ДРАКОНЫ СЕВЕРА - Алексей Фирсов

Страх мелькнул в зареванных глазах моего пажа.

— Я приду только когда она уйдет — ее голос был тверд.

Адель высвободилась из мои рук и, задрав подбородок, отравилась вниз по лестнице.

Я вернулся в комнату.

Доротея сидела на постели уже в длинной сорочке.

— Странный паж у тебя служит, Грегори!

— Ее зовут Адель, она дочь барона Соммерсби.

— Ты спишь с нею?

— Нет.

— Ты отказал ей в том, чем одарил меня? Почему, Грегори?

«Почему? Это долгий рассказ и не для твоих ушек…»

— Она привезла моих детей, похищенных наемниками графа Харпера.

— А их мать? Где она?

— Она умерла в родах.

— Ты вдовец и я вдова, Грегори… — горько усмехнулась Доротея. — Что будет со мной?

— Я хочу, чтобы ты жила здесь, в замке.

— Твоей наложницей и заложницей?

— Ты видела дракона?

Доротея стремительно побледнела, ее руки поднялись к горлу.

— Дракону не нужна заложница — он найдет тебя в любом месте…

Вечером за ужином Адель рассказала мне, как она вышла на след наемников, настигла их на дальней мельнице и прикончила. Она была на удивление немногословна.

Я имел глупость поведать ей о том, что ничего не помню с момента превращения, и она наотрез отказалась рассказать мне о том, что видела — о драконе, которым я был.

— Адель, пора заканчивать этот маскарад. Сними мужское платье и ходи в женском.

— Ты желаешь посадить меня взаперти в замке? В этом или в Холлилох? Я мешаю тебе?

Я поднял руки ладонями вперед.

— Остановись, малышка! Ничего такого я не сказал! И даже не подумал!

— А как мне подумать?! Стоило исчезнуть миледи, и я нашла в твоей постели чернявую худышку!

— Ты сказала, что задница у нее превосходная.

— Я солгала!

Адель возбужденно прохаживалась туда–сюда передо мной. Ее мельтешение начинало раздражать.

— Чего ты хочешь сама?

— Я хочу быть рядом с тобой!

— Ты и так рядом со мной.

— Не увиливай, Грегори!

Я встал из кресла.

— Выходи за меня замуж, Адель!

Она споткнулась и остановилась.

— Что ты сказал?

Я опустился на колено.

— Я прошу твоей руки и сердца!

— И в чем здесь подвох?

— Я буду королем Севера, и мне нужна королева. Я не могу жениться на Сью — она моя сестра.

— О, Грегори! — Адель опустилась передо мной на колени — Но я же все еще монахиня!

— Архиепископ пришлет индульгенцию и свое благословение. У меня есть способ его убедить.

— Он коронует тебя?!

— Для этого у меня будет свой епископ. Ты согласна?

— Нет! — выпалила Адель и окаменела.

— Хорошо, я попрошу руку и сердце у другой — хотя бы у Доротеи Харпер. Она теперь свободна, и задница у нее превосходная!

— О боги! Что я сказала?! — простонала Адель.

— Ты мне отказала, малышка! — Я поднялся во весь рост. Приблизился и приподнял подбородок моего пажа кончиками пальцев. — Но я собираюсь спросить еще раз. Да или нет?!

Зеленые сияющие глаза сказали мне «ДА!»

Меня крестили в соборе Корнхолла, моим крестным отцом стал Элар Тудор, а крестной матерью Корнелия Макконохи. Горделивая, сияющая Адель в изумрудном платье стояла совсем рядом.

В обмен на свободу герцогини Бронкасл я получил от архиепископа Михаила индульгенцию для бывшей монахини Аделаиды Соммерсби и благословение на ее брак со мной. Волчонок остался в Корнхолле под опекой Крейга Макконохи.

Свадьба была назначена сразу после праздника.

Я отправил Говарда с письмом к барону Соммерсби с приглашением и формальной просьбой руки и сердца его дочери. Говард выехал с ротой арбалетчиков и с приказом привезти барона и его младшую дочь в Корнхоллский замок.

Несмотря на сопротивление Адель, я переселил ее в дом Тудора, на попечение Корнелии. Невеста не должна жить до свадьбы под одной крышей с женихом!

Мои ночи принадлежали Доротее. Она была печальна.

Мы бурно наслаждались друг другом, но потом я часто видел слезы на ее глазах.

Жасс с осуждением смотрел на меня, когда мы вместе завтракали или обедали.

Наконец он не выдержал.

— Грегори, зачем вы мучите обеих? Они же знают друг о друге.

Я мучил себя, а не только двух девушек. Я ничего не знал о Сью. Она так и не вернулась в Холлилох.

Рота Макгайла вернулась в город. Сам Макгайл мне ничего не смог рассказать про Сью. Она исчезла ночью. А на следующую ночь были украдены малыши.

— Кто‑то из слуг помог похитителям. Но кто? Охрана была на постах, но ничего не заметила. Никто не был убит или ранен. Это магия, милорд!

Бертольд Тудор явился с докладом о том, что деньги иссякли. Надо было или вводить налоги и пошлины, либо залезать в долги. Налоги и пошлины мало ввести — их еще надо собрать, а людей для этого у меня не было. Железо с плавилен Хаббарда шло потоком. Часть его продавалась в городе, но это были крохи.

Меня ждал Драконий зуб с сокровищницей драконов.

Перед отъездом я заехал к Тудорам, попрощаться с Адель.

— Ты избегаешь меня, Грегори!

— Вовсе нет!

— Я уже начинаю жалеть о своем согласии выйти за тебя!

— Я вернусь через неделю, не скучай.

— Нелл говорила мне, что твое сердце из кремня — А я не верила! За что ты меня мучаешь!? Я знаю, ты спишь с этой худосочной вдовушкой! Об этом говорит весь город! Надо мной смеются горожанки!

Я обнял ее и поцеловал в шею.

Адель затихла.

— Поцелуй меня, Грегори, как тогда, зимой, в повозке… Прошу…

Я исполнил ее просьбу со всем старанием. Больше упреков я не услышал.

Графиня Доротея уехала вместе со мной. Ей нашли смирную лошадку, и она гордо выехала через северные ворота, сидя боком в дамском седле.

Говарда и две роты конных арбалетчиков сопровождали нас.

В Харперхолле мы расстались. Я проводил графиню до замка. Там хозяйничал лейтенант Макнилл. Ворота были на месте. Солдаты охраняли стены. Слуги выбежали во двор. Они были рады возвращению хозяйки.

Мы провели бурную ночь без сна на парадной кровати графов Харперов. Наутро Доротея дала волю слезам. Мне нечем было ее утешить кроме обещания вернуться…

Она проводила меня до ворот, держась за стремя.

Вечером следующего дня я уже въезжал в замок Холлилох.

Глава 14

Наш замок перестал для меня быть привлекательным местом. Здесь не было Сью. Но мне на каждом шагу попадались ее вещи, книги, которые она читала, постель пахла ее кожей.

Ночь я провел почти без сна в кресле в библиотеке. За каждым скрипом и шорохом мне слышались шаги сестры, шорох ее юбки.