Магия объединяет (ЛП) - Эндрюс Илона

Я махнула «Сарратом». Страж чумы упорхнул, словно сотканный из воздуха.

Кровавая броня на моих руках почернела. От нее начали откалываться кусочки.

Я вонзила «Саррат» в грудь стража чумы и отступила. С лезвия стекала мерзкая слизь. Существо выглядело ничуть не хуже. Я нанесла недостаточно урона.

Кэрран приземлился на стража чумы и сомкнул руки на плечах существа. Страж чумы взвизгнул. Руки Кэррана покрылись волдырями. Он взревел и разорвал существо пополам. Куски тела чумного разлетелись в стороны.

Первый труп восстанавливался.

— Кэрран! — закричала я, указывая мечом.

Он развернулся. Первый страж чумы поднимался, как зомби из фильма ужасов.

Белая тигрица приземлилась рядом с нами. Дали открыла пасть и зарычала. От нее исходила магия, окатывая меня, как ледяная струя чистой воды. Куски стражей чумы поднялись вверх, тая, словно их поглотил сам воздух.

Она очистила их. Ого!

Я упала на землю рядом с Мэхоном. Медведь превратился в человека. Кожа на его торсе отсутствовала. Его руки и лицо были покрыты нарывами. О Боже. О Боже мой.

Кэрран, все еще в форме воина, опустился на колени и баюкал умирающего.

Мэхон увидел его. Его губы дрожали. Он пытался что-то сказать.

— Лучший… сын. Лучший… который когда-либо мог быть.

— Заткнись, — сказал ему Кэрран. — Ты не умираешь.

— Лучший… — прошептал Мэхон.

Насрин опустилась на колени рядом с Мэхоном, повторяя заклинание.

Кэрран поднялся. Его взгляд остановился на колеснице моего отца.

Отец должен был умереть.

— Мы его прикончим! — закричала я ему.

Он уставился на меня своими глазами цвета чистого золота.

— Я на своей земле. Здесь я самая сильная. Мы можем покончить с этим сейчас!

Бледный свет скользнул по его телу. Он упал на четвереньки, становясь все больше. Все следы человечности исчезли. Остался только лев, самый большой лев, которого я когда-либо видела, сотканный из кости, плоти и магии. Он не был человеком. Он не был животным. Он был силой, существом, чем-то, что было за пределами понимания человеческих пасынков природы.

Я схватила Кэррана за гриву и запрыгнула ему на спину. Он даже не заметил. Он помчался через поле боя к колеснице и моему отцу в ней. Мы ворвались в рукопашную схватку, как пушечное ядро. Он рвал и кусал. Я рубила и кромсала, и мы прокладывали себе путь сквозь тела, сквозь плоть и кровь, все ближе и ближе к моему отцу.

Тот обернулся.

Он увидел, как мы приближаемся.

Наши взгляды встретились.

Кэрран прыгнул, проносясь над толпой людей. Я подняла «Саррат». Мы закончим это здесь.

Отец увидел обещание смерти в моих глазах. В тот мимолетный миг он понял, что я знала, что мы связаны, и мне было все равно.

Мы приземлились в пустую колесницу. Отец исчез.

Кэрран взревел. Я зажала уши руками, когда колесница подо мной затряслась.

Он спрыгнул с колесницы и помчался по полю боя, и я бушевала вместе с ним, пока не осталось никого, кого можно было бы убить.

ЭПИЛОГ

— ЧТО В этой цветочной короне? — Фиона понюхала воздух.

— Странно пахнет, не так ли? — сказала Андреа.

— Хорошие вещи, — ответила ей Евдокия.

— Она поблагодарит нас позже. — Сиенна подмигнула мне.

Я стояла в огромном шатре, установленном в лесу площадью пятьсот акров, пока Фиона, Андреа и Джули наносили последние штрихи на мой свадебный наряд. Опустилась ночь, магия была в самом разгаре, и шатер освещали яркие золотые шары, которые где-то раздобыл и установил Роман. Свет был теплым и жизнерадостным, в шатре пахло жимолостью, и все мои друзья были здесь. По какой-то странной причине я чувствовала полный ужас.

Три пифии пришли, чтобы принести цветочную корону, сплетенную из прекрасных белых цветов, похожих на крошечные тюльпаны с заостренными лепестками, и так и остались. Дали пришла за чем-то и тоже не ушла. Десандра принесла фрукты и устроилась в углу. Адора тихо сидела у входа. У меня было ощущение, что она решила охранять. Мартина, мать Асканио, жевала пирожные рядом с ней.

Полог шатра открылся, и вошла Марта, а за ней Джордж.

Позади нее взревел голос Мэхона.

— Я буду сидр, если мне будет чертовски угодно.

Марта вздохнула.

— Мужчина в инвалидном кресле. Он похудел вдвое. Он лысый, как бильярдный шар, и все, что ему нужно — это сидр.

— Пусть папа выпьет сидр, — сказала Джордж. — Он это заслужил.

— Сегодня вечером ему будет плохо, попомни мои слова.

Джордж ухмыльнулась.

— Вот, Кейт, мы принесли тебе бокал вина. Для храбрости.

С момента битвы прошло всего три дня. Я предлагала отложить свадьбу, но Кэрран настоял.

Марта подошла ко мне и погладила по щеке.

— Ты прекрасно выглядишь. Мальчик понятия не имеет, как ему повезло.

— Простите. Нам следовало подождать.

— Нет. — Что-то горячее и злое мелькнуло в глазах пожилой женщины. — Не смей сожалеть. Этот человек, возможно, чуть не отнял у меня мужа, но он не лишит радости свадьбу моего сына. Мы празднуем. Этого хочет Мэхон, и этого хочу я.

В шатре воцарилась тишина.

— Ладно! — сказала Джордж. — Теперь, когда мама перестала пугать, держи твое вино.

— Красное вино? — Фиона покосилась на бокал. — Кейт, если ты прольешь вино на себя, тебя похоронят в этом платье.

— Возможно, вино — не самая лучшая идея, — сказала Джордж.

Это была отличная идея. Я приняла вино и осушила бокал.

Дамы захихикали. Ровена проскользнула в палатку и улыбнулась мне.

Джули промокнула мне рот салфеткой.

— Теперь нам нужно заново накрасить губы.

— Вы все прекратите? — прорычала я.

— Заткнись, — сказала Андреа. — Мы еще не закончили тебя приукрашивать.

— Я и так достаточно хорошенькая.

— Да, да, это так. Ты самая красивая. Теперь стой спокойно, чтобы я могла подправить твою помаду.

— Постарайся не упасть в обморок, — сказала Десандра. — Я чуть не упала в обморок на своей свадьбе. Правда, это была отвратительная свадьба, но все же.

— Что будет, если он появится? — спросила Джули.

В шатре воцарилась тишина.

— Он этого не сделает, — сказала я. — Но если он это сделает, я с этим разберусь.

— Вот так. — Андреа отступила. — Идеально.

— У нее есть все необходимое? — спросила Джордж. — Что-нибудь старое, что-нибудь новое…

— Платье новое, — сказала Фиона.

— Что-то голубое. — Сиенна указала на одинокий голубой цветок в моей короне.

— Что-то старое. — Я дотронулась до кулона у себя на шее. Марта улыбнулась мне.

— Что-то позаимствованное? — Андреа огляделась.

Ровена отстегнула от своего платья маленькую янтарную брошь и протянула ее мне.

— Вот, можешь одолжить ее.

— Тук-тук, — сказал Асканио снаружи шатра. — Все одеты?

— Да, — сказала ему Мартина.

— Это позор. — Он просунул голову внутрь. — О, привет, мам.

Она закатила глаза.

— Все готовы. Также Кэрран говорит, что если ты хочешь сбежать, время еще есть.

— Она не хочет сбегать! — сказала Фиона. — Она хочет продемонстрировать свое платье.

— Роман говорит, чтобы вы вышли и заняли свои места.

— Хорошо, хорошо, мы идем. — Десандра встала. — Скажи ему, чтобы не снимал свои черные трусики.

Асканио покосился на меня.

— Альфа, ты великолепна.

— Уходи, — сказала ему Мартина.

Все вышли из шатра одна за другой. Остались только пифии.

— Мальчик прав, — сказала тетя рядом со мной. — Из тебя получилась сносная невеста. Чудо из чудес.

— Спасибо.

Три ведьмы уставились на Эрру, стоявшую рядом со мной. Я отвела ее к ним после битвы. Мы немного поговорили. Были составлены планы. Кэррану бы они не понравились, но иногда самым трудным выбором был правильный.

— Мы поговорили с нашими людьми, — сказала Евдокия.

— То, что ты предположила, возможно, — сказала Сиенна.

— Нам понадобится проводник, — добавила Мария.

— Тогда найдите такого, — сказала Эрра. — Она и так делает достаточно.