Постельные войны. Неверность, сексуальные конфликты и эволюция отношений - Робин Бэйкер

В предыдущие годы развернулась широкая дискуссия, является ли менструальная синхронизация действительным феноменом. Последние исследования позволяют предположить, что так оно и есть, но то же самое можно сказать и о десинхронизации. В некоторых группах женщин менструальные циклы синхронизируются, в некоторых – нет. Какова будет ситуация в той или иной отдельно взятой группе – не вопрос случая, более всего это зависит от того, у какого количества женщин в группе регулярно случаются овуляции (Сцена 15). В группах, в которых овуляция происходит только у нескольких женщин, в частности если они принимают таблетки, циклы скорее всего будут синхронизироваться. В группах, в которых у большинства женщин случается овуляция, циклы скорее всего будут десинхронизироваться. Как будто женские тела попытались рассредоточить свои даты овуляции так, чтобы они оказались максимально далеко друг от друга.

Почему это происходит, остается загадкой, но, вероятно, это как-то связано с тем, что женщины пытаются скрыть фазы фертильности от мужчин (Сцена 2). Если у группы женщин овуляция происходит в одно и то же время, мужчины, даже не зная об этом, могут заметить перемены в поведении, связанные с фазой фертильности (Сцены 3, 6, 10 и 22). Находясь в изоляции, отдельно взятые женщины могут скрыть эти перемены от партнеров среди непредсказуемых скачков настроения и перемены поведения.

Тот факт, что две женщины в Сцене 31 синхронизировали свои циклы, позволяет предположить, что в предыдущие месяцы у них не было овуляции. Это обычная реакция на отсутствие сексуальных контактов с мужчинами (Сцена 15). С началом гетеросексуальной активности молодой девушки ожидается, что первой овуляция произойдет у нее, а затем их циклы перестанут быть синхронными.

Сцена 32

Десятый за сегодняшний вечер

Прозвенел дверной звонок. Она могла сказать о личности человека, стоящего на пороге, уже по тому, как он звонил. Предыдущий звучал агрессивно и настойчиво, а этот показался ей более робким. Она встала с кровати и накинула банный халат поверх нижнего белья. Молодой, подумала она про себя, – или священник.

Спускаясь по лестнице, она быстро произвела в уме некоторые арифметические исчисления. Напряженная выдалась ночка. Этот будет десятым – и, может быть, на сегодня хватит.

Увидев его, стоящего там, она улыбнулась – совсем юный, не священник. И он явно чувствовал себя не в своей тарелке. Он робко спросил ее, сколько она хочет. Она ответила, затем сказала, что если он без презерватива, это будет стоить дороже. Его частично шокировала цена и частично ее внешность, он замешкался, затем согласился. Она сделала шаг назад, чтобы он мог войти, сказала ему, чтобы он поднимался наверх, и закрыла дверь. Перед тем, как последовать за ним, она выглянула в окно.

Вернувшись в комнату, она спросила его, как он хочет, с презервативом или без. Он сказал, что с презервативом, потому что у него нет столько денег, чтобы заплатить за секс без презерватива. «Деньги вперед», – сказала она.

Этот юнец очень нервничал. Чтобы успокоить его, она сказала, как ее зовут, точнее, она сказала первое попавшееся имя и спросила, как зовут его. Он сказал ей свою фамилию. Она не смогла удержаться от смеха. Спросила, не служил ли он в армии. Смутившись, объяснил, что он студент и только недавно закончил школу и не может избавиться от привычки называть фамилию, когда спрашивают, как его зовут. Она велела ему расслабиться и спросила, в первый раз ли у него это. Когда он ответил, что так и есть, она спросила, в первый ли раз это вообще или в первый раз с проституткой. В первый раз с проституткой, а может, и вообще в первый раз, ответил он. Он и сам не знает. У него почти дошло до этого пару раз, но он и сам не знает, было это или нет.

Она не стала допрашивать его дальше – просто велела расслабиться и предоставить ей самой все сделать. Затем сняла свой халат и трусики, легла на кровать и сказала, чтобы он снимал брюки и трусы и присоединялся. Она никак не прореагировала, увидев, что его пенис, вялый и сморщенный, безвольно висит, как будто бы он по-прежнему был скрыт под одеждой. С трудом она натянула на него презерватив, затем постаралась вызвать эрекцию. До того момента, как она почувствовала какую-то реакцию с его стороны, прошло довольно много времени. Несмотря на успокаивающую беседу и знающие свое дело руки. Затем, как только его пенис стал отвердевать и она было подумала, что сможет помочь ему, он просто кончил, даже не войдя в нее. Его смущенный и подавленный вид растрогал ее. Она сказала, чтобы он не переживал, и, когда он поспешно одевался, чтобы покинуть место своего позора, попыталась ободрить его и уверить, что в следующий раз у него все получится. Это просто нервы. Она сказала, что часто видит такое.

После того как он ушел, она оделась. Подсчитывая заработанное за эту ночь, пять раз с презервативом и пять раз без, она подумала, что, может, после того, как завяжет со своим ремеслом, ей стоит стать сексопатологом. Несколькими минутами позже она вышла на улицу. Поймала такси и отправилась домой.

Они ехали по знакомому маршруту, и она снова задумалась о студенте, удивившись тому, как образование замедляет сексуальное развитие человека. Не то чтобы ей помешало то, что он был студентом. Фактически она начала свою карьеру именно тогда, когда училась в колледже, то есть пятнадцать лет назад. Никто не отрицал, что это прибыльно, даже если это было не той карьерой, которую она планировала, уезжая из дома.

В отсутствие денег, как и у многих студентов, она эксплуатировала свою внешность, начав работать в агентстве по эскорт-услугам. Финансовые предложения были соблазнительными, и она начала предоставлять сексуальные услуги тем клиентам, которых находила наиболее привлекательными. К моменту окончания колледжа она зарабатывала на сексе так много денег, имела столько клиентуры и, честно говоря, была настолько довольна своей жизнью, что не видела смысла в том, чтобы начинать другую карьеру.

За эти 15 лет она изучила все способы, с помощью которых привлекательная девушка может извлечь деньги из секса. Случайная встреча обернулась тем, что она постигла ремесло создания порнографических хардкор-фильмов. В основном это было весело. Она засмеялась, вспомнив, как ей нужно было изогнуться так, чтобы, будучи окруженной дюжиной голых мужчин, держать по пенису в каждой руке, заниматься одновременно всеми видами секса и умудриться оставить место для камеры. И даже после этого один богатый политик из числа ее клиентов решил, что ему нужна эксклюзивная актриса, и поселил ее в дорогой квартире в центре города, после этого она решила закончить эксперименты с фильмами и стала содержанкой. Она не перестала заниматься сексом с другими мужчинами, но сделала вид, что завязала с этим окончательно, – и это сошло ей с рук. В итоге тайная сексуальная жизнь политика была раскрыта газетчиками, и она нашла другого любовника, на этот раз судью.

После смерти судьи с некоторыми своими соратницами она какое-то время работала на улице. В каком-то смысле эта работа ей нравилась больше, чем любой другой период ее карьеры. На улице определенно хорошо платили. Но под конец она завязала и с этим. После нескольких рискованных случаев, после нехорошего происшествия с одним невменяемым клиентом ей пришлось несколько дней провести в больнице. Затем она переехала в некий относительно безопасный бордель, и эта работа ей тоже нравилась. Она покинула его только тогда, когда ее красота начала увядать и она не могла больше соперничать с более молодыми и привлекательными девушками. По крайней мере, ее способ привлечения клиентуры (табличка «Проститутка – первый этаж») работал. К тому моменту, как она открывала дверь, мужчины уже были готовы к платному сексу. В общем, она была по-прежнему привлекательна по мнению многих мужчин, поскольку те соглашались на ее цену, когда видели ее, а не уходили.

Она собиралась скоро покончить со всем этим. Она знала, что ей повезло и что надо уходить в расцвете сил. Несмотря на то что за всю ее жизнь у нее было несколько тысяч сексуальных партнеров, она только три раза цепляла венерические заболевания, которые быстро вылечивала с помощью антибиотиков. Несколько раз ее избивали, но серьезно она не пострадала. Что, впрочем, более важно – она умудрилась не подсесть на наркотики, от которых погибли многие из ее коллег-проституток. Все эти годы каждую ночь она зарабатывала столько денег, сколько средний человек получает в неделю или даже в месяц. Конечно, нужно было покрывать и издержки – платить за «крышу» и аренду. Но даже в этом случае она могла закончить со своим ремеслом еще много лет назад и комфортно жить на проценты со своих сбережений. Причина, по которой она еще не рассталась со своей работой, заключалась в том, что эта работа ей очень нравилась. Мысль о том, что все когда-то будет позади, была ей неприятна. Она серьезно подумывала о том, чтобы открыть свое агентство эскорт-услуг или бордель, когда окончательно решит, что ее время вышло.