Отложенный эффект - Салма Кальк

Роганам, но во время Великой революции его как раз впервые использовали для заседаний парламента и правительства. Так и осталось – несмотря на Наполеона, реставрацию Роганов, Вторую империю и ещё раз Роганов. А потом уже случилась республика, но по сей день перед началом заседания проводили старую церемонию – уважаемые парламентарии напоминали себе, для чего они здесь собрались и обещали действовать на пользу обществу и государству. Традиционное обращение зачитал ведущий заседание председатель, и традиционно за него проголосовали, единогласно – как поняла Марион.

Они разместились на балконе для гостей и прессы, был такой. В теории любой гражданин мог прийти и послушать, но фактически, конечно, нужно было обосновать необходимость своего присутствия, а журналистам – получить аккредитацию. И, как понимала Марион, были заседания более или менее популярные. Сегодня и в зале яблоку было негде упасть – явились все, кворум наберётся без проблем. И балкон был забит – представители всех крупных столичных изданий, и два телеканала – официальный государственный и частный ТВП-27. И разного рода пришедшие люди – вроде их троих. Генерала Саважа пропустили без вопросов – в охране стояли люди, которые его знали. Её Саважа тоже знали – и тоже пропустили. Кто-то был доброжелателен – мол, правильно, послушайте, всё ли верно, что там про вас будут говорить. А кто-то шипел под нос про «проклятых некромантов».

Заседание началось очень бодро – с выступления того самого депутата Фредерика Бурже. Он вышел и принялся прямо соловьём разливаться о некромантах как самой ненадёжной части общества, источнике постоянной опасности. И изложил основные положения закона – запрет изучать некромантию, запрет практиковать некромантию, запрет для некромантов преподавать, служить, занимать государственные должности. Ибо нечего.

Кажется, общественное мнение как-то подготовили, и господ парламентариев тоже как-то подготовили. Начались обсуждения. Выходили и простецы, и маги, и далеко не все простецы были настолько бестолковы, чтобы однозначно поддерживать инициативу. Потому что имели дело и с нежитью, и с другими надобностями, для которых важен некромант. Однако, депутат Бурже, как инициатор принятия закона – в прессе его так и называли, «закон Бурже» – бодро отвечал, что некроманты показывают невероятные показатели преступности, и вообще опасны для всех прочих.

Когда выступления парламентариев иссякли, было предложено высказываться компетентным специалистам. Пригласили министра внутренних дел, господина Артура Шомона, простеца. А тот спросил:

- Господа, а почему мы не слышали сегодня ни одного некроманта? Вы ещё не лишили их права голоса, так почему же?

- И где мы найдём вам сейчас здесь некроманта? Да и стоит ли их слушать? – усмехнулся Бурже.

- А вдруг, - усмехнулся Шомон в ответ.

- Есть некромант, - генерал Саваж усилил голос самую малость, но его расслышали все.

- Давайте послушаем, - сказал министр. – Уступаю своё место… кому? О, отлично. Образованный высокопоставленный некромант с опытом военной службы. Господа, перед нами желает выступить Жан-Александр де Саваж, профессор магической Академии Паризии, капитан Легиона в отставке. Естественно, некромант.

- Добрый день, - Саваж как раз спустился вниз и улыбнулся всем присутствующим. – Благодарю вас, господа, за возможность высказаться. И напомню для начала некоторые общие моменты, которые упустил из виду творец предложенного ныне законопроекта. Мы живём в мире, в котором существуют как магически неодарённые, так и маги. И этого не изменить. Если бы все сидящие здесь уважаемые парламентарии помнили собственную историю, а именно – как и когда была создана нынешняя версия парламента, в каких обстоятельствах – то не сомневались бы, что организованные выступления против магов, как это было в дни Великой Революции, приведут только к беспорядкам и хаосу, а того ли вы хотите добиться?

Далее. Прошу прощения, но буду вынужден напомнить общеизвестные факты. Маг получает силу при рождении, он не может отказаться от неё, как не может отказаться от другой своей наследственности, выбрать себе цвет глаз или волос. Точно так же нельзя выбрать себе силу, и магическую направленность тоже выбрать нельзя. И в отличие от любого другого мага, некромант может пользоваться силой с рождения – чаще всего. Просто в этот момент он ещё не умеет… и если закон будет принят, то так и не научится. Бесконтрольные стихийные всплески смертной силы – вы этого хотите, депутат Бурже?

- Я хочу, чтобы их вообще не было, - твёрдо сообщил Бурже.

- Как вы себе это представляете?

- Пойдёте в специально выделенное место жительства, да и всё. И там хоть ешьте друг друга. А у нас будет меньше преступности.

Так, кажется, кто-то перегнул палку, потому что в зале недовольно зашумели. И хорошо, а то Марион показалось, что творится какая-то несусветная дичь.

Саваж далее говорил о великих некромантах прошлого – из своей семьи и не только. О дипломатах, военных, министрах, служащих полиции. Их, оказывается, было немало.

А Марион подумала, что вот бы напомнить этим, которые тут, для чего вообще нужны некроманты. Их бы в Льенский некрополь на пару минут, хватило бы. Хотя…

- Господин генерал, дайте мне, пожалуйста, кристалл портала. Я домой на секундочку.

- Что ты задумала, детка?

- Расскажу. Но дальше нам потребуется помощь.

Марион и впрямь обернулась очень быстро – Жан ещё не закончил свой исторический экскурс.

- Можем мы предложить нашим депутатам… вспомогательные материалы к законопроекту? – усмехнулась она.

- Можем, отчего нет? Вот эта папка? Давай её сюда.

Генерал взял папку и посредством портала куда-то её отнёс. А когда вернулся – то сказал:

- Отдал, её непременно используют.

Вот и отлично.

- А теперь, господа, обратимся к статистике, - Жан преподавательским жестом показал на экран, висящий на стене, обращенной к залу. – И посмотрим данные за пять последних лет. Эти данные подготовлены министерством внутренних дел, и господин министр не даст мне соврать, - Шомон подтверждающе кивнул. – Смотрим, что нам предлагают данные, обработанные сотрудниками министерства. Количество преступлений, совершенных, соответственно, магически неодарёнными, магами-универсалами и некромантами. На каждую тысячу преступлений, совершённых магически неодарёнными гражданами, у нас есть пять преступлений, совершённых магами-универсалами, и ноль целых пять десятых – совершённых некромантами. Далее, посмотрим, какое количество преступников у нас есть в каждой выделенной группе. Видите, пропорция сохраняется. Самый большой процент – магически неодарённые, а у магов вне зависимости от специфики силы – один и тот же показатель, полпроцента. И кто мне скажет, отчего так?

Установилась тишина.

- Некромантов мало, - сказал кто-то