Вот мы и встретились - Кристофер Голден

Эшли протянула к нему руку, желая хоть как-то его поддержать, но Уилл даже не смог встретиться с ней взглядом. Протолкнувшись мимо Дэнни, слепо заковылял, устремляясь к двери в мужской туалет. Дверь туалета с треском распахнулась, а затем негромко закрылась за ним.

Долгое время все трое оставшихся смотрели в пол прямо перед собой. В конце концов Дэнни и Кейтлин почти одновременно поняли, что им нужно в учительскую, но Эшли лишь попрощалась с ними и сказала, что они поговорят потом. Всем было больно.

Однако Эшли не ушла из коридора. Вытерев слезы с лица, она стала терпеливо дожидаться, пока Уилл выйдет из туалета. Когда он наконец снова появился в коридоре, девочка взяла его за руку и заставила заглянуть ей в глаза.

— Уилл, — сказала она. — Нам надо поговорить.

Усталый, грязный и давно небритый Уилл Джеймс стоял у дверей сберегательного банка Истборо, дожидаясь Брайана, и прикидывал, догадываются ли прохожие о том, что он бездомный бродяга. Воскресенье, как показалось, тянулось целую вечность, и все же горе и угрызения совести, которые Уилл испытывал по поводу событий субботнего вечера, странным образом притупили все остальное и тем самым помогли ему пережить этот день.

Брайан настаивал на том, что Майка вытолкнули прямо под машину. Уилла не в чем было винить. И все же воспоминания о том тошнотворном звуке, с которым тойота сбила Майка, а также о крови, разлитой под головой трупа на мостовой, никуда из его головы не делись. Сколько Уилл ни пытался их оттуда вытряхнуть, ничего у него не получалось.

И все же в течение последних дней Уилл четко усвоил ту истину, что, пожалуй, никакие воспоминания не были неизменными. Они могли выветриваться. Или стираться.

Две ночи они с Брайаном провели на сеновале в амбаре у Джиллиан Мэнсар. Они перешептывались, спорили и плакали, а Уилл расхаживал взад-вперед, пока шли часы, и начинало вставать солнце, прикидывая, не может ли Брайан все-таки неким образом быть в этом замешан. Уилл сильно в этом сомневался — особенно видя боль в глазах старого друга. Но Уилл больше не желал ничему и никому доверять. Ни глазами, ни воспоминаниям… ни даже своим друзьям.

И тем не менее в то воскресенье он принял сознательное решение доверять Брайану. Уилл чувствовал, что у него просто нет другого выхода. А кроме того, ему пришлось признаться (по крайней мере самому себе), что из подобной переделки гораздо лучше выбираться в компании с кем-нибудь. Только не в одиночку. Так у него оказывалось хоть какое-то утешение.

Потратив все воскресенье на споры и планирование, Брайан решил, что им лучше вернуться обратно к Эшли, но Уилл наотрез отказался так рисковать. Впрочем, его настойчивость в этом вопросе была связана не столько с риском, сколько с одним простым фактом. Уилл просто не мог заставить себя рассказать Эшли о том, как капитально они просрались, о том, что они… нет, что он сам, чуть ли не собственными руками, убил Майка Лейбо. Всякий раз, как Уилл об этом думал, в горле у него поднималась желчь. Рассказ Эшли о том, как именно было разбито ветровое стекло тойоты ее отца, как пить дать вывернул бы его наизнанку.

Поэтому они с Брайаном так и не вернулись к Эшли. Однако им по-прежнему требовался автомобиль, а угнать его они не могли, ибо понятия не имели о том, сколько им придется здесь прокантоваться, прежде чем они вернутся назад в свое время. Друзья также нуждались в еде и крове. К счастью, они обнаружили у себя целых сорок семь долларов в банкнотах, достаточно старых, чтобы их можно было тратить и не быть при этом арестованными в качестве фальшивомонетчиков.

Сорока семи долларов хватило довольно надолго. Буквально через минуту после открытия аптеки они туда зашли и купили там пару зубных щеток заодно с большим тюбиком зубной пасты. Уилл очень радовался тому, что Брайан согласился с ним на предмет этой части их плана. Во-первых, у Уилла был настоящий пунктик по поводу регулярной чистки зубов, а во-вторых, у Брайана по утрам жутко воняло изо рта. Завтрак они пропустили, после чего взяли кое-какие субпродукты на ленч и пиццу на обед. К тому времени, как друзья тем вечером проскользнули в амбар Мэнсаров, у них еще оставалось четырнадцать долларов с мелочью.

Однако этим утром те вещи, которые днем раньше на повестке дня не стояли, сделались куда более тревожными. Двухдневная щетина, предельно измятая одежда и затхлый запах немытых тел вполне могли стать проблемой для остальной части их плана. Проснувшись поутру и покинув амбар, друзья направились в центр городка, где Брайан потратил оставшиеся у них деньги на баллончик дезодоранта и дешевую фуфайку с надписью «Истборо», продававшуюся в аптеке за $9.99.

Фуфайку мог носить только один из них, зато дезодорант они поделили пополам, нырнув за контейнер для мусора, чтобы принять аэрозольный душ. Уилл обожал свою фуфайку «Ред Соке», однако уже на третий день он был бы более чем счастлив заменить ее чем угодно, только бы оно было чистым. И предпочтительно после настоящего душа, а не всего лишь пахучей струи из баллончика. Однако фуфайка по праву должна была достаться Брайану, ибо с деньгами был именно он.

Или, по крайней мере, с деньгами был Молодой Брайан. А Не-Столь-Молодому Брайану теперь требовалось зацапать какую-то их часть.

И этот план уже вовсю выполнялся.

Разумеется, Уилл вовсе не думал, что у них есть хоть какой-то шанс действительно это дело провернуть, однако альтернативой являлось проживание в Истборо в качестве бездомных бродяг, пока они не попытаются предотвратить изнасилования и убийства. В центре Бостона такое положение сделало бы их фактически незримыми. Бомжам там проще всего было передвигаться по городу незамеченными. Однако в Истборо они обречены были привлекать внимание общественности.

Итак, план.

Уилл с нетерпением взглянул на часы. Но стоило ему только снова поднять глаза, как он увидел, что из банка с довольной улыбкой на лице выходит Брайан. Ему невесть как удалось помыться в туалете того заведения, где они днем раньше покупали субпродукты на ленч, но даже после того, как он полностью отмыл и отчистил всю кровь, на физиономии Брайана по-прежнему красовалось несколько роскошных синяков, оставшихся от той трепки, которую Уилл задал ему в субботу.

Пройдя мимо Уилла, Брайан направился дальше по тротуару.

— Пойдем погуляем, — небрежно бросил он.

— Ты просто не можешь быть серьезным, — буркнул Уилл, спеша догнать друга, виновато оглядываясь и с таким видом засовывая руки в карманы, как будто они только что ограбили банк, в связи с чем Уилла тревожило скорое прибытие полиции.