Вкус вампира - Андрей Белянин

Мятный вампир, доведённый до отчаяния, становится очень опасным противником, практически непобедимым в ближнем бою. Видимо, Славик хорошо это понимал, сознательно уклоняясь от нападающей девушки беготнёй по кругу. Через десять минут стало ясно, что Ева долго такого ритма не выдержит. Охотница разумно притворилась уставшей и при первой же попытке ответного нападения шакала поймала его на бросок с упором ноги в живот. Противник пролетел пару метров, приземлившись ровненько на три факела! Дикий визг огласил стены старого Кремля… Но прежде чем чиновник дал приказ схватить вышедшего за периметр круга, трансвестит успел нырнуть обратно. Два факела установили на место, третий, переломившийся, трогать не стали… Мятному вампиру не оставалось ничего, кроме последней драки за свою никчёмную жизнь. Я невольно вздрогнул, когда он бросился на Еву, ревя от боли и ненависти! Охотницу отшвырнуло в сторону, она здорово ударилась спиной о землю…

Роли поменялись. Теперь уже воспрянувший Славик гонял по кругу слабеющую от ударов Еву. Как помните, сила вампира в любом случае превышает человеческую… Что-то кричали Гончие, бесновались стервятники, Барон упоённо вытирал платочком лысую голову, а я молча смотрел, как падает та, что несколько часов назад таяла в моих объятиях от неуправляемой любви… Ева ничком рухнула на то самое место, где валялся недавно Славик. С трудом попыталась встать на четвереньки, но не смогла, кое-как повернулась на спину, встречая смерть глаза в глаза…

– Я убью тебя… О, как давно я хотел убить тебя! – Негодяй отошёл на пару шагов для разбега. – Я заберу твою жизнь и выпью твою кровь! Что скажешь, девочка?!

– Не все псы попадают в рай… – хрипло выдохнула охотница, резко выбрасывая правую руку вперёд. Тело Славика-Ирэны накрыло её с головой. Раздался противный хруст. Мятный вампир даже не успел охнуть – меж лопаток шакала торчал высунувшийся обломок сломанного факела…

Вопреки устоявшемуся мнению, труп вампира, пронзённого осиновым колом, не рассыпается пеплом в ту же минуту. Просто с наступлением «физической» смерти труп начинает разлагаться втрое быстрее, утреннее солнце сожжёт его за несколько минут. Останки мятного стервятника без сантиментов оттащили в сторону, выбросив, как отслужившее тряпьё. Барон даже бровью не повёл, глядя на гибель своего верного прислужника.

На пару минут все присутствующие загорелись спором – правомочно ли было использование чужеродного предмета в качестве оружия? По идее, бойцы имели право использовать лишь то, что имели (простите за тавтологию), но, с другой стороны, охотнице никто ничего специально не подбрасывал. А любой предмет, оказавшийся в круге волей Случая, Судьбы или Рока, вполне мог быть применён обеими сторонами для достижения своих целей. В самом деле, если уж доходить до абсурда, удар о землю, повлёкший за собой гибель противника, тоже может считаться незаконным… Но кто же отберёт у соперников землю под ногами?

– В любом случае исход спора будет определён после второго поединка, – вынес соломоново решение административный чин. – Если победит Титовский, то все претензии к его спутнице снимаются. Если же удача будет на стороне Барона, то… вряд ли кто рискнёт за неё заступиться.

В принципе это удовлетворило всех. Я передал отдышавшуюся охотницу под опеку «кондора»:

– Ничего не бойся. Я постараюсь управиться побыстрей.

В ответ она только вскинула на меня свои бездонные глаза, молчаливо благословляя на битву.

В моей душе не было и тени сомнений. Как, впрочем, и любых иных чувств, вроде ненависти, ярости, презрения или гнева… Нет, совсем не холодное равнодушие, а какая-то удивительная умиротворённость, схожая с недвижимой гладью горного озера в безветренную погоду. Я был равно готов как к жизни, так и к смерти, не строил планов, не отрабатывал тактику, не выискивал возможные слабости противника. Всё это на данный момент не казалось важным, более того – хоть сколько-нибудь заслуживающим внимания…

Я снял рубашку, шагнул в круг и встал у столба, заслоняя спиной Сабрину.

– Ты обещал мне…

– Да.

Барон медленно сполз с кресла на землю, насмешливо оглядел присутствующих и вдруг, одним неуловимым движением, швырнул это кресло в меня. Я не пытался уклониться. Под изумлённые возгласы вампиров и Гончих просто смял его в компактный ком и небрежно катнул обратно. Постное лицо Барона не изменилось, но по тому, как затрепетали ноздри его мятных рабов, я понял, ЧТО они почуяли… Страх! Запах дикого, животного страха исходил от непоколебимого владыки, и та же Динка первой в предвкушении крови облизала сухие губы… Он проиграл ещё до схватки.

– Что встали, твари?! Хватайте его! – бешено завизжал Барон, раздавая оплеухи направо-налево. Мятные шакалы шарахнулись в стороны, но не ушли, а, огрызаясь, начали показывать зубы.

– Он – мой! – громко напомнил я. Желающих спорить с Правом Сильного не нашлось.

Под уничижительными взглядами присутствующих Барон нервно шагнул в круг, затравленно бормоча:

– Вы ничего не поняли… всё должно быть не так… Он же урод! Он не настоящий вампир, он не может… Вы должны подчиняться мне! У меня цель… вы – глупцы! Вам не позволят так со мной…

– Дерись. Или умрёшь без боя. – Я шагнул навстречу.

Барон отступал по кругу:

– Титовский, но это глупо! Я отпущу её, и мы трое будем держать в кулаке весь город. Подожди… послушай…

Он резко бросился вперёд, прыгнув к столбу и сжав когтями нежное горло Сабрины.

– Ещё только шаг и она…

Я на секунду прикрыл глаза – неведомая доселе Сила билась в моих жилах в поисках выхода. Сабрина заметно побледнела, люди и вампиры затаили дыхание, а взгляд Барона был просто безумным от ужаса. Миг – и его руки беспомощно рухнули вниз! Ещё одно усилие, и я остановлю его сердце…

– Ха! Ё…ма в затворе с дыркой! А вот и о…ма с в…ма, на к…ма… – не ждали?!

Едва ли не из-под земли вылезла мелкорослая фигурка бравого офицера. Енот появился как всегда не вовремя…

– А ну, лапы прочь, х…ма, от моих друзей! И всем – смирна! А не то…

Из-за его спины выросло нечто совершенно жуткое. Грузинский царь Вахтанг Шестой, покоящийся в склепе Успенского собора, ещё при жизни отличался горячим нравом, а уж после смерти… Ходили слухи не об одном несчастном, загнанном им в сумасшедший дом грозным требованием «вернуть голову». Посторонних привидений на своей территории Вахтанг просто не терпел, а на людей был зол без разбору. Сверхзадачей Капрала было довести его до белого каления и в нужный момент спустить на врага. Всё так и произошло, только момент был выбран, мягко говоря, ненужный…