Китай. История страны - Рейн Крюгер

Приверженцы партии Дунлинь вновь заняли должности в государственном аппарате, но борьба между группировками не прекратилась. Экономика юго-восточной части страны переживала временный подъем, чему способствовала ликвидация прибрежного пиратства, позволившая возобновить торговлю с испанцами в Маниле, которая обеспечивала приток серебра. Однако на северо-западе суровая зима, последовавшая за сильной засухой, стала причиной неурожая и голода — многие семьи продавали в рабство женщин и детей, и в охваченных голодом областях даже отмечались случаи каннибализма. Ширилось восстание в центральных районах Китая, и в то же время (1629–1630 гг.) на территорию страны вновь вторглись маньчжуры. Они прорвались через Великую Китайскую стену и подошли к Пекину, но затем отступили, оставив тысячи трупов на подступах к городу. Через несколько месяцев они попытались укрепиться к югу от Великой Китайской стены, а через год предприняли новый набег, осадив китайскую крепость, защитники который были вынуждены употреблять в пищу лошадей и даже тела павших в бою товарищей.

В стране вспыхивали все новые восстания. На подавление бунта на севере Шаньдуна потребовался целый год, а восстания в центральной части охватили огромную территорию, от долины реки Вэй до Великой равнины и Янцзы. Правительственные войска, направленные на подавление бунтов, добивались лишь временных успехов. Восстания, засухи, повышающиеся налоги, сокращение притока серебра (которым выплачивались многие налоги), коррупция, постоянная смена министров вследствие фракционной борьбы при дворе — все эти факторы в сочетании с набегами маньчжуров создавали серьезную опасность для правящей династии.

В 1636 году вождь маньчжуров объявил себя императором новой династии, которую он назвал Цин. Покорив Корею, он направил все силы на завоевание Китая. Примерно в то же время среди лидеров восстаний внутри страны выдвинулись два человека. Один из них действовал на севере и в центре империи, а другой в южных провинциях; оба захватили множество городов и стремились свергнуть правящую династию. Тяжелое положение сложилось даже в провинциях, не охваченных восстанием. На южном побережье повышение налогов совпало со стихийными бедствиями — наводнениями, засухами, нашествиями саранчи, что привело к массовому голоду, обнищанию населения, детоубийствам, болезням и каннибализму. Налоговые поступления в казну сокращались — налогоплательщики покидали свои дома, арендаторы нападали на сборщиков налогов и землевладельцев, слуги бунтовали против хозяев, распространялся бандитизм, крестьяне занимались грабежами, чтобы не умереть от голода.

В 1642 году возобновились набеги маньчжуров, в рядах которых было много монголов и китайцев; они прошли рейдом к северу и востоку от Пекина, захватив девяносто четыре города, 360 тысяч пленных и богатую добычу. На сей раз они отступили в Маньчжурию, но перспективы династии Мин были безрадостными — орды маньчжуров и повстанцев осаждали императора со всех сторон. В апреле 1644 года один из отрядов мятежников встал у ворот столицы, и министры уговаривали императора бежать на юг, чтобы оттуда возглавить сопротивление. Он отказался, но в последний момент попытался спастись бегством, переодевшись в одежду евнуха. Эта попытка не удалась, и в полночь 24 апреля император поднялся на небольшой холм на территории дворца, вошел в домик, где располагалось одно из министерств, и повесился — чтобы, согласно китайским поверьям, вознестись в небеса на драконе. Так завершилась трехсотлетняя история империи Мин.

Глава 24. Китай в эпоху династии Мин

Как бы то ни было, династия Мин не исчезла окончательно. Она продолжала существовать еще почти двадцать лет в виде Южной Мин. После того как войска Цин (маньчжуров) захватили Пекин, территория Китая к югу от Хуанхэ превратилась в арену боев — племенной союз численностью не более миллиона человек стремился покорить (правда, с помощью монголов) стопятидесятимиллионный народ. На первом этапе завоеватели издали указ, не имевший аналогов в мировой истории и устанавливавший единообразие внешнего вида по всей огромной стране. Под страхом смертной казни каждый мужчина должен был демонстрировать лояльность к династии Цин — брить макушку, оставляя волосы на затылке, и носить маньчжурскую одежду.

Этот унизительный указ усилил сопротивление, но все было бесполезно. Войска династии Мин со всех сторон осаждали не только маньчжуры, но и разного рода мятежники, бандиты и авантюристы, которые нередко воевали друг с другом. Эти драматические события отмечены появлением героев и злодеев, массовыми убийствами и грабежами, редкими победами и частыми поражениями — в целом войска Мин безнадежно проигрывали из-за плохого взаимодействия между военачальниками, перехода солдат на сторону противника и отсутствия общей стратегии. Императорский двор, во главе которого поочередно становились несколько принцев, распадался в результате распрей, истощения государственной казны и постоянных переездов с востока на запад южной части страны.

Во время этих скитаний немецкий иезуит обратил в христианство нескольких членов императорской семьи; другой иезуит, поляк по национальности, был отправлен в Ватикан с посланием к папе, чтобы тот молился о реставрации династии Мин. Его святейшество ответил ободряющим письмом, которое, впрочем, принесло мало пользы — как и неоднократные обращения за помощью к Японии. Морские сражения у юго-восточного побережья страны были более успешными для династии Мин, чем военные действия на суше. Вторую морскую кампанию возглавил некто Чжэн Чэн-гун, сын известного пирата и контрабандиста, который оказывал отчаянное сопротивление маньчжурам на суше, а затем перешел на сторону противника. Чжэн выиграл несколько морских сражений, что дало ему смелость с флотом из двух тысяч кораблей и 200-тысячной армией начать наступление на Нанкин, но маньчжурские пехота и кавалерия обратили противника в бегство. После этого он высадился вместе со своей армией на малонаселенном острове Тайвань, где с 1624 года существовала колония голландской Ост-Индской компании. В результате девятимесячных боев голландцы были изгнаны с острова, но вскоре после этого Чжэн умер (хотя его семья правила этими землями еще двадцать лет).

Это произошло в 1662 году, и тогда же принц династии Мин по имени Юн-ли, двумя годами раньше бежавший в Бирму, где он заболел астмой и жил в бедности, был захвачен маньчжурами и казнен. Так закончилось действие мандата Неба, выданного династии Мин.

Тот факт, что династия Мин не выпускала мандат Неба из рук на протяжении почти трехсот лет, в значительной степени обусловлен рациональной организацией. Управление огромной империей, раскинувшейся на площади в полтора миллиона квадратных миль, представляло собой непростую задачу, которая, однако, облегчалась разделением страны на столичные округа вокруг Нанкина (столица до 1421 года) и Пекина (столица после 1421 года) и тринадцать провинций. Провинции, в свою очередь, делились на префектуры, а жизнью уездов и округов руководили управы. Учреждения местной администрации располагались в окруженных крепостными стенами городах, хотя лишь две столицы, разделенные на пять районов под управлением смотрителей, которые контролировали работу полиции и пожарных, имели городскую администрацию. Большая часть населения проживала в деревнях, вдали от органов власти («небо высоко, а император далеко»), и именно деревни, во главе которых стояли старосты, составляли основу системы управления страной.

Над всей этой структурой возвышался величественный Сын Неба, на аудиенции у которого все были обязаны соблюдать ритуал земных поклонов — опуститься на колени и девять раз склониться до земли. За 227 лет пребывания у власти, вплоть до эпохи Южной Мин в XVII веке, на троне сменились шестнадцать императоров — об их успехах и провалах, достоинствах и недостатках рассказывалось в двух предыдущих главах. Императоры династии Мин носили фамилию Чжу, но произносить личное имя живого императора было запрещено, и поэтому после занятия престола каждый из них выбирал себе тронное имя и соответствующий девиз — например, Чэн-дэ, или Истинная Добродетель, Чи-цин, или Достойное Восхищения Спокойствие, и так далее. К Сыну Неба запрещалось обращаться напрямую — только косвенно, или «с подножья ступенек» (помоста, на котором император располагался во время аудиенций). В разговоре его называли «Шан», что значит «высший». После смерти почившего императора удостаивали пышных титулов, таких как Безупречный в Искренности, Совершенный в Добродетели, Безупречный в Сыновнем Почтении и так далее.

Император мог иметь сколько угодно жен и наложниц, но только одна из них удостаивалась титула императрицы, причем довольно часто она лишалась этого титула, особенно если не могла родить сына. Ниже рангом были жены императора — их насчитывалось как минимум шесть, и они носили пышные титулы, такие как Благородная Супруга Императора или Супруга Для Благочестивых Услужений. Большинство обитательниц гарема происходили из незнатных семей, избежавших опасности, которую в прошлом представляли влиятельные кланы аристократии. Они попадали в гарем императора двумя путями: в подростковом возрасте по рекомендации местных властей как самые добродетельные, красивые и благовоспитанные девушки, а также в качестве подарков от правителей дружественных стран. Статус попадавших во дворец девушек был низок, но те, кто сумели понравиться императору, могли сделаться женой и даже императрицей, а их близкие родственники получали денежные пособия и титулы. После смерти императора безутешные наложницы следовали примеру тех, кто покончили жизнь самоубийством, когда умер основатель династии, но в 1464 году по завещанию императора Ин-цзуна такая практика была запрещена как нецивилизованная.