"Фантастика 2023-110". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Одувалова Анна Сергеевна "О&#39

— Не смей! — Я уже лежу в капсуле, чтобы изменить своё будущее раз и навсегда, когда крышку мне не даёт закрыть чья-то белая рука.

— Пусти! — Рычу я, отчаянно дёргая рукой.

— Дина Чарская никогда не могла бы остаться с тобой. Потому что она твоя смерть. Из-за неё, только из-за неё началась бы война между тобой и Золтаном. И даже находясь в эмоциональном дисбалансе она бы выбрала его, смертельно ранив тебя. Ты хочешь это вернуть? Вернуть ту, которая тебя погубит, а потому умрёт и сама от взрыва собственной, неконтролируемой силы?

Я во все глаза смотрю на того, кто не должен помнить о Дине Чарской.

— Я из прошлого. — Кивает на мой немой вопрос Арабеск. — Способность перемещаться во времени помогает сохранить память. Оставь Дину в покое.

— Если мы не вернёмся, она останется со мной, не зная ничего о Золтане. — Бессильно рычу я, сдирая ногти в кровь, чтобы закрыть эту чёртову крышку.

— Ты ведь уже знаешь, что будет с Диной, если вы не вернётесь сюда. В возрасте восемнадцати лет она умрёт. В этот раз навсегда.

— Значит, пусть умру я. — Из моих глаз выступают слёзы, и я отрываю руку Арабеска от капсулы.

Выставляю код преображения и надеюсь, что, когда проснусь, я смогу убить того, кто отобрал у меня самое дорогое. Даже если она никогда не будет моей, Дину я никогда не отдам Золтану.

— Глупый, глупый мальчик. — Пока уплывает моё сознание, я продолжаю слышать эти слова Арабеска.

— Теперь-то он будет в порядке? — Чувствую недовольство от того, что слышу голос Золтана. Но не чувствую к нему той же ненависти, которая росла во мне последние пять лет.

— Благодаря моей крови, будет. — Выдыхает Дина и её голос отдаётся набатом в голове. Абсолютно пустой голове.

— Что происходит? — Хриплю я, пытаясь открыть глаза. Яркий свет слепит глаза.

— Ты уверен, что это ты должен спрашивать? — Перевожу взгляд на Дину. Она прекрасна в этом платье.

«Не подвенечное?» — Проплывает в моей голове. — «Значит, прошло несколько дней с момента преображения».

— Ты думал, я не видела твоего сумасшествия? — Кричит Дина, с размаху врезая мне по лицу. Да, так бы поступила Дина Чарская. Но не её императорское высочество. Ей по регламенту не положено.

И только после пощечины я вдруг проникаюсь в её вопрос. Она всё знала?

— Что уставился? — Ядовито выплёвывает теперь моя сестра. — Я не знаю, чем ты думал, но моли всех святых на этой земле, что я успела вовремя.

— А что ты сделала? — Вдруг паника озаряет мой воспалённый мозг, и я перемещаю свой потерянный взгляд на табло.

«Перерождение не завершено. Осталось 50 процентов». — Такие знакомые слова.

— Что ты сделала?! — Сердце бешено отдаётся в грудной клетке.

— Она спасла тебя от сумасшествия своей целебной кровью, мудак ты редкостный. — Заорал Золтан, хватая меня за грудки и вытаскивая из камеры. — Теперь ты ей едва ли не родной брат!

Перевожу ошарашенный взгляд на принцессу, чтобы вновь убедиться, прежних чувств нет. Есть куда сильнее….

Дина отрывает от меня Золтана и просит его подождать её снаружи. Оставшись наедине, принцесса подкрадывается ко мне слишком близко, чтобы яростно прошипеть мне прямо в ухо:

— Благодари Арабеска, иначе бы я тебя убила, как и должна была изначально.

Её малахитовые глаза сверкнули так ярко, что отпечатались у меня на сетчатке.

Её императорское высочество развернулась и поспешила прочь из моего уже не тайного убежища, подбирая полы красивого, тяжелого платья.

А я нетвердой походкой подхожу к зеркалу, что висит перед раковиной и смотрю себе в глаза.

— Я всё равно добился того, что ты стала моей. Хотя бы, как сестра. — И ужасающая улыбка прорезает лицо… — В моих венах течёт твоя кровь, принцесса.

Конец

Анастасия Котова

Девочка в реакторе

“Руководство Чернобыльской АЭС, в т.ч. Виктор Брюханов, должны немедленно остановить работу 4-го энергоблока, так как реактор РБМК-1000 несовершенен и имеет недоработки”

P.S. [Постскриптум] :

“...внутри реактора живет нечто, что разнесет вашу станцию в щепки. Брюханов знает, о чем идет речь”

27 марта 1986 года

От автора

Откуда мы? – Разорвана слеза.

На “до” и “после” взорванным апрелем

Горят сердца. Глаза уже сгорели –

У нас потусторонние глаза…

Книга задумывалась как эксперимент. Автор родился спустя восемь лет после аварии, и никакого отношения к ней не имеет. И ни разу в Чернобыле не бывал. Однако это не помешало ему написать данное произведение и вознести его в ранг “дела всей жизни”.

Рукопись редактируется не первый и не последний раз. Всегда есть и будет что сказать о данном событии. Да, тема сложная и очень тяжелая. Да и сама книга пишется в тот момент, когда все наперекосяк и не знаешь, что будет завтра и наступит ли оно вообще.

Краткая справка: книга начата еще в две тысячи девятнацатом году, в январе месяце. Задумывалась она как короткая историческая предыстория к “Миссии Припять”, где описывается воскрешение города. Однако после сюжет отошел от канона и приобрел собственную линию, никак не связанную с “Миссией”. Спустя время книга начала выходить на Author.today и других литературных площадках. Имеется свое сообщество в социальных сетях, где публикуются материалы, связанные с написанием произведения.

“Почему именно Чернобыль? Я навряд ли смогу внятно ответить. Ну, наверное из-за схожести дат [автор родился двадцать шестого апреля], а может, из-за украинских корней – дедушка был родом из Украины, как и прабабушка с прадедушкой, причем, дедушка не единожды там побывал вместе с моей бабушкой. Где именно они гостили, понятия не имею.

Да, Чернобыль не является моей родиной. Да и украинский язык я знаю не до конца.

Но…

Это может прозвучать странно, но это чувство, очень схожее с любовью. Это действительно дело всей моей жизни. Если бы не обстоятельства, сковывающие меня на протяжении нескольких лет, то наверняка смогла бы побывать в Чернобыле – это мое давнее желание, и иногда вызывает такую тоску, что хочется выть.

Некоторые меня не понимают: “есть же намного круче темы, намного проще и намного легче!”, но дело далеко не в этом. Чернобыль помогает мне жить. Это единственное, что мотивирует меня вставать по утрам и двигаться дальше.

Да, я много плачу. Я очень меланхоличная личность. У меня жизнь далеко не сахар. Мое призвание – быть писателем: среди тысячи тем найти что-то свое и отдаваться ему без остатка. Иногда это тяжело. Эмоции бывают сильнее в сто раз и подолгу не отпускают. Здоровье вносит свои коррективы.

Все это тяжело и страшно”

UPD. “Совсем недавно я проводила своего близкого друга в последний путь. Мы жили в одном подъезде достаточно долгое время. Своя семья у меня отсутствует, родные умерли. Друзья живы, просто они никак меня не поддерживают и не помогают. В моей жизни все сложилось так, что, помимо книги, у меня больше ничего нет. Я не знаю, зачем об этом рассказываю именно здесь.

Просто…

Это действительно то, единственное, что у меня осталось.

А.К.

Май, тысяча девятьсот восемьдесят четвертый год

Черная “Волга” мчалась по дороге. На тонированных стеклах отражались мелькающие здания поселка и жители в летних одеждах.

– Ну что, мы уже приехали?! – воскликнул Долгожитель. Он держал на руках большой сверток и нетерпеливо посматривал по сторонам. – Я больше не намерен терпеть эту вонь в собственной машине!

– Спокойнее, господин, мы уже почти на месте. Неужели вы боитесь, что она ненароком оживет? – решил отшутиться водитель.