Благословение - Даниэла Стил

Они медленно вернулись в ее дом и проболтали еще несколько часов, не касаясь запретных тем — беременности и детей. Это было похоже на то счастливое время, когда они были женаты.

Они даже не вспоминали в тот вечер, что не обедали, и, когда Энди наконец собрался уходить, оба удивились, что наступила полночь.

— Как насчет того, чтобы встретиться завтра вечером? — спросил он, испуганный тем, что Диана откажется, но она медленно кивнула головой.

— С удовольствием.

— Как насчет «Шанти»? — Это был простой итальянский ресторан в Мелроусе, там отлично готовили, и они оба любили его. — Может, потом сходим в кино?

— Отлично придумано.

Он снова поцеловал ее, и, когда уходил, они оба чувствовали себя умиротворенными, впервые за последнее время. Она смотрела, как он шел к машине, и помахала рукой. А потом вышла на террасу и долго стояла в задумчивости, глядя на океан.

Глава 14

Чарли несколько раз приходил в Палмз-парк в надежде увидеть Аннабел и Бесс, и в конце концов он их встретил. Они снова болтали и играли в мяч, но Чарли так и не осмелился попросить у Бесс номер телефона. Он представления не имел, замужем она или нет: правда, она не носила кольцо, но и о том, что она разведена, не было сказано ни слова. Ему очень нравилось наблюдать за ними, и Энни просто очаровала его своей беззубой улыбкой и непосредственным отношением к окружающему миру. С ее матерью тоже было веер да приятно поговорить. Чарли с завистью наблюдал, как они хорошо понимают друг друга, какие тесные родственные узы объединяют их.

Когда они встретились в начале марта в третий раз, он чувствовал себя так, будто они старые знакомые, и именно тогда Бесс немного пооткровенничала с Чарли. Она рассказала про детский сад, в который ходила Аннабел, и призналась, что она сама работает в медицинском центре при Лос-Анджелесском университете санитаркой. Она хотела стать дипломированной медсестрой, но не смогла закончить учебу. Они были знакомы всего несколько недель, но Чарли чувствовал себя с ней на удивление легко, когда они сидели вдвоем на скамейке и наблюдали за Аннабел, игравшей в классики. Он купил ей шоколадку, зная, что девочка любит сладкое. Сам он каждый день теперь завтракал в парке только для того, чтобы увидеть их.

— Я подхватила насморк, — заявила Аннабел, громко шмыгнув носом. Но пребывала она в отличном настроении. И уже через минуту побежала к качелям, что дало взрослым возможность продолжить разговор.

— Она — прелесть, — искренне сказал Чарли.

— Мне тоже так кажется. — Бесс с застенчивой улыбкой взглянула на Чарли. — Спасибо, что вы так добры к ней… конфеты, жвачка, теперь шоколад. Вы, наверное, любите детей.

— Да, — кивнул он.

— А у вас есть свои?

— Я… у меня…нет, пока нет… — Потом Чарли осознал то, что сказал, и заставил себя поправиться: — Нет, у меня нет детей. И, вероятно, никогда не будет, — произнес он загадочно, — но это длинная история.

«Может, его жена не может иметь детей или у него вообще нет жены», — предположила Бесс, но, заметив его смущение, не стала ничего спрашивать.

— Мне бы хотелось усыновить когда-нибудь нескольких ребятишек. Я сам вырос в приюте и прекрасно знаю, что значит не иметь семьи и очень хотеть, чтобы она у тебя была.

Он не стал рассказывать ей, сколько приютов он сменил и сколько семей возвращали его обратно после нескольких безуспешных попыток справиться с болезнями Чарли. В самой лучшей из семей, в которой он побывал, был кот, и у Чарли начались приступы астмы. И они заявили, что если им придется избавиться от кота, то это разорвет их сердца. И решили избавиться от Чарли.

— В приютах грубо обращаются с детьми, и мне бы хоте лось кого-нибудь избавить от этого, пока для него еще не все потеряно. — Он совсем недавно думал об этом. Чарли хотел усыновить малыша как отец-одиночка. Ему было известно, что некоторые так делают, и собирался осуществить свой план, когда он скопит немного денег. А сейчас пока у него была своя маленькая команда, с которой он играл по выходным.

— Это очень хорошее дело, — улыбнулась Бесс. — Я тоже сирота. Мои родители умерли, когда мне было двенадцать. Меня воспитывала тетка. Я сбежала от нее, когда мне исполнилось шестнадцать, и вышла замуж. Это было ужасно глупо с моей стороны, и я получила хороший урок. Я связала свою жизнь с человеком, который пил и изменял мне, лгал, избивал меня при любом удобном случае. Теперь мне совершенно непонятно, почему я продолжала жить с ним, но к тому времени, когда я решила уйти от него, выяснилось, что я беременна. Когда родилась Энни, мне было восемнадцать. — Значит, теперь ей двадцать четыре, и это удивило Чарли — она выглядела взрослее других девушек в таком возрасте.

— И все-таки что произошло? Как вам удалось от него избавиться? — Чарли ужаснула сама мысль о том, что кто-то может ударить женщину, тем более такую милую, как Бесс.

— Он сам сбежал от меня, и я больше никогда его не видела. Конечно, у него кто-то был, а спустя полгода он погиб в драке в каком-то кабаке. Энни был тогда годик, и я вернулась сюда. С тех пор мы тут и живем. По ночам я работаю в больнице, поэтому весь день могу проводить с дочкой, а ночью за ней приглядывает наша соседка, так что мне не надо платить няне.

— Похоже, вы устроились неплохо, — улыбнулся Чарли.

— Да, пока все идет нормально. Я, конечно, очень хотела бы когда-нибудь возобновить учебу и получить диплом медсестры. Может быть, в будущем мне это удастся. — Слушая ее, Чарли очень хотел сделать что-нибудь, чтобы помочь ей.

— Где вы живете? — Ему вдруг показалось, что это очень важно — узнать о ней побольше.

— Всего лишь в нескольких кварталах отсюда, в Монтане. — Бесс сказала ему адрес, и он закивал головой. Это был один из самых бедных кварталов Санта-Моники, но довольно тихий, и вполне вероятно, что там можно спокойно жить.

Может, как-нибудь пообедаем вместе? — спросил он, наблюдая, как Энни качается на качелях. — Втроем, вместе с Аннабел. Она любит пиццу?

— Обожает.

— А как насчет завтрашнего вечера?

— Это было бы здорово. Мне надо быть в больнице только в одиннадцать. Я выхожу из дома около десяти, а возвращаюсь в семь тридцать утра, собираю Энни и провожаю ее на занятия. Пока ее нет дома, я сплю. Это очень удобный распорядок. — Они выработали свою собственную систему, которая устраивала и мать, и дочь. Но Чарли стало жаль Бесс — слишком большая ответственность легла на ее плечи, и не было никого, кто бы помог ей.

— Похоже, вы мало спите, — сказал он мягко.

— А мне больше и не надо. Я привыкла. Сплю часа три утром, пока Энни на занятиях, а потом мне удается подремать еще немного вечером, когда я ее укладываю, перед тем как пойти на работу.