Люди и нелюди - Олег Бубела

- Не дождешься, ушастый! - заявила орчанка, схватила за локоть пробегавшую мимо разносчицу и приказала ей: - Принеси, как обычно. И поживее!

- Конечно, госпожа, - с испугом ответила девушка и, получив свободу, умчалась на кухню.

- Ты так и не ответил, с какой целью ошиваешься в Ирхоне, - снова уставилась воительница на Дара, который, воспользовавшись паузой, вернулся к картошке.

Тот долго пережевывал очередную порцию, явно нервируя собеседницу, а потом невозмутимо произнес:

- Тебя мои дела не касаются.

- Вы только поглядите, какой скрытный! Ладно, попробую угадать… Хотя, чего тут гадать - и так все понятно. У гордеца-ушастика закончились деньги. Все, подчистую, не осталось даже на еду. И чтобы не помереть с голода, ему пришлось даже свою одежонку продавать. Само собой, он не захотел, чтобы жители Страда судачили о том, как низко пал ушастый новичок, за короткое время превратившись из высокомерного опрятного франта в грязного вонючего нищего, вот и сбежал сюда. Ведь именно в Ирхон стекается все отребье приграничья, которому не нашлось места в приличных городах!

- А ты-то сама как здесь оказалась? - парировал Ушастик. - Уж не потому ли, что покалечила какую-нибудь знатную особу? Нет, тогда бы ты так легко не отделалась. Наверное, руководству Гильдии наконец-то надоело терпеть твои выходки и оно поставило ультиматум - либо ты лишаешься знака и после очередного покалеченного попадаешь за решетку, либо покидаешь Страд и доставляешь проблемы их коллегам из других городов. Хотя, вполне возможно, ты внезапно осознала, что переколотила всех искателей Страда, и отправилась на поиски новых жертв.

Не обращая особого внимания на пикировку нелюдей, я рассматривал воительницу, позабыв о недоеденном ужине. Несмотря на свой грозный вид и хищный взгляд, она была невероятно привлекательной. Карие глаза с пушистыми ресницами, аккуратный носик, чувственные губки, безо всякой помады выглядевшие весьма соблазнительно… Одним словом, красавица! Впечатление не портил даже небольшой шрам на лбу, хотя волосы стоило бы распустить и укоротить, чтобы они пышными каштановыми локонами ниспадали на плечи, а не болтались за спиной толстой безвкусной косой. Мда, за ночь с орчанкой я бы сейчас многое отдал…

- А ты чего уставился? - злой голос воительницы вырвал меня из сладких грез. Видимо, Дариту таки удалось довести свою собеседницу до белого каления.

- Любуюсь, - признался я. - Не каждый же день такую красоту можно увидеть, вот и пользуюсь моментом.

Положив локти на стол, я облокотился подбородком на сцепленные в замок пальцы и с глупой улыбкой продолжил свое занятие. Судя по взгляду орчанки, я был близок к тому, чтобы схлопотать по морде, но мои зубы спасло появление разносчицы, которая с ловкостью опытной фокусницы принялась расставлять тарелки перед взбешенной воительницей. Когда же девушка, прихватив пустой поднос, испарилась, орчанка решила, что ее ужин заслуживает большего внимания, чем какой-то дурачок, и принялась насыщаться.

Судя по скорости, с которой исчезало мясо с тарелок, она была зверски голодна, а я машинально отметил, что орки хотя и кочевники, но дикарями их назвать нельзя - воительница ела, придерживаясь рамок приличия. Нет, не чинно и благородно, как Дар, но не чавкала, не вытирала губы рукавом, пользовалась ножом и вилкой. Добавить к этому грамотную речь и умение держаться в обществе - и можно заявлять, что по уровню культурного развития жители юга ничем не уступают имперцам. Любопытно, однако!

Расправившись с мясом, орчанка снова наткнулась на мой взгляд и приказала:

- Смотри в свою тарелку!

- Не, там нет ничего интересного, - протянул я, продолжая играть свою роль.

Пару секунд воительница колебалась, врезать мне или нет, но потом выбрала более привлекательную мишень, и поинтересовалась у Дара:

- Завел себе дружка? Ну-ну… Интересно, где ты такого блаженного идиота сумел откопать? Хотя, оно и понятно - кто же из нормальных людей захочет взять в приятели ушастого!

- В ненормальном мире любой нормальный человек ненормален уже тем, что он нормален, - весомо заметил я, а когда орчанка уставилась на меня, пытаясь осознать фразу, улыбнулся и добавил: - Так, к слову пришлось.

- Темная, тебе раньше никогда не говорили, что зависть не украшает? - полюбопытствовал эльф. - Значит, я буду первым.

- С чего бы мне тебе завидовать? Подумаешь, встретил человека, который не брезгует общаться с нелюдем и есть с ним за одним столом. Это еще не повод для гордости! Тем более, данный человек, как мне кажется, в силу своего скудоумия даже не осознает, с кем связался.

- Ты заблуждаешься. Мне есть, чем гордиться.

- Ох, постыдился бы, ушастый! - воскликнула орчанка. - Нашел деревенского дурня и рад! Неужели твое непомерно разбухшее чувство собственного достоинства отгрызла какая-то тварь на Проклятых землях?

- Прикусила бы ты свой язычок, темная.

- Больно слушать правду?

- Нет. Неприятно, когда оскорбляют моего друга.

- Да ну? - удивилась воительница и кивнула на меня: - А твоему дружку это даже нравится, что лишний раз подтверждает отсутствие у него разума.

- Из твоих уст, красавица, даже базарная брань будет звучать чарующей песней, - елейным голосом произнес я, не переставая улыбаться.

- А как мне кажется, разума не наблюдается именно у тебя, - возразил Дар. - Ведь ты решилась оскорблять человека, прославившегося своим подвигом на все приграничье, человека, который пользуется немалым уважением даже среди искателей, человека, которого большинство жителей Ирхона считает храбрейшим воином Империи!

Орчанка с недоумением уставилась на меня, а я печально вздохнул, сожалея о быстром окончании спектакля, и поправил Ушастика:

- Последний аргумент был лишним.

- Почему?

- Храбрость - это отсутствие инстинкта самосохранения, поэтому в этом смысле является недостатком психики. И заявлять, что человек ничего не боится, это открытым текстом сообщать, что у него большие проблемы с головой.

- Так ты Везунчик? - наконец сообразила воительница.

- Для тебя просто Ник, о несравненная! - пафосно ответил я и взял ложку.

Остыв, вареники слиплись, поэтому мне пришлось повозиться, чтобы подковырнуть один и отправить в рот. Когда же я справился с этим нелегким делом и поглядел на орчанку, то поразился переменам в ее облике. Вся напускная злость куда-то подевалась, лицо потеряло жесткость, а в глазах появился неподдельный интерес. Это лишь добавило ей привлекательности, поэтому вспомнить о необходимости жевать я смог только через несколько секунд.

- Прошу прощения, если, называя дураком, я тебя обидела, - миролюбиво сказала воительница.