Защитник для Хранителя (СИ) - Малышева Алёна

Клевернэль, больше не обращая внимания на молодого помощника, шагнул к Алшану. Тот также отступил в сторону от Ники. Спокойные неторопливые движения, сосредоточенный взгляд на противника.

Ника вроде не спускает глаз с приближающего с самоуверенной усмешкой Вьюнэля. Но также шаг за шагом отступает…  к вещам Владнэля. Умница. С голыми руками против меча не очень-то навоюешься.

Хотя помощь им бы не помешала.

Владнэль убедился, что никто не обращает на него внимания: ни друзья, ни враги. Занялся освобождением себя любимого. Кое-как вывернул запястье, пытаясь попасть в замочную скважину. Мысленно всеми возможными ругательствами поминал всех виновников того, что он оказался в такой ситуации. Не забыл и о себе…

Громкое проклятие Вьюнэля заставило на миг отвлечься. Парень отступил от Ники и хмуро проводил по плечу рукой, окрасившейся алым. Сама Ника с кинжалом Владнэля наготове напоминала неподвижную статую. Сквозь дыру в брюках на ляжке проступала кровь. Красотка тоже ранена.

— Стерва! — прошипел Вьюнэль и бросился на неё с мечом. Ника в самый последний миг уклонилась, позволяя ему пролететь мимо. Он резко обернулся, но Ника вновь уже была за пределами его меча. А на лбу парня выступили капельки пота. Загоняет ведь Защитница его. Как есть, загоняет!

А вот Клевернэль и Алшан друг друга стоили. Шаршанин вооружился цепью с кандалами и атаковал противника — пытался выбить меч. Но Клевернэль слишком опытный воин, чтобы попасться. Пока ни тот ни другой не получили ни царапины.

Владнэль вновь вернулся к кандалам и с огромным облегчением выдохнул, когда с тихим щелчком открылся первый замок. С губ сорвалось проклятие. Качнувшаяся цепь вместе с кандалами утянула отмычку. Владнэль попытался дотянуться до них, но длины руки у него не хватало.

Звон металла об камень вновь привлёк внимание. Алшан всё же вырвал меч у дубравэльца и они схлестнулись в рукопашную. Вьюнэль также отвлёкся на шум, и Ника тут же этим воспользовалась. Кинулась к молодому дубравэльцу. Удар кинжалом в запястье руки с мечом, оружие летит на пол. Вьюнэль здоровой рукой перехватывает Никину руку с кинжалом за запястье. С торжествующе усмешкой сжимает сильнее руку. Кинжал со звоном встречается с каменным полом.

— Ты проиграла!

Под светом факела блестит сталь, и дубравэлец застывает от крохотного наконечника сломанной стрелы, который Ника левой рукой приставила к его горлу. Предусмотрительная красоточка!

— Ещё одно движение и ты замолчишь навсегда! — Ника вроде сказала тихим голосом, вот только в нём звучала такая решимость, что ни Владнэль, ни тем более Вьюнэль не усомнились в её словах. Теперь навряд ли парень начнёт трепыхаться.

Скрипнул люк. В каменный подвал спрыгнул Уголёк, за ним Светояр и Мишка. А потом уже появился и сам Олеандр в сопровождении пары лесных стражей. Владнэль выдохнул. Жизнь налаживается.

Клевернэль прекратил сопротивление. Он всегда знал, когда нужно признавать поражение. Алшан оттолкнул его и встал. Обеспокоенно глянул на Нику, продолжавшую прижимать стрелу к горлу растеряно-испуганного дубравэльца.

— Отпустите моего родственника, Защитница, — попросил Олеандр. — От него не будет больше неприятностей.

Ника пренебрежительно повела плечами, делано лениво отвела стрелу и, повернувшись к Олеандру, кивнула ему.

— Как скажите, ваше величество, — Вьюнэль перестал для неё существовать.

Владнэль с удовольствием усмехнулся, наблюдая, как сменяются выражения на высокомерном лице брата Лианалинь. Потрясение, непонимание и осталось лишь донельзя смешное обиженное выражение.

Светояр подбежал к Нике и вдруг крепко обнял, а затем отпустил и, тихо сердито выговаривая за невнимательность и влезание в опасную ситуацию, занялся осмотром раны на бедре. Карие глаза Ники тепло засверкали, она нежно провела по волосам царевича и стала уверять, что ничего с ней не случилось, что никакой опасности не было. А рана…  так царапина!

Проклятие, из-за этого Клевернэля, он, Владнэль, пропустил сближение парочки. И ему это не нравится. Как и шаршанину.

Алшан, шагнувший было в сторону Ники, остановился и нахмурился. Руки сжались в кулаки. А в почерневших глазах вдруг мелькнуло отчаяние. Серый Лорд заметил, что Владнэль за ним наблюдает, на лицо вернулась непроницаемая маска, и он размашистым шагом направился к Олеандру, перед которым стражи успели поставить связанных заговорщиков.

Эй? А его-то кто-нибудь собирается освобождать от кандалов?

Тихо бились о борт волны, палуба медленно покачивалась. Изумрудная зелень Дубравы, блестящая под солнечными лучами, отдалялась. Отряд Хранителя отправился в дальнейший путь. Пусть и на день позже. Позади осталась дорогая для него изумрудная Дубрава с её заговорами и покушениями. С прекрасным праздником любви, когда нежные чувства летают в воздухе. И с казнью убийцы. Клевернэлю нужно отдать должное. Не сдал свою любимую, похищение Владнэля и покушение на Нику взял на себя. Чем спас Лианалинь от смерти. Вот только скрыть измену этой стервы не смог. Красотка ясно слышала их разговор.

Странно, отчего у него осадок на душе от слов Лианалинь, которые она с ненавистью и с непонятной ноткой торжества бросила в лицо Олеандру? «Ты, мой бывший муженек, ошибся! И когда-нибудь эта ошибка будет стоить тебе жизни и Дубравы!»

Хорошо бы отнести всё это на пустые угрозы проигравшей женщины. Вот только что-то не даёт этого сделать. Да ну! Не до этого сейчас! Впереди путь, новые приключения и возвращения домой.

Владнэль с улыбкой посмотрел на Нику, которая подставила лицо под тёплые лучи солнца и жмурилась, как сытая довольная кошка. «Присмотри за Защитницей, — попросил брат — Мы слишком многим обязаны ей». Как же он прав. Защитница не только спасла его, Владнэля, она уберегла от убийства и Олеандра. И он, Владнэль, клянётся, что никому не позволит навредить этой девушке, что приложит все силы для защиты Защитницы, подруги. Это его долг!

— Эй, Красотка! — В ответ на его оклик Ника недовольно покосилась. Он напустил на себя сердитый вид и сложил на груди руки. — Что-то я не пойму, это что за шуры-муры у тебя с Хранителем? А как же мы с тобою?

Щёки Ники вспыхнули алым смущением, а вот глаза сверкнули возмущённым, очень знакомым по Лорду, шаршанским огоньком.

Путешествие становится всё интереснее и интереснее.

Глава 8

Зеркальная лазурь океана сливалась с небесной синевой. Редкие пушистые облака плыли и над головой, и под бортом. Будто корабль шёл по небу по блестящей солнечной тропе, под светом двух огненных шаров. И даже ветер, раздувающий паруса, и взлетающие из воды чёрные дельфины не нарушали зеркальности картины.

Небесный — подходящее название для океана. Этот мир умеет удивлять и завоёвывать сердца.

За спиной раздались тихие приближающиеся шаги, на душе потеплело. Когда за плечи обняли крепкие руки, Ника довольно прижалась спиной к груди Светояра. В молчании некоторое время стояли на носу Ветра. Наслаждались красотой вокруг и теплом прикосновения любимого. Нарушать тишину и покой этого мгновения не хотелось.

— Моя жизнь — слишком малая цена за существование Златомирья, — тихо произнёс Светояр.

Ника вздрогнула от боли, впившейся острым клинком в сердце. Краски мира померкли. Она быстро обернулась и с возмущением глянула в любимое лицо. Как он может об этом говорить? Зелёные глаза смотрели печально и с пониманием.

За все десять дней, что плыли на борту Ветра, они ни разу не затронули тему долга Хранителя. Вместе проводили каждую свободную минуту. Говорили о себе, о детстве, о родителях, о прошлой жизни, о том, что любят, а что не очень. С каждым днём узнавали друг друга сильнее и сильнее, сближались. Целовались, обнимались. Большего не позволяло отсутствие уединённости. В молчаливом согласии избегали разговоров о будущем. И вот…

Что сказать в ответ? Как выразить всё своё несогласие с его словами? Предложить иного выхода она не в силах! Даже в огромной и старинной библиотеке лесного повелителя не нашлось ни единого слова о долге Хранителя.