Шаг до любви - Ника Верон

Одного себе сейчас простить не мог. Не в запой три года назад следовало уходить, а начинать бракоразводный процесс. Забирать у неё ребенка. Вот сейчас, действительно, было бы значительно легче. Тогда Никитка был еще слишком мал, чтобы задавать осмысленные вопросы относительно действий матери, которые, порой, проскальзывали теперь… Направляясь к машине, глянул на зазвонивший телефон… Сын… Снова — сын, пытавшийся до него дозвониться вот уже три дня… А он, лишь на мгновение задумавшись, снова «сбросил» звонок. Не готов еще был к общению…

2

Самый запад России. Выходной… С некоторых пор стала ждать выходные, как праздники. Уставала не столько от самой работы, сколько от поездок. Но менять что-либо, во всяком случае в обозримом будущем, не планировала.

До прогулки с Глашкой оставалось еще часа два. И в ожидании часа икс «гуляла» по просторам интернета. Просматривала музыкальные видеоролики… Иногда устраивала себе такое вот ничего неделанье. Щелкая мышкой по очередной музыкальной записи где, судя по описанию, должна быть красивая песня о чувствах влюбленных, случайно задела соседнюю. И уже собиралась «перещелкнуть», когда…

«Самый закрытый от прессы звездный актер театра и кино, Алексей Константинов, был замечен водном из дорогих ювелирных салонов…» — вещал приятный женский голос за кадром.

Коташова слушала и не слышала… Ювелирный салон… Какая разница, какой, название всё равно бы не запомнила. Главное, что в том был Константинов! И примерял колечко какой-то стройной брюнетке…

Рита, не веря глазам, включила повтор ролика… Судя по дате — канун ее прилета в Москву. Буквально за сутки Алексей Константинов примерял какой-то… кукле в салоне колечко! История повторялась… Всё почти так же, как уже происходило когда-то давно… Она тоже надеялась… Впустила в свою жизнь… А потом потеряла всё: надежду, любовь, веру… ребенка… Это было предательство…

Закрыв ладошкой рот, словно желая сдержать крик, с силой зажмурилась. Вот такого она не ждала…

И тут неожиданно «запел» телефон. Не совсем привычная мелодия привлекла внимание и, в другое мгновение, привела в растерянность. Нет, сам звонок в целом был ожидаем. Во всяком случае — до данного времени — ожидаем. С момента ее возвращения из Москвы этот человек звонил с завидной регулярностью: два, а то и три раза на день. Иногда, вот теперь — именно — иногда — присылал сообщения в мессенджере. Но сейчас…

Замешкавшись всего на мгновение, Рита всё же включила связь…

— Вы приняли видео звонок без предварительного согласования?

Вместо приветствия, прозвучал вопрос Константинова в ставшей привычной для неё, слегка саркастической манере. Находился он, судя по «картинке» — в машине. Хотя, до сих пор, созванивался с ней из дома. По крайней мере, ей так казалось. Могла и ошибаться. Вот теперь не знала, на сколько может верить этому человеку…

— Как видите, — постаралась она ответить ему в тон. — А вы отдыхаете или по делам… — хотя, на самом деле, было без разницы (а было ли???), с какой стати, во время звонка, оказался в машине. Его личная жизнь её… не интересовала?.. Вот в последнем всё чаще начинала сомневаться.

Впрочем, теперь это тоже было неважно. Совсем неважно. Важно другое — сохранить выдержку. Не сорваться.

— Можно сказать — по делам, — и сказал он сейчас практически правду. Откинувшись на спинку автомобильного кресла, подкорректировал телефон таким образом, чтобы максимально попадать в кадр, добавив, — Встреча была одна важная.

— Важная встреча в субботу? — Рита с трудом, но всё же заставила голос звучать почти ровно, без какого-либо напряжения. — Можно попробую угадать: встречались с женщиной?

— С женщиной? — а ей показалось, он испугался. — С чего вы взяли? — Константинов же, на самом деле, просто пытался понять настрой своей собеседницы. — Вопрос с прошлым надо было решить, по суду моменты остались, — добавил он.

— А потом вспомнили, что соскучились? — полюбопытствовала Рита, удобнее устраиваясь на диване. Огромных усилий стоило сохранить сейчас спокойствие. Такой выдержки от себя не ожидала. Общение вот с этим человеком уже почти в привычку вошло. И даже не смотря на инцидент в его квартире буквально накануне отлета… А вот как быть теперь… Видеоролик стоял на паузе. Константинов смотрел на нее с экрана монитора, а рядом с ним…

— Вспомнил, что очень соскучился, — поправил её Константинов, расстегивая куртку (наверняка в машине включено отопление, — отметила про себя Коташова, вспомнив о любви к теплу данного человека). — А вы — нет? — задал он встречный вопрос.

Он предлагал ей пооткровенничать. Готова ли она к этому самому откровению? До сих пор ведь не решила для себя окончательно: быть или не быть. Извечный вопрос человечества… А теперь еще и эта запись…

— Мне не хватает нашего общения, — произнесла она все же вслух. Играть, так играть. В конце концов от неё не убудет. А дальше… Дальше будет видно…

— Рита, а мне, правда, захотелось вас увидеть, — и он сейчас не лгал, не играл. Впервые за последние годы был почти откровенен с женщиной. — Мне не хватает наших совместных завтраков и ужинов, — продолжал Константинов негромко. — Мне вас не хватает.

Её молчание… Впрочем, её молчание не удивляло. Ни сколько. Радовался уже тому, что до сих пор не отправлен в черный список и получает ответы на звонки. Хотя сегодня… Сегодня что-то шло не так. Снова чувствовал её напряжение… Даже через экран телефона…

— Вы помирились с сыном? — поинтересовалась Рита, откровенно намеренно уходя от разговора о его… чувствах. Вот говорить сейчас о тех была не готова. Снова — не готова. Слишком много вопросов оставалось открыто. И она не готова те обсуждать. А теперь вообще сомневалась, что стоит их затрагивать…

— Я должен ответить? — поинтересовался Алексей, задавая встречный вопрос.

Вопрос с поведением Дмитрия оставался на сегодняшний день не решенным. Понимая, что поговорить им всё равно, рано или поздно, а придется, Константинов, тем не менее, принципиально не брал от сына трубку и не звонил сам. Вопрос был слишком… сложным. Для него — сложным.

— Алексей, вы помните наш разговор в аэропорту?

Её вопрос… Он едва сдержал усмешку. Естественно, он помнил всё, о чем там говорилось. Вот только сильно сомневался, что…

— О чем именно? — прерывая собственные размышления, поинтересовался он вслух. Хотя, вряд ли не догадывался, какая именно часть того разговора интересовала её сейчас. В любом случае, ответить, пока, было нечего.

— О вашей жесткости.

Характер у него был… Нормальный у него был характер. Да, возможно, где-то жестковат. Но, по-другому, не стал бы тем, кем стал. Когда почти тридцать лет назад жизнь вывернула наизнанку, как тот мифологический Феникс, смог восстать из пепла. С другим характером