Темногорск - Роман Буревой

«Глаша!» – запоздало подумал Роман.

Но своей бывшей невесте он уже ничем помочь не мог. Оставалось надеяться, что в соседней комнате она уцелела.

Впрочем, стеклянный дождь быстро иссяк, осколки теперь падали в основном у противоположной стены или улетали в дверной проем.

Роман видел, как Слаевич с искаженным от напряжения лицом колотит кулаком в пол. Стены дрожали. Трещина, извиваясь, медленно ползла змеей по белой стене.

Один из колдованов присел на корточки, наставил на Романа ствол:

– Выползайте, уроды…

Пол качнулся у него под ногами. А затем раздался страшный грохот. Что-то рухнуло… Колдован не удержал равновесия и плюхнулся на задницу, не выронив, однако, пистолет.

Большерук заворочался. И тут в комнату хлынула вода. Поток ткнулся покорным щенком водному колдуну в колени. Ахнула Тина, теперь удивленно-восторженно. Роман вытянул руку, шепнул заклинание, и колдована тут уволокло потоком в дверной проем (саму дверь давно уже высадило).

Труп убитого осколками колдована и стулья развернуло потоком так, что они образовали некое подобие плотины, и теперь вода переплескивалась через мертвое тело.

Водный колдун чувствовал, как прибывает его сила вместе с водой.

«Отличная работа, Юл!» – мысленно похвалил ученика.

– Можно выбираться. – Роман вылез из-под черного щита столешницы и помог выбраться Тине.

– Мы победили! – заорал Слаевич и выпрыгнул, как чертик из коробочки.

Большерук поднялся с достоинством, отряхнулся. Почему-то в этот момент он напоминал огромного ньюфа. А вот Костерка в комнате не было. Похоже, этот тип каким-то образом успел ускользнуть из комнаты, потому что среди неподвижных тел Костерка Роман не обнаружил. На полу валялись два колдована, изуродованные стеклянными шипами. Ближе к наружной стене лежал еще один труп – без головы. Кто это – узнать было невозможно. Но точно не Костерок – тело было слишком крупным для огненного колдунчика. Судя по всему – Медонос… Во всяком случае, Роман надеялся, что в этот раз «кулик в свои попался сети» наконец. Впрочем, утверждение, что труп лежал у наружной стены, было не совсем корректным – стена эта попросту отсутствовала, от нее остался лишь барьерчик высотой сантиметров тридцать.

Кейс Синклита по-прежнему лежал посреди стола. Несколько стеклянных осколков впились в полированное дерево, но черный чемоданчик остался невредим. Только не было больше на нем печатей. Роман без труда распахнул крышку. Внутри кейс был полон черной трухи, похожей на жирный пепел. И посреди этого пепла сверкали серебром четыре знака – Романа Вернона, Большерука, Пламенюги, Слаевича. Роман вынул их, а кейс, уже ненужный, швырнул на пол, водный поток подхватил его и понес. Большерук и Слаевич забрали свои знаки, а серебряный знак Пламенюги остался у водного колдуна.

Вода, поднятая колдовской силой из реки Темной, все еще вливалась в комнату через разрушенную наружную стену, но уже не широким потоком, а тонкими струйками. Роман протянул руку Тине и помог подняться. Бок его все еще болел, так что двигаться приходилось осторожно.

– Ну что ж, вода и земля сказали свое слово, теперь моя очередь! – объявил Большерук.

Он сосредоточенно сдвинул кустистые брови, вытянул руки. Седые волосы и борода взметнулись, поднятые ветром. Роман оттолкнул Тину к стене. Ветер мгновенно усилился. Уже настоящий ураган, завывая, влетел в окно, нырнул в дверной проем и полетел дальше – вниз, на первый этаж, и вверх, в мансарду. Громко хлопали, распахиваясь, окна, стонали срываемые с петель двери, наверху раздался страшный грохот: похоже, сорвало крышу с дома.

– Класс! – потер руки воздушный колдун, самодовольно ухмыляясь. – Кажется, в доме не осталось ни одного колдована. Путь свободен.

Он вел себя так, будто с самого начала собирался помогать Роману и думать не думал угождать Медоносу или Гукину. Теперь, когда изуродованное до неузнаваемости тело Медоноса валялось на полу, Большерук сразу уверился, что никогда с этим человеком не собирался сотрудничать.

Роман подошел к краю барьера. Ухоженный сад Жилкова во время предыдущего колдовского налета с этой стороны не пострадал. Сейчас же верхний слой земли содрало, как кожу. Кирпичный забор, разделявший участки, повалило. Теперь без труда можно было разглядеть недостроенный дом, на ступенях которого умер Чудодей. Стеклянный сад исчез.

– Второй этаж, прыгать высоковато, – заметил водный колдун.

– Зачем прыгать, когда можно выйти через дверь! – Большерук никогда не терял самообладания.

– Что ты ищешь? – спросил Роман у Тины, увидев, что та опустилась на колени у стены и пытается достать что-то из-под груды переломанных стульев, принесенных снаружи ветвей и битых стекол.

– Платок! – Тина вытащила из кучи хлама по-прежнему ослепительно белый платок.

Надевать на голову его не стала, повесила на руку.

– Я же сказал: уходим! – заторопился Большерук. – Минут через десять менты нагрянут и прочие недружественные личности. Так что времени у нас – только спуститься и удрать.

Слаевича не надо было уговаривать: он уже бежал к выходу.

Однако покинуть хоромы Жилкова оказалось не так-то просто. Едва ступили в холл, как вернулся Слаевич, минуту назад выскочивший наружу, и, юркнув под прикрытие стены, застыл:

– Снаружи менты! Положат всех на фиг или повяжут и отвезут в кутузку. Что делать будем?

Большерук и Роман переглянулись.

– Роман, ты как? – с тревогой спросила Тина и стиснула изо всей силы его локоть.

– Кругом вода, значит – хорошо.

– Слаевич, у тебя Звездный час еще не кончился, надо полагать? – уточнил Большерук.

– Ага! Как же! А потом все на меня свалят! Нет уж, увольте! Сами разбирайтесь.

– Может быть, выйдем с поднятыми руками? – предложила Тина.

– Не стоит. Или ты забыла: наверху три трупа плюс вокруг руины особняка господина Жилкова, – уточнил ситуацию повелитель воды. – Я еще за Аглаины хоромы не расплатился, а этот скромный домишко мне точно не потянуть.

– Густой туман, – предложил Большерук. – Как вы на это смотрите, Роман Васильевич? Очень-очень густой туман. Мы бы с вами смогли организовать. Наше совместное умение плюс моя сила.

– Туман – это хорошо, – согласился водный колдун. – Но и заклинание невидимости не повредит. Мы ведь все мокрые – с ног до головы. Так что стоит произнести заклинание. – Он стоял по щиколотку в воде, как и остальные. – Думаю, моей силы даже на это хватит… На тебя накладывать, Слаевич? Или ты сам по себе?

– Ладно, валяй, – отозвался земляной колдун. – Если что, подсоблю.

Белый, как молоко, туман опустился на Темногорск. На шаг впереди себя ничего нельзя было разглядеть.