Ты чувствуешь мое сердце? - Юлия Ареева

выглядел очень хмуро. Со стороны они смотрелись как пара, и в другой день Кэрри непременно взволновал бы этот факт. Но сейчас внимание ее привлекла не столько фотография, сколько подпись под ней, которая гласила: «Скандал! Дерек Уинслоу напился и ударил свою пассию!».

- Черт… - невольно вырвалось у Кэролин. Она и не ожидала правдивости от желтой прессы, но какие это повлечет последствия…

- А я тебе говорил, - услышала она голос Линстреда над ухом. Подняв глаза, Кэрри встретилась с продюсером взглядом.

- Он меня не бил, - сказала она торопливо.

Мэнни закатил глаза.

- Допустим, так, - бросил он. – Честно, мне по барабану. Если тебе нравится с ним жить – ради Бога, твои проблемы. Но ты видишь, видишь теперь? Малейший публичный скандал – и что в результате? Как ты думаешь, какие последствия для имиджа группы будет иметь то, что солист – алкоголик, который бьет свою девушку?

- Я не его девушка, - возразила Кэролин, и Мэнни взорвался:

- Да мне плевать! Что ты теперь предлагаешь с этим делать?! Ты вертишь хвостом перед другими мужиками, а солист моей, черт побери, моей группы выставляет себя полным идиотом!

- Ну, так ему и предъявляйте! Я нянька ему, что ли? – выпалила Кэролин в ответ на не меньшей громкости, от чего продюсер слегка оторопел. – Хватит делать из меня козла отпущения! Я и так вожусь с ним день и ночь, что еще вам от меня нужно? Вы продюсер вашей группы, вы и решайте сами, что делать, а меня оставьте в покое!!

Глаза Кэролин застала красная пелена гнева, и Мэнни, видимо, почувствовав ее состояние, слегка отступил. В этот момент между ними возник Дерек, который, очевидно, услышал крики.

- Эй-эй, потише! – воскликнул он, вскидывая руки в примирительном жесте. – Что тут у вас происходит? Мэнни, какого черта ты орешь на нее?

- Она сама тебе расскажет! – рявкнул Линстред. – Заодно и придумаете, как выбираться из дерьма, в которое вы оба нас макнули!

Повернувшись, продюсер зашагал к студии, чуть не сбив по пути Стива и Сандру, которые тоже вышли на шум.

- Ребят, все нормально? – подал голос Стив. Кэролин не стала отвечать – ее еще слегка трясло от злости. Оттолкнув Дерека, она сбежала вниз по лестнице и выбежала наружу.

Оказавшись на улице, она слегка отдышалась. Гнев отступал, на глаза навернулись слезы. Почему, почему с ней это происходит? Кэролин казалось, что она ничем не владеет в собственной жизни, а за нее все вокруг решают, как поступить. Только виноватой потом оказывается она сама.

- Кэрри! – услышала она окрик. Это был, конечно, Дерек, который выбежал следом. – Кэрри, подожди!

Надо же, он бежит за ней. Прежде такого не случалось. Кэролин подняла взгляд, хотя меньше всего ей хотелось смотреть на Дерека.

Музыкант подбежал к ней и остановился, тяжело дыша.

- Что происходит, твою мать? – крикнул он. – Мне кто-нибудь здесь скажет, что…

- Дерек, не ори, - огрызнулась Кэролин. – И так уже вся улица смотрит на нас…

Как нельзя кстати, рядом показалось такси. Кэрри махнула рукой, и желтая машина тормознула возле молодых людей.

- Садись в машину, - бросила она Дереку, который, похоже, оторопел от ее тона. – Или можешь оставаться тут, а я поехала.

На этот раз Уинслоу не пришлось уговаривать. Он сел на заднее сиденье рядом с ней, и, едва машина рванула с места, прошипел:

- Какого хрена происходит?...

Вместо ответа Кэрри протянула ему свой смартфон. Дерек взглянул на экран, брови его сошлись на переносице. Быстро проглядев абсурдную по своему содержанию статейку, он сунул телефон обратно в руки Кэролин.

Некоторое время парень молчал, потом спросил, уже спокойнее:

- Мэнни из-за этого взбесился?

Кэролин молча кивнула. Дерек смотрел на нее некоторое время, потом отвел глаза.

- Это ничего, - услышала Кэрри его приглушенный голос. – Можно исправить. Нужно прокомментировать этот случай для прессы, только и всего…

Она ничего не ответила, глядя в окно на проносящиеся дома и автомобили. Кэролин хотелось многое ему высказать, но, вместе с тем, она не могла этого сделать. Как бы то ни было, она любила Дерека, и ей совершенно не хотелось мотать ему нервы. Лучше было успокоиться и изложить все в менее нервной обстановке.

Больше до самой квартиры никто из них не проронил ни слова. Переступив порог дома, Кэрри ощутила иррациональный страх – она знала, что все должно быть прибрано, но, тем не менее, боялась снова увидеть картину вчерашних разрушений.

Включив верхний свет, она огляделась. Анна действительно привела все в порядок, насколько это было возможно, но работы тут еще предстояло много. Не сдержав вздоха, Кэрри прошла в гостиную и плюхнулась на диван.

Дерек гремел на кухне посудой и через некоторое время вернулся, держа перед собой два запотевших квадратных стакана. Один он протянул Кэрри:

- Выпей, это джин с тоником. Я знаю, ты его любишь. – Видя, что она качает головой, он почти насильно всунул ей стакан в руку: - Пей, говорю! Тебе станет легче, увидишь. Тут совсем немного алкоголя.

Кэрри устала сопротивляться. Сделав пару глотков, она откинула голову на спинку дивана и закрыла глаза. Через минуту она обнаружила, что ей действительно стало немного легче.

- Надеюсь, ты на этом сегодня остановишься? – буркнула она, не глядя на Дерека, который сидел рядом с ней.

- Остановлюсь. – Он допил свой коктейль и поставил стакан на пол – столик-то был накануне разбит. – Кэр, я…

Дерек замолчал, и Кэролин подняла на него глаза. Он казался усталым, под глазами его залегли глубокие тени. Темные волосы были взъерошены и падали ему на лоб, и у Кэрри защемило сердце. Совершенно не думая о том, что делает, она протянула руку и убрала прядь, которая лезла ему в глаза.

Дерек вскинул на нее взгляд. Некоторое время оба молчали, потом он разомкнул губы:

- Кэр, извини меня за вчерашнее. За то, что было на вечеринке и потом тут… И за Мэнни. Я разберусь с ним.

Кэролин молчала, и Дерек снова заговорил:

- Ты злишься на меня? Знаю, злишься… Но… Я не хочу, чтобы ты уезжала. Я… привык работать с тобой.

Кэрри закусила губу. Конечно, зачем еще она может быть ему нужна? Только для работы, ведь без нее ему пришлось бы трудно. Сдержав слезы, которые навернулись на глаза, она