Сюрприз для двоих (СИ) - Стрекоза Наталья

Сын некоторое время рассказывал мне о том, как проходит поступление, я слушал с улыбкой. Было приятно услышать его голос. Я сказал ему, что отправил Машку с Данькой отдыхать, а потом признался, что сам в Питере и хочу к нему заехать. После чего выслушал очередное нравоучение, теперь от младшего звена Железновых. Какие все умные, ядовито подумал я.

- Пап, сегодня не получиться увидеться, - наконец, огорчил меня Кир. Отдыхай лучше. Завтра, ладно?

- Кирюх , если тебе не выйти...

- Пап, только не надо показывать, что мой родитель все может, - я даже по интонации почувствовал, как парень скривился. Я не хочу, чтобы меня воспринимали, как сынка богатенького папочки. Лучше отдохни с дороги.

Тьфу, на тебя. Я тут лечу к нему, а он, видите ли молодец! Только вот мне не легче от твоей гордости, не сейчас. Но спорить с сыном не стал. Завтра, так завтра. Главное, я уловил, он никуда не собирается.

- Завтра, так завтра, - согласился я вслух. Тогда созвонимся. А когда Кир отключился, я устало велел. В гостиницу.

Охрана с нескрываемым облегчением вздохнула. Они сами умотались носиться за мной, но такова их работа, потому радостные рожи стремительно превратились в каменные маски. Нас уже ждал один из моих людей, находившихся в Питере. Передо мной распахнули дверцу, и я уселся на заднее сиденье, сразу же прикрыв глаза. Пока ехали до гостиницы, где остановилась моя охрана, я успел даже задремать. Но бредовые видения быстро вывели меня из коматоза.

Заселившись, я сразу завалился на кровать, велев сообщать мне даже о мелочах. До позднего вечера я проспал, то проваливаясь в очередную бредовую реальность, то выныривая, чтобы выпить обезболивающего. Мои парни молчали, что давало понять об отсутствии происшествий. Потом позвонила Машка, сказать, что они долетели. Я уверил ее, что отдыхаю, что у нас все спокойно и хорошо. Поворковав немного, я поспешил отключиться, потому что Железнова начала задавать много вопросов, не желая принимать мои воркования. Негодяйка!

Как только телефон вернулся на соседнюю подушку, дверь моего номера распахнулась. На пороге стоял взмыленный Толик.

- Что?! я подскочил на кровати.

- Только что Серега звонил, Кирилла Дмитриевича пытались похитить, - ответил он.

Сорвавшись со своего временного ложа, я пронесся мимо Толика, едва не сбив его с ног. Лёня и Миша уже ждали меня в машине. «Ауди» сорвалась с места, взвизгнув колесами. Я слушал сбивчивый доклад по телефону, но так ничего и не понял. Наорав на всех, кто был под боком, я слил первую ярость, и уже не отвечал ни на какие звонки. Сейчас приеду и все узнаю.

Нас ждали на незнакомой мне улочке. Неприметный «Жигуленок » был зажат между второй «Ауди» и «Фордом» моих ребят. В «Жигуленке » находился мрачный Селезнев. Один из его подчиненных сидел на земле, зажимая рукой рану на голове, кто-то из моих одарил, не жалко. Второй сидел так же в «Жигулях».

- Где Кир? первым делом спросил я.

- Я здесь, пап, - сын вышел из «Форда». На первый взгляд он был спокоен, но бледность в свете сумерек и фонарей я ловил. Как уловил и растерянный взгляд.

Крепко стиснув Кирилла одной рукой, я прижал его голову к своему плечу, ероша волосы.

- Прости, сын, это было единственный раз. Больше ни один ублюдок не рыпнется ни на тебя, ни на маму с Данькой. Обещаю, - прошептал я. После отстранился, взял себя в руки и потребовал. Рассказывай.

Кир неожиданно всхлипнул, но уже через пару секунд вновь казался спокойным.

- Меня вызвали, сказали, что отец хочет меня видеть. А я же просил тебя, - он виновато взглянул на меня. Я еще разозлился, подумал, что тебе плевать на мои просьбы. Вышел, а там эти. Они меня в машину и по газам. А потом другие появились. Эти, - он кивнул на «Ауди», - сзади ехали. Главный, - кивок на Селезнева, - сказал, что мне шею свернет, если уйти не получится, и что мой папаша кровью умоется, раз такой принципиальный. Он сказал, что ему терять нечего. А потом «Форд» выскочил, и «Жигуль» в него чуть не въехал. Мужик с пробитой башкой за меня схватился, но твои дверь распахнули, и его от меня оторвали. А потом тебя ждали. Все.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я молча потрепал сына по плечу, боясь, что сорвусь, если открою рот. Затем подошел к «Жигулям» и открыл дверцу. Какое-то время разглядывал Селезнева, очень жалея, что сейчас у меня всего одна здоровая рука. Впрочем

- Вытащить, - глухо велел я.

Лёня вырвал эту гнилую репку с ее грядки и поставил передо мной. Мой кулак врезался в челюсть Селезнева. Он покачнулся, но устоял. К черту благородство! Следующий удар пришелся в Селезневское барахло, добив его дурной башкой об колено, я отошел в сторону и выдохнул, сплюнув на корчившегося бывшего почти друга.

- Нечего терять, ублюдок? срывающимся голосом спросил я. Теперь, действительно, нечего

- Железнов - просипел Селезнев. Теперь

- Упакуйте их, - велел я своим людям. Полицию вызвали? Толик кивнул.

- Репортеры тоже будут, - добавил он.

- Отлично. После набрал Леху, я коротко приказал. Запускай, как только пройдет репортаж о попытке похищения.

- Понял, шеф, - ответил Алексей.

Я присел перед бывшим партнером.

- Ну и чего ты добился? Дело о похищении на тебе, дело о покушении на твоей приемной дочурке. Твоя жена через час узнает, кто убил ее мужа. Родня ее мужа тоже об этом узнает. Долго протянешь в тюрьме? Если веришь, что кто-то будет за тебя хлопотать, ошибаешься. Через час на тебя всем будет наплевать. И ты не хуже меня знаешь, что твой покровитель забудет твое имя, как только на тебя выльется все это дерьмо. Селезнев заскрежетал зубами. Лильке психушка, тебе тут я даже не берусь сказать, уж больно криминальные родственники у твоего покойного друга. А о передачках от любимой женщины, думаю, можешь просто забыть.

- Чтоб ты сдох, - глухо отозвался он.

Я проигнорировал его пожелание. Тем более, в этот момент завыла полицейская сирена, улица озарилась мигалками. Следом подлетела машина с маркировкой одного из Питерских каналов. Селезнева и его охрану увезли, мы с Киром и мои ребята давали показания. Репортеры все аккуратно снимали. А через час, как я и обещал, новость о том, как один крупный бизнесмен пытался похитить сына другого крупного бизнесмена, чтобы прикрыть дело о покушении на того же бизнесмена, вышла в эфир. Ее подхватили другие каналы, а вслед за этим промчался материал о старом деле об убийстве.

Грязи было много, но мое имя, как и наши с Киром лица остались в тени, за этим я тщательно следил. Так что, вымарался только Селезнев, лишившийся в одночасье всех своих связей. А через неделю мне сообщили, что мой бывший партнер не выдержал обвинений и повесился в камере. Не удивлюсь, если не сам. Говорят, его жена даже не появилась на скромных похоронах. Лильку взяли под свое покровительство родственники ее родного отца. Ее больная любовь ко мне захлебнулась в воспоминаниях из детства, накрывших девчонку, как только она услышала новости. После суда, где ее защищал неплохой адвокат, Лиля попала в психиатрическую больницу, где, стараниями все тех же родственников, ее голову подлатали. В общем-то, на этом и закончилась вся эта канитель со старыми историями и шантажом.

А через неделю, как только Кир поступил, я все-таки воспользовался своим влиянием, забрал его на десять дней, и мы рванули к нашей маме и Даньке.

Эпилог

- Железнов, ты сволочь! я умыла лицо холодной водой, подавив очередной спазм. Ты слышишь?

- Светлячок, ну чего ты? муж посмотрел глазами невинного ребенка.

- Ты! Сволочь! мой палец уткнулся ему в грудь, когда меня вновь скрутило.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Машуль , ну что же ты так? он поддержал меня, склонившуюся над умывальником. Может врача?

- Давай своего коновала, - я устало выдохнула и уселась на пол в ванной. Сил больше нет никаких.

- Машк , я сейчас. Пока я вновь умывала лицо, он убежал в комнату, из которой раздался грозный рык. О, да, такого Железнова боятся многие, а за последние три года, что он вернулся в родной город, кажется, уже полгорода успело с ним и перезнакомиться, и забояться.