Бремя императора: Тропой мастеров - Иар Эльтеррус

– Понял! – кивнул тот и бегом рванулся к выходу.

Маран постоял еще несколько минут, своей силой сдерживая рвущийся наружу выплеск энергии. Едва сдерживая, из последних сил. Необходимо дать людям время покинуть Дом Стали. Любой, оставшийся поблизости во время Рождения, превратится в пепел. Даже он сам, несмотря на всю свою магию. Почувствовав, что в кузне никого не осталось, император телепортировался наружу. Он облегченно вздохнул, оказавшись локтях в пятистах от входа в Дом Стали. Успел, слава Единому!

Неподалеку собралась толпа людей. Стражники, кузнецы, подмастерья, ученики горных мастеров, писцы, домохозяйки. Кого здесь только не было, даже мэтр Эстеван выбрался наружу из своих подвалов. И все они круглыми глазами смотрели на огромную кузню. А посмотреть было на что. Дом Стали, казалось, танцевал, весь трясся, подпрыгивал, гулкие удары заставили многих зажать уши, но это не помогало… Содрогалась сама земля. С небес в крышу кузни били молнии, да что там, молнии – столбы разноцветного пламени! Вокруг становилось все жарче, люди утирали лбы рукавами рубах. Многие косились на застывшего императора.

Маран отдавал все свои силы на создание защитного купола, но понимал, что не справляется. Само мироздание противилось его усилиям, первозданные силы открыли глаза и вовсе не желали их закрывать. И тогда его величество сделал то, чего не делал до сих пор еще ни один император. Кроме, разве что, Элиана Завоевателя. Он позвал всех до единого эльдаров. Никогда еще за последние полторы тысячи лет не раздавался в магическом эфире мира общий зов.

По всему двору начали появляться легкие туманные облачка, из которых выходили одетые в серые с серебром плащи рыцари престола. Столько эльдаров вместе не видели еще нигде, люди уступали им место, но многие зрители выглядели оглушенными. Туманнолицые, поняв, что происходит, один за другим подходили к императору и включали свои силы в его заклинания. Вскоре над Домом Стали встал невидимый купол, пробить который, однако, не могло ничто в мире. Только над крышей маги оставили отверстие, чтобы не мешать первозданным силам. Неизвестно ведь как те себя поведут, если перекрыть им доступ к кующимся мечам.

Бьющие с неба столбы пламени видел весь город. Жизнь Тарсидара замерла, горожане и гости торговой столицы стояли с открытыми ртами, глядя на невероятное зрелище. Что это? Некоторые особо фанатичные проповедники и монахи тут же воспользовались происшествием, начав вопить, что это Единый наказывает грешников, и призывать жечь колдунов с еретиками. Иначе, мол, гнев Создателя обрушится на весь город. Однако их мало кто слушал, привычные к развлечениям магов тарсидарцы и раньше не слишком-то верили «святым» лжецам, хорошо зная, на что те способны. А уж теперь, после публичной казни лишенных сана епископов-работорговцев, доверие к кликушам упало до самой низкой отметки. Как-то ни разу на памяти горожан Создатель явно никого не наказывал, зато маги еще и не то устраивали. Наверное, снова император с эльдарами какое-то новое заклинание творят, с них станется.

Маран молча стоял, глядя на бьющие в кузню молнии. Он ежился, всей своей сутью ощущая, что дело близится к развязке. Еще полчаса, возможно час – и все. Четыре пары великих мечей явятся на белый свет. Одновременно он вспомнил о горце, скучающем в одном из императорских замков, и усмехнулся. Мальчишка, наверное, с ума сходит, не понимая, что такое творится с его мечами. Почему это они вдруг стали абсолютно черными. Его картаги ведь сейчас тоже пробуждаются, Маран в этом не сомневался. Тьма не оставит своего избранника в момент, когда остальные получают силу. Еще больше мальчишку, наверное, поражает, что в него самого бьют с чистого неба черные молнии, но не убивают, не обжигают, а заставляют чувствовать себя сильнее.

Представив себе перекошенную от страха носатую физиономию Лека, пытающегося спрятаться под деревьями от молний, его величество позволил себе ироничную усмешку, все равно никто из-за маски не увидит. Похоже, вскоре мальчишку можно будет возвращать в Тарсидар. Носителям великих мечей убийцы черного клана не страшны. Да и невидимки с эльдарами горца здорово подтянули, вполне неплохо пьяным стилем овладел. Ноет только постоянно, скучно ему, видишь ли, в одиночестве, но это по молодости, по глупости. Вот остальных, если выживут сегодня, тоже придется дрессировать так, чтобы перья летели.

Времени совсем не осталось, император физически ощущал, как оно утекает сквозь пальцы. Хорошо хоть Ланиг с начальниками стражи других провинций перепугали архиепископов до полусмерти, показав, что знают об их связях с работорговцами. Святоши даже согласились отдать на казнь всех ответственных за это, чего не случалось еще никогда. Нартагальцы после потери полусотни кораблей тоже вряд ли рискнут искать рабов в империи. Надо будет обязательно посетить короля Техе, предупредить, чтобы приглядывал за своими купцами. А то ведь можно и несколько полков гвардии отправить через телепорт прогуляться по Нартагалю. Это вряд ли понравится королю, задумается. Впрочем, нет, вскоре нападение карвенцев, не стоит разбрасываться войсками. Но припугнуть нартагальцев не помешает, обнаглели, сволочи.

Что-то изменилось вокруг, и император насторожился. Молнии перестали бить в крышу Дома Стали – наоборот, от него вверх понеслись вспышки света. Разноцветные вспышки. Белая – Света. Синяя – Мудрости. Алая – Ярости. Зеленая – Жизни. Все. Маран переглянулся с оказавшимися рядом эльдарами. Мальчишки молодцы, удержались, не выпустили силу. Свершилось предсказанное полторы тысячи лет назад. Великие мечи родились. Хотелось бы только знать, что это принесет империи. Элиан утверждал, что они спасут страну в самый тяжелый момент. Его бы слова, да Единому в уши.

– Тери, – повернулся император к ближайшему эльдару, – будь другом, смотайся в Замок Призраков, принеси ножны.

– Те самые? – уточнил рыцарь престола. – Думаешь, твое величество, они к этим картагам подойдут?

– Думаю, – подтвердил Маран. – Не зря ведь ни один меч в них не держался. Наверняка ждали особых. А уж если эти особыми не считать, то я и не знаю, какие можно.

– Ладно, – пожал плечами эльдар и исчез в туманном облачке.

Вскоре он вернулся, неся с собой пять пар узорчатых ножен, сделанных с невероятным мастерством. Трудно было отвести взгляд и не верилось, что они созданы человеческими руками. Но пары ножен несколько различались. В одной превалировал в отделке белый цвет, во второй – черный. Остальные, соответственно, были синими, алыми и зелеными. Император сразу отметил это, кивнув своим мыслям.

– А ты сомневался, – заметил он. – Даже цвета подходят.