Когда землю укроет снег - Татьяна Юрьевна Серганова

руке. Как же мне хотелось коснуться его, прижаться всем телом, но я боялась, что каким-нибудь неосторожным движением причиню ему еще большую боль. На нем же живого места нет. Поэтому и стояла, едва сдерживая слезы, и просто смотрела.

— Привет, — улыбнулся он, а взгляд стал таким теплым и ласковым, что у меня перехватило дыхание.

— Привет… Ты… живой… Как ты? — я так и не смогла подобрать слов, чтобы передать те чувства, что бушевали внутри. Все слова казались пустыми, глупыми и совсем ненужными. — Очень больно?

— Не очень.

Улыбка все еще не сходила с его лица, когда, медленно подавшись вперед, барс коснулся пальцами моей щеки, нежно провел ладонью, обрисовывая контур лица, после обхватил шею и неожиданно сильно, но мягко притянул к себе.

Это был не поцелуй, лишь мимолетное прикосновение губ. Но неловкость и страх исчезли, оставив лишь тепло и щемящую нежность, воскрешая события прошлой ночи, когда между нами не было недомолвок и ненужных слов. Лишь только мы двое и чарующая магия сумрака.

Замерли, соприкоснувшись лбами, и молчали, наслаждаясь таким необходимым мгновением покоя и счастья. И просто осознанием, что живы… что вместе.

— Эй, — шепнул мужчина, ласково целуя в висок. — Все закончилось. Я жив и почти здоров.

— Ты мог погибнуть.

— Не мог. Только не сейчас, когда мне впервые есть ради кого жить… Узнала о брате? — выпрямляясь, спросил он.

— Одичавший с таким именем в Долину не приходил, — вздохнув, ответила ему. Его последние слова эхом звучали в неожиданно пустой голове. — Я оставила сообщения. Остается надеяться, что Джек живет здесь под чужим именем.

Мне о многом хотелось его расспросить. Узнать, что именно он чувствует, даже, может, рассказать о своих чувствах. Но не здесь и не сейчас.

— Ты все правильно сделала. Как только что-нибудь будет известно, нам сообщат.

— Мам? — к нам приблизился Киан и привычно прижался, обхватывая ручками. — Дядя Ирбис, ты что, подрался, да?

— Привет, солнышко. Чуть-чуть, — усмехнулся он и подмигнул малышу, после чего слегка щелкнул его по курносому носу. — Но я выиграл. И теперь у меня есть настоящие шрамы. Хочешь, потом покажу?

— А можно? Но надо повязку сделать. Моя мама хорошо это делает. Да, мама?

— Да, солнышко.

— Сделаешь дяде Ирбису? А то ему больно.

— Хорошо, — улыбнулась сыну.

Странное ощущение. Сейчас, когда мы стояли втроем, меня не покидало чувство единения. Словно мы самая настоящая семья.

— Твоя мама все делает хорошо, — ответил барс, вновь переводя на меня взгляд лукавых глаз. — По-другому она просто не умеет.

Но хорошее имеет свойство когда-нибудь заканчиваться.

— Простите, что прерываю вашу идиллию, но вынужден распрощаться, — вмешался Дар. Издевательских ноток в его голосе не заметил бы разве что глухой. — Снежный, спасибо за службу.

— Я у вас не служу, — парировал тот, слегка скривившись. — И сделал только то, что было нужно. И что требовал долг.

— Но Коротова ты хорошо дожал и остановиться в последний момент смог. А в пылу поединка не каждый на подобное способен.

— Поэтому вы меня и выбрали. Не так ли? Потому что я сначала думаю, а потом делаю. Вы обещали нам карету. — Я видела, что Ирбису неприятен и этот разговор, и сам собеседник.

— Возьмите эту, — следователь кивнул на ту, на которой мы приехали. — Когда отправитесь в путь?

— Как можно быстрее.

— Но тебе надо отдохнуть, залечить раны, — вмешалась я в их разговор. — Может, лучше перенести отъезд на завтра?

Как ни тяжело мне было находиться в этом доме, но сейчас я больше думала о состоянии Снежного. С такими ранами поездка будет очень болезненной даже на мягком сиденье кареты. Любые ямы и выбоины могут причинить страшную боль. А мне еще нельзя магичить, и помочь я ему не смогу. Остаются только зелья.

Напомнила себе, что перед сном надо принять новую порцию настойки. Пропускать лечение мне никак нельзя.

— Ваша луана дело говорит.

— Нам надо возвращаться. И так сильно задержались, — покачал головой Снежный. — Как только вещи погрузят, мы двинемся в путь.

— Я могу выделить сопровождающих, — не унимался следователь, становясь до неприличия назойливым.

— Не стоит. Мы и сами справимся. Тем более что здесь, на землях перевертышей, нам ничего не угрожает.

— Ты уверен? — уточнила я.

— Да, нам пора возвращаться домой.

Домой… Да, действительно, нам пора было отправляться домой. Туда, где мы будем жить, где будет расти и взрослеть Киан. Впереди нас ждали Долина и будущее, которое непременно будет счастливым. Я сделаю для этого все, и даже больше.

Часть третья

Будущее

Глава 1

Путь домой

Завтра мы должны прибыть в замок лорда Севера.

По крайней мере, так сказал Ирбис. Не доверять ему причин не было. Но все равно я еще не могла до конца поверить, что наше путешествие подходит к концу. За эти две с половиной недели мы столько всего пережили, страдали, рисковали всем, и тут вдруг оказывается, что все должно закончиться.

Чуть больше двух недель. А такое ощущение, что прошла пара лет. Словно та жизнь в Заречье была не моей… Кто мог подумать тогда, что все так обернется. Что спасение раненого лисенка навсегда изменит мой личный мир. Откроет тайны, о которых я даже не подозревала. Даст способности, о которых даже мечтать не смела. И мужчину, без которого уже не представляла своего будущего.

Ирбис Снежный — свирепый перевертыш, с добрым сердцем и удивительно мягкой улыбкой, от которой моя душа словно делала кульбит в груди. Мой смелый и решительный барс. С пронзительными серыми глазами, что в момент наивысшего наслаждения становились похожими на расплавленное серебро, которое обволакивало мою душу.

Перевернувшись на живот и подперев подбородок рукой, я смотрела, как мой мужчина сильными гребками переплывает подземное озеро. Пушистая шкура медленно соскользнула с обнаженных плеч, приятно щекоча кожу. Вздрогнув от холода, вновь подтянула ее, кутаясь в тепло.

Словно почувствовав мой взгляд, Снежный обернулся и улыбнулся.

— Не замерзла?

Я покачала головой.

— Может, еще искупаешься? Вода такая теплая, — он подплыл ближе и навис надо мной, опираясь о каменный бортик термального водоема, рядом с которым я и лежала. Капельки воды ручейками заскользили по обнаженному торсу вниз. Шрамы еще не зажили, ломаными линиями уродуя его кожу.

Завтра в последний раз приму зелье, и сила полностью вернется ко мне. Амулет я сняла уже давно. Но зелье еще блокировало способности, не давая насладиться собственным могуществом. Хотя и беспомощным котенком я больше не была.

— Нет.

— Почему?

— Потому что ты мне все равно нормально поплавать