Обитель отверженных магов (СИ) - Кели Яна

Под дых ударил гнетущий блеск кристальных звезд – лучшая среди молодых эсперов тоже тут. Как всегда собранная, с ровной спиной, Оля шла впереди. Ее взгляд сразу упал на Аю, хоть синие глаза ничего не выражали. По инерции или чутью бывшие однокурсницы примечали друг друга.

Группа курсантов перестала общаться, все уставились на магов в серых куртках.

– А вы тут зачем? – на наглую физиономию Блада натянулась маска профессиональной вежливости, но высокомерие в голосе он скрывать не стал. – Все уже закончено.

А вот Дельфиния даже не пыталась играть в приличия:

– Что с лицом, Хренолиск?

Ая решила игнорировать девушку, которая тем временем уже разглядела ее с ног до головы и, остановившись на обуви, захихикала:

– Из помойной ямы что ли вылезла?

Уродливое создание, копошащееся в навозе. В текущем виде с синяками, вымазанными кроссовками и кофтой, полной соломы, Ая как никогда подходила под определение въевшейся до тошноты клички.

– Иногда преступников можно достать и там, – Василиск зачем-то решил подать голос.

Дельфиния прыснула, но голос стал какой-то раздраженный, будто разозлилась:

– Да, я вижу. Грязные маги, можете снова прятаться в свою дыру.

– Фин, – холодно бросила Оля, словно скомандовала соратнице остановиться.

Но этого и не требовалось. Лицо брюнетки утратило уверенность, когда голова Жана медленно повернулась.

Самый высокий среди всех с мощными плечами, парень выглядел действительно внушительно. Эспер осматривал Дельфинию, словно бывалая псина, лениво обнюхивающая брошенный мяч: есть ли в этой добыче хоть что-то съедобное? Но, судя по лицу, Жан не учуял ничего интересного.

Курсантка чуть ступила назад к Бладу, который растерянно смотрел на парня. А Оля, казалось, сохраняла равнодушие, но руки напряглись.

В воцарившейся тишине явственно послышалось, как Жан небрежно выпустил воздух из ноздрей. Псина звякнула цепью, курсантам достаточно было пискнуть, чтобы проверить ее длину.

Ае стало интересно: как бы Дельфиния повела себя, реши старший преподать урок? Не далеко ушла от своего бывшего в манерах. Сам же Кай теперь смотрел куда-то в сторону, будто его разговор не касался, будто он – не на этой стороне, не с этими «грязными магами».

«Изгои среди изгоев, как иронично» – подумала Ая и скрестила руки.

– А вы куда уходите? – сказала она, повторяя манеру Блада. – Ведь все еще там.

Губы златозвездного парня дернулись – она угадала. Даже таких блистательных на вид курсантов самих не жаловали, ведь они были эсперами. Уж Ая знала, как относятся к одаренным другие: вынужденная мера, нужно потерпеть. Их не желали видеть, а потому отправили восвояси, как только в способностях пропала необходимость.

– У всех свои задачи, по понятным причинам не можем посвятить вас, – спокойно ответила Оля.

Вдруг громко вступила Наиль:

– Ну и мы просвещать не собираемся!

– Конечно, – курсантка лишь мимолетно задержалась взглядом на девушке, а потом повернулась к своим. – Идем.

– Удачно постоять, коллеги, – Блад кивнул, пытаясь держать ту же маску, но улыбки уже не было.

Его взгляд задержался на Кае, и появилось какое-то напряжение, словно опасался, совсем не то снисходительное выражение, как на складе. Ая не поняла перемены: это из-за окружения Кая или что-то еще? Отношения парней были полны странностей.

Но Блад прав, курсанты уходили с места, где что-то происходило. Они хотя бы были там, а «детишки» в серых куртках – просто стояли. Несмотря на браваду о поиске преступников, Ая позволила себе беспомощно съехать вниз по стене, как только однокурсники скрылись.

– Чванливые уроды! – Наиль, похоже, разозлилась. – Не зря их не любишь.

Ая сперва подумала, что речь о ней, но эсперка обращалась к подруге. Лишь одного взгляда на тонкую девушку с длинными темными волосами хватило, чтобы понять: Наиль ошибалась. Хоть Линда и молчала, она не просто не жаловала служителей закона – все хуже, гораздо хуже. Глаза были полны колкой глубокой ненависти, вряд ли кому-то захотелось бы попасть девушке под ноги в этот момент.

Этот взгляд был знаком Ае. Полицию действительно не любили. Особенно те, кто переходил рамки, а потом за это платил. И чем дороже обходилась выходка, тем явственнее ненависть.

Преступники, отверженные обществом эсперы. Те, кто по эту сторону. И Ая с ними.

Она вздохнула. Не хотелось быть такой. Всей душой стремилась лишь служить, принести пользу – в чем же ее вина? Почему она разучилась прыгать?

Пусть ненавидят, презирают, но в погонах, подумала Ая и схватила волнение за горло. Нужно выбираться, вытягивать ноги из грязи, найти ветку и потянуть за нее. Хоть зубами!

Мысль наконец проклюнулась: кругом полиция, союзники, только подойти! Только что сказать? Про дела Левина в порту? Но его там не было. А те парни успели прибрать, если не дураки. Но что-то ведь у них было, что-то важное…

Влажная земля под ногами заискрилась, выбивая из мрака. Старые здания потеплели, словно прибавили яркости. В небе, между толстыми боками облаков, показалась прогалина, выпускающая лучи весеннего солнца.

«Нужно выбираться» – еще тверже решила Ая и встала.

Жан лениво прикрыл глаза под выглянувшими лучами. Линда все еще думала о чем-то своем. Наиль почему-то снова болтала с Каем, будто друзья – но об этом не было времени думать. Ая никого не волновала, и это отлично.

Быть незаметной. Это она умела.

Медленно, ковыряя рыхлый кирпич, она подобралась к повороту. Выглянула, наблюдая: просто интерес, ничего такого. Будет удачный момент, пройдет мимо группка сотрудников, и Ая увяжется за ними. Никто даже не заметит, никому не будет до нее дела. Как обычно. Надо только дождаться…

Но на унылой площадке среди законников появилось кое-что новое. Яркое пятно, отсвет брильянта среди хлама. Россыпь русых волос не слушалась, полы нежно-голубого пальто взволнованно трепыхались. Иван шел мимо полицейских по расчерченному утренним светом пути.

Ая и забыла, что можно его искать. Ждать, предчувствовать, выделять среди толпы, а когда найдет, радоваться, представляя улыбку, тепло в глазах, трепет! Как когда разворачиваешь мягкую кожицу мандарина, заранее рисуешь, как вместе с ароматом, уже проникающим в ноздри, сок заискрится на языке…

Сердце забилось чаще, не думая Ая двинулась в сторону цели.

Что-то тут же потянуло за куртку обратно. Зацепилась за поросль у стены? Или кто-то держал? Возможно, кто-то там сзади сдавленно звал, может быть, даже рычал, словно плохо выдрессированная моська, вцепившаяся в тапок. Но Ая не слышала. С силой дернула и, даже не оборачиваясь, выпорхнула на открытое пространство.

Должно быть, это было резко: несколько полицейских повернули головы. Ая бежала по раздробленной дороге, опасаясь не успеть, но Иван остановился.

– Учитель… – выдохнула она, подлетев. Капюшон свалился, волосы из хвоста беспорядочно разметались по плечам.

Иван поднял глаза. Это был человек на задании, сконцентрированный, но все же промелькнуло что-то, похожее на желание добродушно улыбнуться, как он делал обычно. Лишь порыв. Он был рад ее видеть, просто не та обстановка, неподходящее время – Ае хотелось в это верить.

Какой-то другой законник уже подошел, наверняка, чтобы спровадить незваную гостью подальше. Но Иван махнул, мол, все в порядке.

– Ая, ты… – он обратился взглядом в здание, где скрылись морионы. – А, понимаю.

Учитель четко связывал ее с ними. Конечно, думала Ая, наверняка специально к ним отправил, попросил дать задание. Просто не мог сказать.

Удачно вспомнилась ложь, придуманная для капитана:

– Я хотела поблагодарить вас, – Ая обернулась, подыскивая уединенное место.

Она думала, Иван тут же воодушевится, но он странно вглядывался в нее.

Ая заправила непослушную прядь за ухо и запрятала сомнения подальше: как бы учитель себя ни вел, сине-зеленые глаза напоминали о лете. Даже сейчас при этой застывшей маске.

– Можем поговорить?