принадлежала Ариману. Насколько мне известно, из его вещей эта единственная уцелела. Я посчитал, она должна быть твоей.

Есугэй покрутил ее.

— Не знаю. У нее странная тень.

Затем он виновато улыбнулся, словно попрекая себя.

— Но подарок отличный. Я заберу его. Кто знает? Может, однажды она вернется к хозяину.

— Только если сможет проникнуть сквозь пелену. Ариман мертв, как и остальные.

— Мы должны принять это. Но бывают дни, когда мне не верится.

Есугэй убрал коробку.

— Надеюсь, ты сможешь остановиться, брат. Не от чего бегать. Все очевидно.

В ответ на эти слова Арвида насторожился, словно сказанное было не совсем верно.

— Больше никакого бегства, — был его ответ.

Трибуналы приближались к своему завершению. Не избежали наказания и другие подсудимые, как из-за того, что нарушили принципы войны Легиона, так и из-за клятвы на крови. Большинство были включены в состав сагьяр мазан, несущих возмездие, и направлены в подразделения быстрого развертывания, получив координаты для срочного отбытия.

Остальному флоту было дано задание приготовиться к варп-переходу, а перемещения между кораблями ограничили. Время для тренировок Есугэя и Арвиды закончилось, и провидца бури все чаще вызывали для выполнения других обязанностей.

За день до того, как «Буря мечей» отправилась в варп, Арвида спустился на огромные кузнечные палубы корабля. Уровень производства здесь был впечатляющим, станки штамповали оружие непрерывным потоком. Никто не питал иллюзий, что оно не понадобятся.