Жизнь как теннис - "TanzaLiz"

Реджина смотрела в окно, все внутри переворачивалось от воспоминаний. Картинки прошлого всплывали в сознании. Единственное, что хоть немного успокаивало, так это присутствие рядом сидящей блондинки. Она знала, что Эмме нужны объяснения, они нужны ей не из любопытства или еще чего, а только для того чтобы знать как помочь и поддержать.

Машина остановилась на том самом пляже, на котором они провели свою первую ночь вместе. Даже сейчас в разгар дня он был не многолюден. Девушки около 10 минут, молча, сидели в машине, пока Реджина, не сбросив туфли, вышла из нее. Она подошла к воде, тихие волны накатывали и вода доставала до ног брюнетки.

Эмма не торопилась выходить из автомобиля. Она смотрела на Реджину через лобовое стекло и искренне не понимала, что произошло, почему та девушка так задела ее, и какое она вообще имела право говорить о Дэниэле?

Свон наблюдала за действиями Реджины, грустными глазами следя за каждым ее движением.

«Почему сейчас, когда все стало налаживаться? Как она смела опять ворваться в мою жизнь? Эта женщина, добавила к той боли потери любимого человека, еще и боль обиды, на то, что люди бывают так жестоки».

Реджина с опущенной головой, ходила по берегу, обняв себя руками. Она знала, что Эмма из машины смотрит на нее.

«Кто эта женщина? Почему она так поступает с Реджиной? Какое она имеет на это право? Она итак столько боли и утраты вынесла, что никто и никогда не смеет так поступать с ней!»

Эмму просто распирали злость и гнев. Она не могла больше ждать и минуты. Ей нужны были объяснения кто эта выскочка прямо сейчас.

Свон, наблюдая, как Миллс одиноко прогуливается по побережью и смотрит на спокойную и тихую воду, не обращая никакого внимания на машину, взяла свой телефон и набрала номер Воркенсон.

Деби с Киллианом сидели в кафе и разговаривали, как у женщины зазвонил телефон.

- Да, Эмма. Что с Реджи? Вы где? - от волнения Дебора обрушила шквал вопросов на Свон.

- Кто она? - не обращая внимания на вопросы Воркенсон, Эмма задала интересное ей.

- Ты о ком? - не понимая сначала вопроса, спрашивает Деби. Быстро осознав о ком, спрашивает Эмма, уточняет, - ты об Аманде Фостер? Она журналистка. Эмма, скажи, где и что с Миллс?

- Воркенсон! Кто. Она. Такая? - отчеканивая каждое слово, злобно, но держа себя в руках спрашивала блондинка, наблюдая из окна автомобиля как Реджина, так и продолжала бродить по берегу.

- Эмма, 6 лет назад она была обычной журналисткой из ничем не примечательной желтой газетенки. Тогда она активно начинает распускать грязные слухи о Реджине и ее предстоящей свадьбе с Фергюсоном. Но тут случается трагедия. Аманда сначала пишет, что Дэниэл бросил Реджи, и в тот момент он как раз ехал от нее после предполагаемой ссоры. Но потом, она пишет еще одну статью, где сообщает всем, что это Миллс, перерезала тормоза его машины. Мы скрывали эти статьи от Реджины, она не видела их до дня похорон, - с грустью сказала Воркенсон.

- Что?! - очень громко крикнула Эмма, и гнев моментально разлился по венам. Если бы Свон не сидела с закрытыми окнами в автомобиле, Реджина непременно услышала бы ее возглас и обернулась.

- Фостер пришла на кладбище, на похороны Дэниэла и сама лично отдала Миллс эту газету. Реджина итак была не в себе. А когда увидела статью … мы с Кэт думали, что Реджина с собой что-нибудь сделает. А через несколько дней снова удар - новая статья: «Убийца жениха, плачет на его могиле». В Фостер нет ничего святого. За счет этих грязных статей о Реджине она сделала себе отличную карьеру. Сейчас она главный редактор одной из известных газет в Америке, - договорила Деби. Она думала, может, не нужно было рассказывать все это Эмме, но посмотрев на Киллиана, поняла, что приняла правильное решение.

- Спасибо, Деби, - сквозь зубы прочеканила Свон и моментом отключила телефон.

Эмма откинула аппарат на пассажирское сидение, а сама пристроила свой лоб на руль.

«Твою мать! Да как она могла?! Я не могу понять таких людей. Как можно строить свою карьеру идя по головам? Ну, ничего, ничего. Я это так просто не оставлю…»

Эмма для себя решила во, чтобы то ни стало, но она заставит горько пожалеть ту выскочку, что снова показала свою голову и снова обрушила ту боль на Миллс. Она заставит ее умолять о прощении, она уничтожит ее, чем бы это не грозило самой блондинке. Но она сделает это.

Эмма, откинув все гневные мысли, разрывающие ее изнутри, вышла из машины и быстрыми шагами направилась в направлении Реджины, которая уже несколько минут стояла неподвижно и всматривалась в водную гладь.

Эмма не заботясь, что она в ботинках зашла в воду, в которой по щиколотку стояла Реджина и крепкими руками обняла Миллс и прижала к своей груди так крепко, как только могла.

Она хотела уменьшить и без того сильную боль саднящую сейчас в израненной груди женщины. Хотелось подарить той тепло и уверенность, что она больше не одна, что та никогда ее не оставит, что всегда будет рядом, будет любить и защищать при любых обстоятельствах.

Реджина почувствовала крепкие объятия на своей талии. Она ощутила теплое дыхание на своей шее и нежный аромат девушки. Миллс положила свои руки поверх рук Эммы.

- Прости, но я должна была побыть одна. Сейчас я все тебе расскажу, - запрокинув голову, сказала брюнетка.

- Ри, не нужно, - трудно дались Эмме эти слова. Она как могла, сдерживала в себе ярость и бешено колотящееся сердце.

- Но, Эм, я должна объяснить тебе, кто эта женщина. Ты должна знать, почему я так на нее отреагировала, - повернувшись в объятьях любимой, сказала Миллс.

- Ри, я сказала не нужно, значит не нужно, - отчего-то грубо ответила Свон, давая капельки гнева вырваться наружу. Но посмотрев на недоуменный карий взгляд, Свон сразу опомнилась, - прости… прости меня, - целуя в висок проговаривала блондинка.

Реджина прижалась к блондинке, уткнувшись носом ей в плечо. Так они стояли некоторое время.

- Ты звонила Деби, да? - она поняла, почему Эмма не хочет ничего знать, потому что она уже итак все знает.

Свон не стала отвечать на этот вопрос, лишь сильнее прижимая любимую к себе. Ответ был очевиден, и не нужно было вновь возвращаться к этому.

- Поехали в гостиницу, у тебя игра меньше чем через пять часов, - стараясь придать голосу отрешенность и спокойствие, сказала блондинка.

- Подожди, - Реджина несколько секунд смотрит в глаза Эмме, а потом как можно нежно целует. Но с прикосновением любимых губ что-то переворачивается, и поцелуй перестает быть нежным, набирая обороты страсти.

Свон поддается на поцелуй, запуская руки в шелковистые темные локоны, и жадно притягивает к себе, боясь отпустить, боясь потерять контакт с этими сладкими губами. Эмма понимает, что это сейчас лишнее, что Реджине просто нужно выпустить эмоции и Свон действует, так как хочет ее любимая.

Реджина, не сдерживаясь, целует девушку, в некоторые моменты грубо кусая за губы.

Почувствовав металлический привкус у себя во рту, Реджина отстранилась, - прости.

Эмма почувствовала, как ее губу пробила мелкая боль и, ощутив вкус собственной крови, улыбнулась.

- А ты у меня вампир, - пыталась хоть как-то разрядить обстановку блондинка.

- Блин, а я хотела от тебя это скрыть, пока, - улыбнувшись, сказала Миллс, - ну, что поехали?!

- У меня есть чеснок и осиновый кол, - щелкнув зубами перед носом брюнетки, сказала Эмма и, взяв ладонь Реджины в свою, направилась к машине.

До гостиницы они доехали очень быстро. Везение не покинуло их, когда в разгар дня они не попали ни в одну пробку. Оставив машину на стоянке, девушки поднялись в номер Миллс.

- Слушай, может это конечно и рано, но все же может ты перевезешь свои вещи в мой номер или снимем побольше? - спросила Реджина.

Эмма вскинула бровь и, не скрывая удивленной радости, подошла ближе к Миллс.

- Реджина Миллс хочет жить с Эммой Свон под одной крышей? - иронично спросила блондинка.

- Скорее, Реджина Миллс хочет спать с Эммой Свон в одной кровати и точно знать, что она никуда не сможет сбежать, - лукаво улыбаясь, сказала Миллс.